Кто не помнит пасхальные брюки зицпредседателя Фунта, которые он надевал только на Пасху, а теперь вынужден носить каждый день? И ведь была

Кто не помнит пасхальные брюки зицпредседателя Фунта, которые он надевал только на Пасху, а теперь вынужден носить каждый день? И ведь была в дореволюционной России такая традиция – наряжаться в церковь в лучшие одежды, да и только ли в России? Не так ли поступали и в Англии?

Неофитство 90-х годов XX века было уверенно, что одежда христианина должна быть отталкивающей, и сам он должен вызывать отвращение у противоположного пола. Есть в этом и зерно истины – Бог смотрит не на одежду, а на сердце, и перед Ним ли расфуфириваться? Но на самом деле люди наряжаются в храмы тогда, когда посещение церкви для них – праздник, когда их христианство – радостное, а ведь в те же 90-е годы многие прихожане были уверенны, что вернейший модус духовной жизни – это постоянное нытьё и уныние.

А вот как о том же пишет мудрая Сей-Сёнагон:

«Молодой человек из хорошей семьи уединился с отшельниками на горе Митакэ. Как жаль его! Разлученный с родными, он каждый день на рассвете бьет земные поклоны, ударяя себя в грудь. И когда его близкие просыпаются от сна, им кажется, что они собственными ушами слышат эти звуки... Все их мысли устремлены к нему.

"Каково ему там, на вершине Митакэ?" -- тревожно и с благоговейным восхищением думают они.

Но вот он вернулся, здрав и невредим. Какое счастье! Только шапка немного смялась и потеряла вид...

Впрочем, я слышала, что знатнейшие люди, совершая паломничество, надевают на себя старую, потрепанную одежду.

И лишь Нобутака, второй начальник Правого отряда личной гвардии, был другого мнения:

-- Глупый обычай! Почему бы не нарядиться достойным образом, отправляясь в святые места? Да разве божество, обитающее на горе Митакэ, повелело: "Являйтесь ко мне в скверных обносках?"».