Великая Отечественная война полностью меняла судьбы людей. Многие из них взваливали на себя работу, о которой в мирной жизни не знали совсем ничего.
В такой ситуации оказалась обычная московская девушка Аня Овсянникова. Тихая и улыбчивая, она успешно закончила институт и получила распределение преподавателем русского языка и литературы в Калинин (ныне Тверь). К этому времени она уже стала Харитоновой. И супруг-лётчик всячески пытался добиться, чтобы её направили в их часть, или хотя бы оставили в Москве.
Началась война. И результат усилий оказался не совсем таким, как ожидалось – Харитонову Анну Кузьминичну, обычного педагога рекомендовали на работу в НКВД СССР. После личной беседы с Виктором Абакумовым её зачислили в 10 отдел Управления особых отделов НКВД.
20 ноября 1942 года состоялась первая встреча с коллективом на конспиративной квартире. В отделе были два отделения:
- «наружка» - наружное наблюдение,
- «установка» - выяснение личности заинтересовавших службу людей.
Также работали группы обыска и ареста. Её взяли в «установку». Харитонова узнала, что главными задачами контрразведки в городе было выявление предателей, дезертиров, шпионов, диверсантов и просто паникёров. Для этого нужно было понимать - откуда, куда и почему перемещаются люди, отслеживать неожиданно выходящих в эфир агентов.
В Москве завербованные немцами бывшие красноармейцы под видом побега из плена занимались распространением провокационных слухов и вредительством. Если им удавалось внедриться в боевые подразделения – склоняли солдат к сдаче в плен, дезертирству или нарушению дисциплины.
В отделе работали в условиях строгой конспирации. Каждый сотрудник знал ровно столько, сколько ему полагалось по инструкции и конкретной операции. Аня работала под псевдонимом «Хаценко», созвучным с её фамилией. С собой всегда на задании был пистолет, записная книжка для шифрованной записи информации об объекте и «документ прикрытия» - обычно удостоверение сотрудника МУРа. Нужно было аккуратными и правильными расспросами людей выяснять правдивую информацию о человеке, вызвавшем подозрение.
Выходные и праздники отсутствовали. Режим труда – с утра до часу ночи, обеденный перерыв с 17.00 до 20.00. Начальники часто задерживались до 5 утра. Все были рады, когда Управление преобразовали в СМЕРШ, который стал подчиняться наркомату обороны. Им руководил сам Сталин. А значит, появился особый авторитет и ответственность работы.
После поражения под Москвой и Сталинградом спецслужбы рейха усилили заброску агентуры, диверсантов и террористов. Особое внимание уделялось прифронтовой полосе и Москве.
Часто там, где терпели поражение мужчины, милая, интеллигентная Анна добивалась большего – умела разговорить людей, выудить нужную информацию за счёт личного обаяния. Но приходилось оказываться и в очень опасных ситуациях – один на один с диверсантами. Но и тут хрупкий внешний облик вводил их в заблуждение, благодаря чему ей удавалось вовремя подать сигнал оперативникам.
Да, коллектив отдела не состоял из спецов, многие годы обучавшихся контрразведке. Но каждый из них был настоящим патриотом своей Родины, настроенным принести как можно больше пользы. Постепенно нарабатывался опыт.
Так Анна уже в конце войны принимала активное участие по выявлению связей изменника Родины Власова. В его штабных материалах нашли большую групповую фотографию с «соратниками». Одного из них, аккордеониста, поручили отыскать лично Харитоновой. Известно было, что проживает он в Москве в районе Таганки.
Аня прошла все улицы и переулки района Таганки. Аккордеонист был найден. Он проживал в маленьком частном доме. Всем окружающим рассказывал одно и то же – демобилизован по болезни, сумел вставить в Берлине золотые зубы и приобрести дорогой аккордеон.
«Случайно» увидев предателя за аккордеоном на улице, Аня пригласила его «сыграть на свадьбу сестры». Вечером обещала сразу занести деньги. Власовец без проблем открыл дверь, в которую ворвалась группа захвата.
Война не обошла потерями и Анну Кузьминичну. Погиб супруг и два его брата, её брат и отец.
Вспоминая военные годы, капитан госбезопасности всегда с большим уважением говорила о тех, с кем ей пришлось работать в контрразведке. Она же рассказывала о всеобщем уважении к Сталину. По словам Анны Кузьминичны, они «знали, что Сталин никогда не был стяжателем, набивателем своих карманов».
Из-за секретности удостоверение участника войны Харитонова (позднее – Зиберова) получила только в октябре 1993 года. Но для неё главным оставалось то, что она достойно служила своей Родине и может этим гордиться.
Дорогие друзья, спасибо за ваши лайки и комментарии, они очень важны! Читайте другие интересные статьи на нашем канале.