"Ведьма и ворон" глава 1.
Промозглое серое осеннее утро. Холодный ветер остервенело, рвёт последние жёлтые листья с клёна, сбрасывая их на мокрую мостовую. Бросает в лицо пригоршни мелкой дождевой пыли. На остановке стоит худенькая, невысокая девушка, она зябко поводит плечами и утыкается носиком в воротник тёмно-синей курточки.
Ещё очень рано, электронные часы на её телефоне неторопливо отсчитывают секунды и показывают пять пятнадцать. Город ещё досыпает, нежится под тёплыми одеялами, досматривая самые сладкие сны.
А она одиноко стоит на пустынной обдуваемой со всех сторон остановке и мысли у неё под стать этому хмурому затянутому низкими серыми тучами небу. К остановке подкатывает служебный автобус и девушка, складывая зонтик, садится в него. В автобусе ненамного теплее, чем на улице, но всё же там хотя бы нет ветра. Она молча в знак приветствия кивает сотрудникам и садится у окна, прикрывая утомлённые глаза.
Девушку зовут Тамара, Тома, но представляясь незнакомым людям, она по какой-то причине в последние полгода стала называть себя Марой. И вот уже и друзья, и знакомые называют её так же. И только мама и самые близкие зовут, как и прежде Томой.
Мара сидит с закрытыми глазами и перед её мысленным взором мелькают обрывки сна, что снится ей на протяжении всей последней недели. Именно из-за этого сна она уже который день не высыпается.
«Она стоит на высоком берегу реки. Внизу слышится журчание воды, волны бьются о прибрежные камни., перекатывают в своих ладонях гальку. Но самой реки не видно, она скрыта за густым пологом тумана. Туман словно живой, клубится, затейливо, показывая то здесь, то там ветки деревьев, какие-то неясные силуэты, плывёт под ногами рваными клочьями. Где-то вдалеке испуганно крикнула какая-то пичуга. На душе у Мары тревога, которая с каждой минутой нарастает всё сильнее и сильнее. И девушке кажется, что её сердце грохочет на всю округу.
- Мара, - слышит она чей-то голос.
– МАРА - голос наполнен тоской и зовёт, зовёт её. Девушке хочется бежать на этот зов, но она не видит дороги. Ей страшно...»
Мара просыпается и ещё долго не может успокоить бешено бьющееся сердце. А когда наконец справляется с тревогой, навеянной сном, звучит сигнал будильника.
Собрав по дороге невыспавшихся сотрудников, автобус прибывает к месту назначения. Мара вместе со всеми заходит в помещение и идёт в раздевалку. Переодеваясь, перекидывается парой ничего не значащих слов с соседкой по шкафчику. Идёт к автомату и расплатившись картой, покупает себе стаканчик орехового капучино. Выпив кофе и захватив ценники, спускается в торговый зал, здороваясь по дороге с коллегами.
Расставляет ценники. Снимает паллеты и выкладывает с них товар на полки. Обычная каждодневная рутинная работа. Наконец магазин распахивает двери и в зале появляются первые покупатели. Хроническое недосыпание сказывается на настроение, и Мару сегодня всё раздражает. И глупые вопросы покупателей и придирки менеджера, и недоработки коллег, которые ей приходится исправлять. Наконец этот нудный и тяжёлый день заканчивается и Мара выходит из магазина с тем, чтобы ехать домой. У неё одно желание лечь уснуть, и выспаться.
За день погода не стала лучше, дождь усилился и Мара шагает, чертыхаясь по лужам.
Дома ужинает и, приняв тёплый душ, надевает ночнушку, подаренную двоюродной сестрой с длинными рукавами, словно у Пьеро из всем известной сказки и ложится под одеяло. И последняя мысль в засыпающем мозгу, - Не надо больше никаких снов. Хочу, чтобы всё было совсем по-другому. Надоела эта рутина.
Проснулась Мара от стойкого ощущения чужого взгляда. Настойчивого и сверлящего. Никакого взгляда в принципе не должно было быть. Она в квартире жила одна. Девушка не торопилась открывать глаза. Чутко вслушивалась, надеясь, что смотрящий выдаст себя каким-либо звуком. И чем дольше она вслушивалась, тем сильнее у неё крепла уверенность в том, что она сейчас совсем не там, где засыпала. Ну, во-первых, под ней точно не её уютный и мягкий матрац её кровати, а что-то жёсткое и холодное. Скорее всего, камень. Во-вторых, до её слуха доносится плеск и журчание воды, словно совсем близко течёт река либо ручей. В-третьих… Да просто, холодно, блин, в-третьих.
