Я решил сменить пластинку. Хватит хлестать по щекам тенденциозных искусствоведок-либералок. Перейду к любительницам смотрения репродукций для удовольствия. Им не важно, если у художника тоска зелёная на душе от того, что он видит. Нет, любительца не совсем скроет бяку советской жизни: «…создал живописную летопись своего времени. И в этой летописи художник говорил не только о достижениях, но и о недостатках советской действительности». Но этак неконкретно, мимоходом сказано. (Я потом, скажу, зачем так.) – Читатель глянет: пьяницы… картёжники. И процитированные слова сведутся у него к согласию: низы жизни. Было и такое. Как и всегда. А я посмотрел и подумал… Это Москва, конечно. Где ещё в 50-е годы (ещё много разрухи было после войны) такие высокие и целые дома? Причём, построенные явно в 30-е годы полубараки (без балконов, без какой-нибудь архитектуры). Кое-где ещё лежит снег. Это апрель. Солнце в Москве в зените около 12:30. Высота его над горизонтом чуть не 50 градусов. На картине 30