Маленькая Аня раздулась от собственной важности и торжественно кивнула своей новой знакомой, с восхищением разглядывая лихорадочный блеск огромных глазищ и чуть проступающие чёрные круги под ними, а потом безо всякого перехода поинтересовалась:
— А ты та самая девушка с обложек?
— С каких обложек? — вдруг растерялась Эля, с тревогой придвигаясь ближе к пялившемуся на неё Илье.
— Да вот с этих! — Анечка небрежно махнула на гигантский рисунок, занимающий целую секцию перегородки между залами, от пола до потолка. С него призывно глядела почти полная копия Эли, только гораздо более взрослая и излучающая завидное самодовольство. Эля обернулась на рекламу, точно впервые увидела нечто подобное, и смущённо закашлялась:
— Типа того… Только сейчас я младше.
— А как это? — Аня аж забыла, как дышать, и доверчиво потянулась к ней.
— Наверное, я ещё просто не успела…
Сзади скрипнули двери и в проходе возник Мясник с осоловело таращившимся по сторонам инспектором, всем телом навалившимся на ведущего его верзилу.
— Всё хорошо? — сквозь зубы зашипела Добрая Люся.
— Да, — Мясник сгрузил тело на диван и подозвал официантку, — зря ты волновалась. Он даже не дёрнулся стрелять.
Если у официантки и возникли вопросы, почему только что пришедшая компания передумала, а один из гостей подозрительно клюёт носом, то щедрые для данного заведения чаевые заставили её нацепить дежурную улыбку и пожелать заходить к ним ещё.
Запрещённые дети (начало, назад)
Мясник снова водрузил размякшего инспектора на плечо, а тот поднял на товарища затуманенный взор и еле-еле промямлил:
— Не м-могу х-ходить… П-помог-ги мне…
— Не боись. Сейчас сядем на поезд и тебе полегчает. Давай-давай, шагай, болезный.
На это раз вагон был полупустой, но когда пространство вокруг них начало понемногу заполняться людьми, Мясник так зыркнул на расположившегося напротив крепыша, что тот сник, передумал скандалить из-за нежелательных соседей и тихо отполз в противоположный конец, чтобы возмущённо глазеть оттуда.
Инспектор сладко храпел, устроившись на плече Мясника, и Добрая Люся сидела с каменным лицом, нервно вздрагивая от любого шороха, и кусала губы, посматривая на притихших от напряжения детей. Только прямая как палка Эля могла похвастаться тем, что представляла, куда они направляются, но она хранила упрямое молчание, а брат с сестрой просто плыли по течению и заново переживали свои страхи.
Материализовавшийся в сумерках баркас забрал работяг с пирса возле конечной станции, оставив им уже знакомый катер, и Мясник аккуратно приложил растопыренную ладонь дрыхнущего инспектора к панели возле штурвала, с облегчением услышав ворчание мотора.
Лодка прыгнула вперёд, оставляя за собой бурлящий по волнам след, и полетела вдоль берега.
Мясник всматривался в темнеющие силуэты скал, выискивая что-то, известное ему одному, а Добрая Люся обнимала детишек и время от времени гладила по спине сжавшуюся в комок Аню. Наконец Мясник направил лодку к низкому гроту и ловко провёл её мимо острых рифов, даже не чиркнув бортами. В гроте нашлась совсем узкая полоска гальки, с трудом подходящая для того, чтобы вытащить лодку, но он справился и с этим, помогая попутчикам высадиться на импровизированный берег. Когда глаза привыкли к темноте, стала видна пещера — точнее, вход в неё, начинающийся слишком круто вверх, но потом заворачивающий в глубину горы.
История с чёртовой удачей и домовыми: "Алиса и её Тень"
В последнюю очередь Мясник положил беспокойно ворочающегося инспектора на мокрую гальку и вопросительно посмотрел на Добрую Люсю:
— Оставим его здесь? Он нескоро очнётся.
— Не-а, — она помотала головой, — когда он проснётся, то уедет и выдаст это место. Или потонет от прилива.
— Полагаю, последнее тебя не устроит?
— Это необязательно. Можно взять его с собой, как страховку.
— Почему-то я так и думал, — Мясник с покорностью взвалил на себя инспектора, — тогда вам придётся самим лезть вверх.
Карабкаться по склизким камням было трудно, но воспитательница помогала малышке, а Эля и Илья не жаловались и сосредоточенно пыхтели, выбирая, как бы половчее ухватиться за следующий выступ, покрытый набухшими водорослями. За бугром открылся довольно просторный лаз, ведущий прямиком вниз, и им пришлось включить фонари, чтобы различать дорогу.