- Кар! - где-то рядом, хрипло каркнул ворон. Мара вздрогнула. В ту же секунду в голове у неё раздался голос. “Ты, глазоньки то, давай открывай. И поаккуратнее там! Не дёргайся. А то свалишься ещё. Предупреждаю сразу, я тебя спасать не буду. Не смогу просто! Ты вон какая дылда, вымахала.”
Мара в изумлении распахнула глаза и ошарашенно села, с испугом оглядываясь вокруг. По её спине и рукам от страха побежали мурашки.
- Что это? Опять сон? – и девушка ущипнула себя за руку, но боль показала, что она уже не спит. Ещё раз оглядевшись, девушка замерла в ужасе.
“Но, но! Успокойся! Ничего страшного пока не происходит.”
- Пока? - уцепилась за слово девушка, по-прежнему со страхом оглядывалась по сторонам. Она сидела на небольшом каменном выступе. Метра полтора ниже неё, неторопливо несла свои воды река. Позади девушки почти вертикально поднималась каменная стена, а с трёх сторон плотной стеной клубился туман. Он плыл, перемещался и, казалось, даже дышал. Сквозь него, вызывая у девушки дрожь и какую-то непонятную тревогу, неясными очертаниями проступали ветви деревьев и скалы. Всё почти, как в её сне. Маре не удавалось ничего рассмотреть дальше, чем в радиусе пяти метров. Речушка была неширока. На первый взгляд, метра три, не больше. Неподалёку от Мары через реку, словно мостик перекинулся толстый ствол поваленного дерева, весь заросший зелёным мхом.
“Конечно, пока. Может, и вообще ничего страшного не произойдёт. Если ты дурында большая, успокоишься наконец”
- Да кто ты такой? И почему говоришь у меня в голове? Я сошла с ума? Или всё ещё сплю?
“ Глаза-то пошире открой, балда! Перед тобой я. А ментально общаюсь, чтобы лучше донести до тебя сведения. Да и лень мне говорить, мой клюв не очень-то для этого приспособлен. Поняла, ослица бестолковая? И это не ты с ума сошла! Это я с тобой скоро сойду. Ну и не спишь ты уже. Можешь не щипать себя больше, а то синяки будут. Хотя надо признать, давить на массу, ты мастер. Я задолбался ждать, пока ты проснёшься. Засоня.”
-Кар! Понятно тебе недотёпа? – проговорил вслух ворон.
- Нет. А что ты всё время обзываешься? А? Сейчас вот поймаю и все перья из хвоста выдергаю.
Мара уставилась, на сидящего метрах в трёх перед ней ворона. Тот предусмотрительно отпрыгнул от неё в сторону.
“Чё сразу, выдёргивать-то? Да и потом. Надо же тебя как-то было быстренько в чувство приводить. А то заистерила бы, зарыдала. В воду бы свалилась. Доставай тебя потом оттуда. А оно мне надо? Я маленький, слабенький. А так ты вон ожила сразу. Глазки блестят. Злобненькие, такие».
- Хи-хи-хи. – слышать смех ворона было забавно и Мара фыркнула, засмеявшись в ответ. Туман уже не казался ей таким страшным. Да и стало заметно светлее. Похоже, утро вступало в свои права.
- Слушай, а где я? Как я сюда попала?
- Где, где? Это тебя надо спросить где? - проворчал ворон, голос у него был хриплый, резкий, словно прокуренный.
- Сейчас расскажу, что знаю. Только без истерик мне, и не перебивать. Договорились?
- Договорились. - Мара села, поудобнее согнув ноги в коленях и обхватив их руками, приготовилась слушать. А ворон, где мысленно, а где и вслух начал рассказывать.
- Прабабка твоя, да и прадед, родом были не отсюда. Из другого мира они. Из-за какого-то там проклятия, они были вынуждены уйти сюда. Здесь у них и родился твой дед с братьями, а потом и мать твоя. Ну и ты, естественно, когда время пришло. Прадед твой был оборотнем. А вот с прабабкой. Тут как раз не всё ясно. Магичка она была. Людей лечила. Но у неё был ещё какой-то дар. Я точно не знаю какой. Так вот, магия это, вам по наследству передавалась. У каждого в семье она по-разному проявлялась, да и по силе была неодинакова. У тебя вот вылилась в возможность перемещаться во сне, в разные места. Ну это пока во сне, научишься управлять своей силой, куда захочешь и когда захочешь, переместиться сможешь. Сильная ты! - с восхищением проговорил ворон.
