Израильский историк Юваль Ной Харари написал «Sapiens. Краткая история человечества» в 2011 году, в 2014 году книга вышла на английском языке, а спустя два года ее издали в России. Всего за десять с лишним лет книга переведа на 50 языков, ее суммарный тираж перевалил за 20 миллионов экземпляров, а сам Харари — один из самых востребованных спикеров на любом мероприятии.
Почему именно «Sapiens» стала главной нон-фикшн книгой последних лет?
С самого начала чтения книги я чувствовала какой-то дискомфорт: что-то не то, это не похоже на научпоп, который я обычно читаю. И вроде бы отсутвие ссылок на источники в самом тексте в популярной литературе допустимо (у Харари в конце есть библиография), но чего-то не хватает…
Дело в том, что Харари почти не упоминает ученых, на чьих плечах стоит его книга. Современным ученым может быть даже немного обидно (например, антропологу Робину Данбару, автору экспериментов с предельным числом социальных связей у приматов), но это не главное. Важнее то, что упоминание автора той или иной идеи расширяет для читателя контекст: так, Харари не взял это с потолка, мне интересно узнать больше, я сейчас загуглю этого ученого, узнаю, когда он разработал свою теорию и какое сейчас отношение к ней в научной среде. Кстати, про разнообразие мнений в научной среде.
Книга «Sapiens» практически лишена нюансов и сомнений. С одной стороны, это делает рассказ более гладким и убедительным. Харари — талантливый рассказчик, и с этим не поспоришь. С другой, это противоречит духу науки: есть области (особенно когда мы рассуждаем о причинно-следственных связях в прошлом), в которых нельзя быть уверенным в ответе на 100%, но бывают доминирующие гипотезы (которые со временем могут меняться), или существует несколько равноценных гипотез.
Меня осенило: просто это детская книга.
Причем в самом понятии «детская книга» нет ничего плохого. Нормально начинать свое знакомство с какой-либо областью знаний с простого и ясного изложения. Вероятно, поэтому книга пришлась по душе такому большому число людей. Однако, здесь срывается опасность: автор может вплести в ткань общеизвестных фактов свою интерпретацию, и читатель это воспримет как какое-то консенсусне мнение.
Вот и вторая причина популярности «Sapiens». И в отборе фактов, и в изложении собственных идей Харари тяготеет к наиболее эмоциональным и запоминающимся. Как появилось прямохождение — не стоит внимания, зато можно целую главу кровожадно описывать гибель мегафауны. А в описании будущего генной инженерии можно столько всего нафантазировать! Правда, картина с простым включением / выключением генов плосковата даже для научпопа.
Что в итоге
Несмотря на всё вышесказанное, я считаю, что людям, обычно не читающим научпоп, читать Харари стоит. Книга излагает базовые представления об эволюции и истории. Главное, уметь различать факты и мнения.
Само по себе талантливое изложение всемирной истории дорогого стоит, но ничего нового, кроме своих спекуляций, Харари, увы, не привносит. Поэтому странно видеть, как из него делают гуру и визионера.
Еще странно, что после такого числа тиражей автор не найдет денег на фактчекера, чтобы убрать уже неточности или просто обновить данные в книге.
***
Больше записок и выписок в телеграм-канале: