Сакс Ромер. "Маска Фу Манчу" (1932). Глава XXX
Любительский перевод Ait Kleio.
Доктор Фу Манчу держит свое слово
Нейланд Смит стоял совершенно неподвижно, луч его фонарика падал на пол у его ног. Эти невероятные зеленые глаза за шаровидной лампой смотрели на него, не мигая.
Как я и предполагал в то время — хотя, конечно, я ошибался, — я видел доктора Фу Манчу только один раз в жизни. И когда я увидел его сейчас, в нем произошла поразительная перемена. Это чудесное лицо, на котором покоилось неизменное достоинство, казалось, было лицом моложавого человека. Сила, излучаемая человеком или этим грозным существом, кем бы он ни был, очень трудно выразить. Казалось, он излучал некую теплоту, от которой делалось не по себе. Нервную энергию сэра Дениса можно было почти буквально почувствовать, но то нечто, что исходило от доктора Фу Манчу, вибрировало со сверхъестественной интенсивностью.
Сколько времени прошло в полнейшей тишине этого странного места встречи, прежде чем было произнесено хоть слово, я не могу сказать, но тянущиеся секунды казались бесконечными.
Атмосфера была горячей — удушающе горячей. Моя голова, казалось, кружилась. Я бросил быстрый взгляд на Нейланда Смита. Его зубы были крепко сжаты, и я знал, что его правая рука держала в кармане револьвер Кольта. Я не мог догадаться, что или кого он ожидал встретить. Каждая черта его сурового лица говорила мне, что он никак не ожидал встречи с китайским доктором.
Именно он нарушил это невыносимое молчание.
- Вот мы встречаемся снова, сэр Дэнис. Встреча, которую вы, как я заметил, не ожидали. И все же вы могли бы это сделать.
Фу Манчу говорил холодно, бесстрастно. За исключением некоторых гортанных звуков, а иногда и странного шипения, его английский был совершенным, обдуманным до педантизма, но без намека на акцент. Я вспомнил, что, по словам доктора Петри, китайский врач с легкостью говорил на любом из цивилизованных языков, а также на многих диких языках и диалектах.
Я скрупулезно изучил все, что мой друг написал о нем за те годы, что они с сэром Денисом почти непрестанно воевали со своим великим противником, и я прочитал сотни заметок Петри, которые ранее никогда не публиковались. Теперь ко мне вернулись воспоминания, когда я оказался лицом к лицу с этим великим злом воплоти. Хотел бы я обладать хоть десятой долей литературного дарования доктора. Его перо, я думаю, могло бы лучше передать сцену, в которой я нахожу свое собственное более чем неуклюжим.
— Вы видели меня в Исфахане, — продолжал спокойный голос. Его эффект в этой закрытой комнате был неописуем, потому что звуки почти осязаемо отражались от стен камеры, ложась на кожу мурашками — До этого вы изучали мои методы. Вы обманули моих людей, и я прибыл слишком поздно, чтобы исправить их ошибки, за которые, однако, двое поплатились своими жизнями.
Нейланд Смит продолжал смотреть на говорящего, но сам не произнес ни слова.
- Возможно, мое личное появление на той улице ночью было неосторожностью. Но я потерял веру в своих агентов. Вы помешали мне, сэр Денис. Вы увидели меня. Я же вас не заметил. Вы, кажется, упустили из виду тот факт, что я ходил без палки.
Найланд Смит явно смотрел, но ничего не говорил.
— Фокус сэра Лайонела Бартона, — продолжал Фу Манчу, — его странное произнесение имени шефа произвело на меня ужасающее впечатление, — Вызвал необходимость в этой поспешной поездке в Египет с большими личными неудобствами. Я приехал через час после вас. Поэтому, сэр Денис, поскольку вы знаете, с кем имеете дело, и поскольку с моими нынешними недостаточными ресурсами у меня нет никого, на чьи услуги я мог бы положиться, есть ли что-нибудь необычное в моей личной встрече с вами?
- Нет, - сэр Денис наконец заговорил, не сводя глаз с морщинистого желтого лица. — Это характерно для вашей исполинской наглости.
На лице доктора Фу Манчу нельзя было прочесть никакого выражения, за исключением того, что его глаза, длинные, узкие и ярко-зеленого цвета, который я могу назвать только... неестественным, на мгновение казались слегка затуманенными.
- Вы разыграли единственную карту, которую мы не смогли победить, - продолжал сэр Денис. - А вот, - он указал на ящик, который я поставил на пол, - ваша цена. Но, прежде чем мы продолжим...