- А обратно, как мне переместиться? Я домой хочу! Я замёрзла и кофе хочу!
- Цыц! Раскудахталась! Дай договорю.
Мара обиженно надулась и замолчала.
- Прадед твой после контузии потерял возможность обращаться в зверя. Заболел он тогда сильно. Умер бы. Но к ним как раз пришёл его младший брат. Встревожены они были, давно весточку не получали. Вот он то и спас его, забрал с собой. Не знаю, как уж они прознали, но то, что ты скоро начнёшь перемещаться им откуда-то стало известно. Вот и послали меня, чтобы я передал тебе медальон. Он поможет тебе в дальнейшем…
- Ну, ладно, здесь мне всё понятно. – прервала ворона девушка, - Типа магия и всё такое. В это мама моя верит. Она фэнтези зачитывается. Она даже как-то смеялась, что оборотня в любовники хочет. Я лично во всё в это не верю. Я домой хочу. Так как говоришь, мне домой-то попасть? - девушка улыбнулась и потянулась к ворону.
- А я тебе ещё ничего не говорил, - ответил Маре ворон и отпрыгнул от неё на ствол, что был перекинут через реку. - И медальончик, я, пожалуй, погожу тебе отдавать.
— Это почему это? А ну-ка, отдай!
- А потому что ты дитя неразумное. Во, смотри на меня и читай по глазам - бестолочь ты, короче. Ещё сломаешь дорогую штуку. И что мы потом делать будем? Да и медальончик-то этот, такой красивенький, такой блестяшенький. Вдруг потеряешь ещё или сорока ненароком утащит.
Он продолжал говорить, а Мара в прыжке попыталась схватить зловредную птицу. Он влетел и продвинулся по бревну дальше. - Врёшь, не уйдёшь, - завопила она и бросилась вслед за вороном на бревно. Но глянув вниз на реку, вдруг охнула и прижалась к импровизированному мостику всем телом.
- Не, ну вы посмотрите на неё! Мало того что дурочка, так она ещё и трусиха. Вставай давай, недотёпа! Ползи сюда, кому говорю.
- Нет, - покачала головой Мара, - Я боюсь.
«А ты ручками –то, топ-топ, да шлёп- шлёп, дурашлёп. Потихоньку-помаленьку и здесь будешь. Пошевеливайся давай, а то сама скоро в бревно превратишься.»
- Ой, слышишь? – заорал вдруг ворон.
- Что? - испуганно спросила Мара.
- Бревно трещит! Ты, наверное, дорогая, целую тонну весишь. Сейчас оно сломается, и ты пойдёшь ко дну! А плавать-то, ты не умеешь. Топорик ты мой, чугуненький.
Мара рывком выбросила своё тело вперёд, на взлёте ухватила ворона за хвост и рухнула на берег.
А бревно и вправду затрещав, шумно рухнуло в реку, окатив брызгами девушку.
С трудом переводя дыхание от пережитого страха, Мара проговорила, - Я вот сейчас кому-то болтливую головушку откручу. А потом скажу, что так и было. А ну, давай сюда медальон и говори, как мне домой попасть!
- А чё, я ничё. Спасибо бы сказала, что на другой берег перевёл. Практически за ручку. Бери свой медальон, жалко, что ли. Ну а, чтобы попасть домой тебе надо, для начала вот через эту пещерку пролезть. Я точно знаю, что она сквозная. Вот только не знаю, насколько длинная и что там нас может ожидать. Ну не был я там.
Мара повернулась лицом к тёмному зеву пещеры и задумалась. Лазить по пещерам девушка любила. Вот только сейчас у неё нет с собой ни фонарика, ни одежды нормальной, ни обуви. А в ночной сорочке да босой, по пещерам лазить ей как-то ещё не приходилось. И она, вздохнув, начала отрывать рукава от сорочки.
- Ты чё, болезная, никак от страха умом тронулась? - встревоженно спросил ворон.
- Ты птиц, лучше меня не зли. А то ведь и вправду башку откручу. - буркнула Мара. - Как я, по-твоему, в темноте должна босиком идти. Не дай бог, наступлю на что-нибудь, ногу порежу или проткну ты, что ли, меня лечить будешь? Или на себе потащишь?
- А ты не такая уж дурочка, как я погляжу. Сработаемся. - проговорил ворон. - Меня, кстати, - Мраком зовут.
Продолжение следует