В Древней Греции символом женщины-хозяйки была никогда не покидающая своего домика черепаха, а примером идеальной жены — верная Пенелопа, ожидающая в уединении за пряжей возвращения своего вечно блуждающего Одиссея, или самоотверженная Алкестида, пожертвовавшая ради мужа жизнью.
И если на надгробии эллинки были изображены уздечка, намордник и петух, это означало, что она вполне соответствовала идеалу: «держала в узде» служанок, «молчала» в мужском обществе и вставала «с первыми петухами». К главным женским добродетелям относились верность, скромность и героическая защита чести. Но самой лучшей была та, о которой меньше всего говорили посторонние, о недостатках или достоинствах — значения не имело.
Жизнь эллинок протекала очень замкнуто. В греческих полисах для всех женщин, независимо от их возраста, существовали особые женские покои, гинекеи, на верхнем этаже дома, которые для надежности запирались на засов. Девушку до вступления в брак строго охраняли, предъявляя самые строгие требования к ее нравственности. Потеря девственности каралась жесточайшим образом, и та, кто «не сохраняла девственной крови», замуровывалась вместе с жеребцом, отчего эти зловещие места в народе получили названия «У жеребца и девушки». Замужние эллинки также обладали весьма ограниченной свободой. Их жизнь была скучна, однообразна и являлась собственно жизнью полурабыни, которая не смела выходить одна из дому, не имела прав на имущество, не принимала никакого участия в общественной жизни и все свое время, посвященное хозяйственным заботам, проводила в гинекее. Замужняя жизнь гречанки начиналась, когда она была еще ребенком, и зачастую, в день свадьбы ей приходилось сжигать на алтаре Артемиды свои игрушки и куклы. Заключение брака происходило без официального заявления и какой-либо публичной и религиозной церемонии — только особые ритуалы, узаконивающие союз. Чувства и физическая привлекательность молодых людей не играли никакой роли, и выбор супругов был лишен даже намека на романтику. В браке видели возможность союза двух равных семей и вытекающие из этого материальные выгоды.
О главном предназначении жены давалось понять уже на свадьбе, когда она вступала в свое новое жилище. Само свадебное шествие выглядело весьма торжественно, с флейтистами, барабанщиками и факельщиками, но новое жилище было украшено весьма прозаически и сразу же указывало будущей жене на ее обязанности. Дверные косяки обвивали не пышные гирлянды цветов, а пряди шерсти. Перед порогом стояла ступка, чтобы молоть зерно. Имелись, впрочем, и знаки радостей супружеской жизни. За дверью новую невестку встречали родители мужа, которые вручали ей гранат, яблоко или айву, символ нежности и наслаждения. И все же, несмотря на прозаичность мотивов заключения браков, многие семьи были счастливы, но положение женщин резко отличалось от положения мужчин. По закону грек мог иметь только одну жену, но как истинный эллин, ценящий жизненные удовольствия, восполнял «недостатки» законодательства всеми возможными способами. А их было немало. К браку богатые греки относились как к скучной и неизбежной формальности, и, зачав детей, считали свой долг перед обществом выполненным. Все свободное время они проводили с образованными и искусными в любви гетерами, а их верные жены-затворницы не только никогда не присутствовали на пирах, им даже не разрешалось пить вино, и нарушение запрета могло послужить поводом для развода, получить который было несложно. Эллин имел право в любое время просто отослать жену из дома, и удержать его от этого мог только внушительный размер приданого, вернуть которое он был обязан, если жена себя не запятнала изменой. Связи мужчин с другими женщинами не имели для него никаких юридических последствий. Если жена хотела отплатить мужу той же монетой и изменяла, то обнаружение прелюбодеяния заканчивалось для нее трагически. Изменницу жестоко карали. Плутарх рассказывает, как одну женщину, только заподозренную в измене и прощенную собственным мужем, посадили на осла, вывезли на рыночную площадь в назидание другим и поставили на помост, чтобы граждане, выказывая свое возмущение, могли оплевывать ее. Даже в случае прощения со стороны мужа, по тому же закону, изменнице не дозволялось больше посещать храм. Если она все же являлась туда, с ней можно было делать что угодно, не боясь наказания.
#гарем #история