Я знал, что он хотел сказать, и сказал это за него, вокликнул сердито:
— Где Римма?
На мгновение длинные зеленые глаза метнулись в мою сторону. Я почувствовал силу этого огромного интеллекта, как будто на меня упал луч кварцевой лампы:
— Она здесь, — мягко сказал доктор Фу Манчу. — Я же сказал, что она будет здесь.
Последние слова были сказаны так, как будто ничто не могло быть более убедительным. Я был готов броситься на него, но каким-то образом в его высказываниях было что-то, что казалось неоспоримым. Тайна этого дела предстала передо мной в слепящем свете.
Как вообще Фу Манчу попал в это место, за входом в которое наблюдали с самого заката? Как Римма попала сюда?
- Ваши мотивы, — сказал Найланд Смит, говоря в манере человека, который крепко держится, — мне непонятны. Это движение среди некоторых мусульманских сект, которым, как я понимаю, вы надеетесь руководить, погаснет, когда узнают факты.
- И на какие факты вы особенно ссылаетесь? — шипяще осведомился китайский доктор.
- Тот факт, что сэр Лайонел Бартон взорвал импровизированную бомбу в гробнице Эль-Моканны и что свет, увиденный в небе в этом случае, был рукотворным. Факт, что мощи были привезены им в Египет и возвращены заговорщикам под принуждением. Что станет с красивым мифом о перерождении пророка, когда это простое утверждение станет достоянием гласности?
- Это никак не повлияет на ситуацию. На это будут смотреть как на промысел Пророка или на пропаганду скептиков, как было и будет во все времена. И поскольку ни сэр Лайонел Бартон, ни кто-либо другой не в состоянии доказать, что реликвии когда-либо находились в его владении, люди не поверят.
- А ваши собственные связи?
- Идеалы Си-Фан находятся в гармонии с целями тех мусульманских обществ, о которых вы упомянули, сэр Денис. Уловки между нами бесполезны. На этот раз я сражаюсь в открытую. Одна и только одна вещь может победить Нового Эль-Моканну... Его неспособность представить те доказательства своей миссии, которые, я полагаю, вы принесли мне сегодня вечером...
Его сила и хладнокровие его речей, как я мог видеть, теперь привлекли внимание сэра Дениса, как и мое.
— Поздравляю вас, — сухо сказал он - Ваша конституция, кажется, не пострадала от ваших больших обязанностей.
Доктор Фу Манчу слегка склонил голову.
- Благодарю вас, я снова вернулся к нормальному здоровью. И я с удовлетворением отмечаю, что вы тоже остаетесь в прежнем бодром состоянии. Вы окружили меня кордоном из египетской полиции — на что вы имеете право по условиям нашего соглашения. Вы надеетесь заманить меня в ловушку и поступили так, как должен был поступить я на вашем месте. Но я знаю, что в течение десяти минут после окончания нашей беседы я в безопасности от приставаний британского правосудия. Я не слеп к условиям. Моя безопасность заключается в том, что я знаю, что вы будете строго их соблюдать.
Он резко хлопнул в ладоши.
На что я рассчитывал, я не знаю. Однако мы с Найландом Смитом инстинктивно оглянулись на низкое отверстие. То, что произошло на самом деле, превзошло все, что я мог себе представить.
Низкий дрожащий крик снова привел меня в чувство.
- Шон!
Римма, мертвенно бледная в странном свете шарообразной лампы, стояла прямо за гранитным сундуком!
Мое сердце подпрыгнуло, а затем, казалось, остановилось, когда она устремила на меня свои широко открытые глаза умоляюще. А сэр Денис, этот человек со стальными нервами, выказал такое изумление, какого я никогда не видел от него за все годы нашей дружбы.
- Римма! - воскликнул он, - Боже! Ты лежала там?!
- Да! - она повернулась к нему. Я увидел, что ее руки были сжаты, - Я обещала, - Она взглянула на неподвижную сухопарую фигуру, сидевшую перед ней. — Это была моя часть сделки....
Описав широкий круг вокруг зловещего китайца, она подбежала ко мне, и я заключил ее в свои объятия. Я чувствовал, как бешено бьется ее сердце. Я прижимал ее к себе, гладил по волосам: она была переутомлена, на грани обморока. Она быстро и бессвязно шептала о других опасениях за мою безопасность, о другом счастье снова быть со мной, когда раздались эти низкие ровные голоса:
- Я выполнил то, что обещал. Сэр Денис. Теперь твоя очередь...
to be continued