Когда объясняешь оппоненту какую-то вещь, то даже если она очень проста, с его стороны желание понять должно быть выше желания не понять. Потому, что если желание не понять будет перевешивать, то какой бы простой для понимания эта вещь не была, обязательно найдётся причина для непонимания.
Образно говоря, проблема выглядит так. Допустим, пытаешься объяснить человеку, что дело обстоит так-то и так-то, потому, что дважды два – четыре. А он умеет считать только до трёх, но ему очень принципиально исходить из того, что дважды два – пять (потому, что он умеет считать только до трёх, но из секты, где самое главное непоколебимо верить в это вопреки всему, иначе конец света). А ты ему объясняешь: «Ну вот возьми два пальца – раз и два, и возьми ещё два пальца – раз и два; и вот тут у тебя там будет одни два, а тут вторые. Сложи вместе, посчитай – сколько получается?» Но у оппонента что-то сомнения: «А что, если ты врёшь?». Ну его, естественно, спросишь: «А зачем нужны эти «а что» – ты просто возьми и проверь, и не будет лишних вопросов», но он всё равно не согласен: «А зачем не это делать, если ты врёшь? Вот ты доказал, что ты не можешь врать? – («Нет…») – Тогда почему я обязан это делать? Что я потеряю от того, что не проделаю твои запутывающие трюки?». Тогда ему говоришь так: «Ну так дела не делаются. Потому, что, если так подходить, вообще никто никому не сможет ничего доказать. Ты проверь сначала, а потом говори. Потому, что что, если это всё же правда? Вот ты доказал, что это не может быть правдой? – («Нет…») – Тогда почему твои подходы должны считаться основанием, если ты сам аналогичных оснований не признаешь?». Но оппонент всё равно не согласен: «А что если я проверю, и получится всё именно так, как ты говоришь, но это будет каким-то трюком, которого мне не раскусить, но всё равно обманом, и я поведусь на этот трюк? Вот ты доказал, что не может быть таких трюков, в которых всё будет выглядеть правдой, а на самом деле это будет обманом, и эти трюки нельзя своевременно разоблачить – («…нет!») – а почему я тогда не должен быть защищён от такой опасности? Вот поэтому я и не принимаю твои предложения, и не надо мне ничего говорить – мне виднее, что я имею право делать, чтобы защититься от обмана!»
Человеку говоришь: «Да, я действительно не доказал, что того, о чём ты говоришь, не может быть. Потому, что невозможно доказать то, что надо доказывать до бесконечности! Но давай так: вот ты хочешь, чтобы с тобой в чём-то соглашались, и из принципа не упирались там, где тебе нужно согласие? Вот хотя бы где-то, где тебе важнее всего в жизни? Вот и подбери такие правила, которые для этого нужны, и примени их сюда. Потому, что если люди не захотят соглашаться с определёнными положениями в определённых вопросах, то общество погрузится в такой мрак, в котором расплодятся чудовища, которые сожрут все наши свободы и возможности жить хоть в каком-топорядке. Вот ты просто положи на чащу весов те правила, по которым ты бы хотел, чтоб с тобой обязаны были согласиться там, и те причины, по которым ты не хочешь со мной соглашаться здесь, и скажи – что перевешивает?». Но оппонент не согласен: «Так-то оно может и перевешивает… Из-за твоих трюков… Но у всякого правила может быть своё исключение. И может быть со мной согласиться потребуется там, где я действительно прав, а с тобой требуется соглашаться тут, где ты на самом деле может быть неправ – вот ты предоставил доказательства, что этого невозможно? Нет? А это не то же самое! Вдруг правильно поступить будет именно так, а доказательств правильности этого не будет, но правильности такого решения это не отменит? Вот ты предоставь доказательства, что это не тот самый случай, а потом и поговорим, а нет – так значит, я имею права защищаться от такой опасности, и не надо мне ничего говорить, мне виднее, на что и какое право я имею!»
Всё понятно. Человек не хочет соглашаться. А когда человек очень сильно не хочет соглашаться, то объяснять бесполезно. Потому, что какие бы ты основания ему не привёл, у него найдётся основание их отбросить. Это называется «Мне очень нужно тебя не понять. Ну очень нужно! Тебе не понять, как мне это нужно...». Так что не надо мне объяснять, что, если кто-то очень сильно не хочет соглашаться, что у него есть основания – это я и так знаю. Потому, что если кто-то не хочет соглашаться настолько, что готов из бесконечности высасывать оправдания, то он их высосет, потому, что бесконечность большая, и в ней всегда есть, чем поживиться. Пусть покажет, что у него есть, что положить весы, и как оно умеет перевешивать.