Спор о том, надо ли отменять валютные ограничения для физлиц, в преддверии намеченного на пятницу совета директоров ЦБ, вспыхнул с новой силой. Но, честно говоря, сегодня смысла в нем нет никакого. Ответ очевиден: давно пора.
Сама эта тема в новой экономической и геополитической реальности себя исчерпала, поскольку доллары и евро из надежных, привлекательных инвестиционных инструментов превратились в «токсичные активы». Банки не знают, как избавиться от этой обременительной для себя ликвидности (хранить ее дорого, а риски заморозки из-за санкций растут) и вводят для клиентов комиссии на счета в валюте.
Государство же ведет себя так, словно нет этих новых реалий, а на дворе, скажем, январь, а не июль 2022-го. Вспоминается универсальная фраза биржевого гуру Джорджа Сороса, произнесенная им в мае далекого 2000 года, после обвального падения акций высокотехнологичных компаний на фондовой площадке NASDAQ: «Музыка уже кончилась, а эти еще танцуют».
Нынешняя ситуация в корне отличается от мартовской. Тогда США запретили все прямые или косвенные поставки в Россию долларовых банкнот, а Евросоюз поступил аналогично в отношении наличных евро.
В свою очередь монетарные власти РФ ввели жесткие ограничения на российских рынках – валютном и фондовом. До 9 сентября действует правило: снять доллары и евро можно только со счетов, открытых клиентом до 9 марта 2022 года. Причем в объеме, не превышающем $10 тысяч или €10 тысяч.
Если сумма снятия превышает лимит – банк выдаст наличные в рублях по курсу на день закрытия договора. А в обменниках можно получить только «новые» доллары и евро — те, что там появились после 9 марта.
Введением ограничений преследовались две основные цели: во-первых, сократить отток валюты за рубеж, во-вторых, ослабить давление на рубль (курс доллара зашкаливал за 120) из-за ажиотажного, панического спроса на нее.
Наряду с повышением ключевой ставки ЦБ до 20% годовых, это были единственно верные в тех условиях шаги, как у шахматиста, который сумел избежать проигрыша в условиях цугцванга. Как пояснили тогда в ЦБ, приток наличной валюты в Россию сильно ограничен из-за санкций, а банки должны обеспечить гражданам возможность получить наличные в рамках лимита.
Вдобавок экспортеров обязали реализовывать большую часть валютной выручки за рубли, а нерезидентов – не продавать российские активы. Кроме того, в ситуации, когда крупнейшие банки страны находятся под блокирующими санкциями, технически вывести из России доллары и евро невозможно. Все SWIFT-переводы отклоняются банками-корреспондентами.
Все это создало для иностранной валюты (да и для рубля) некую искусственно сконструированную реальность, которая лишает курс рыночного статуса. На торгах валюту никто не покупает, поскольку сделать с ней ничего нельзя, кроме как держать в безналичном виде на случай «а если вдруг что». Приобретать доллары и евро в инвестиционных целях или для защиты от инфляции глупо: никто не поручится, что в процессе дальнейшей «девалютизации» их не отменят окончательно.
Фактически иностранные деньги (причем строго в наличном виде) сейчас понадобятся лишь тем, кто готовится покинуть Россию – с целью отдыха, шопинга или на ПМЖ. А таковых все меньше: поток загранпоездок критически сузился, опять же, из-за санкций.
По той же причине вкладываться сегодня в недвижимость, условно говоря, в Болгарии или на Кипре – абсолютно не вариант, даже для немногочисленных представителей среднего класса.
В марте власти не без причин опасались, что население рванет в банки за наличной валютой. Сейчас таких оснований нет вообще. Так почему не отменить все рестрикции, не только утратившие первичный смысл, но откровенно контрпродуктивные? Они не идут на пользу ни курсу рубля (который по факту лишен статуса свободно конвертируемой валюты и безостановочно крепнет), ни ценовым ориентирам работы с внешними рынками. Не пора ли уже сейчас, не дожидаясь 9 сентября, «открутить гайки», плотно затянутые в начале весны?
Кстати, риск ажиотажного спроса на валюту совершенно не обязательно устранять путем запретов. Есть способ попроще: вывесить на дверях банковского отделения условную табличку «наличных долларов нет». Человек развернется и заглянет в кредитную организацию «через улицу», как это было в 1990-х годах.
Впрочем, ограничения все же смягчаются. Другой вопрос – первоочередные ли? ЦБ с 8 июня увеличил лимит по переводу средств за пределы страны. Физлица могут отправлять за границу на свой счет или другому лицу за рубежом до $150 тысяч или в эквиваленте в другой валюте в месяц. Ранее лимит составлял $50 тысяч. Но много ли найдется в России заинтересованных людей с соответствующим уровнем доходов или сбережений, у кого эта мера вызвала неподдельный восторг?
Автор: Георгий Степанов