She walks these hills in a long black veil ...
Johnny Cash
Cимпатичный все-таки городишко, этот Заммельберг. Да я бы сюда и не собрался никогда, но вот дети настояли, «папа, с твоими лёгкими – только туда, там такой воздух». Воздух здесь и правда волшебный, чудный альпийский климат. Да и все такое умиротворенное, патриархальное, уютное. Эти игрушечные фахверковые дома, булыжные мостовые, покрытые патиной памятники Бог знает кому. Я его полюбил всем своим стариковским сердцем, неспешно прогуливался по Кургартену, степенно раскланиваясь со встречными: Gruess Gott! Что ещё старику надо? Любил заглядывать в лавку к Курту, где он с переменным успехом пытался всучить доверчивым туристам шляпы с перьями, кожаные шорты и галстуки с оленями. Часами сидел на лавке в парке святого Руперта, глядя, как солнце закатывается за шероховатую вершину Предигшпитца.
Ну, и чего там скрывать, грешен, каюсь, любимым местом стала кондитерская Максимилиана, где дочка хозяина, миловидная толстушка Габи, потчевала меня своим потрясающим штруделем, щедро политым ванильным соусом. Я ещё над ней подшучивал: «Габи, я же знаю ваши обычаи, вы уже прекрасно готовите штрудель, вам пора замуж», - на что она почему-то сразу отводила глаза и принималась протирать и так идеально чистую стойку.
И вот как-то сижу у них, наслаждаясь неземным штруделем и лениво стуча клавишами ноутбука. Тренькнул колокольчик входной двери, и вошла она. Мне сложно сейчас сказать, что меня поразило тогда – её красота и стать, словно сошедшие с полотен старых голландцев, её платье, идеально подчеркивавшее фигуру, её блуждающий взгляд, какая-то виноватая полуулыбка … На строгое и стильное платье была почему-то накинута джинсовая курточка со странным значком – орлом, похожим на немецкий герб и надписью DTH - Bis zum bitteren Ende*.
- Добрый вечер, фрау Коплер!
- Добрый вечер, Габи! Два капучино, будь добра.
Она села за столик около меня, поправила причёску (ох, хороша! Будь я помоложе …) и положила на стол два телефона. Габи принесла кофе, фрау Коплер поставила один напротив себя и углубилась в телефоны. Похоже, в одном она набирала что-то в WhatsApp, в другом – пролистывала фото. Правда, второй иногда попискивал, она читала сообщения и улыбалась, от этой улыбки она становилась какой-то домашней, мягкой, её хотелось усадить в кресло, укутать пледом и напоить чаем. Покончив со своим кофе и не притронувшись ко второму, она подозвала Габи и рассчиталась с ней.
Потом вдруг резко повернулась ко мне и торопливо заговорила:
- А знаете, как он меня любит? Он ведь скоро сделает мне предложение! Он молчит, конечно, но я знаю – он уже все придумал. Наверняка пригласит меня в ресторан на Предигшпитц, на самой вершине. У него есть друг Юрген, он парапланерист. И вот Юрген спустится сверху и отдаст ему кольцо, а он попросит моей руки. Я знаю, просто не показываю виду, чтобы его не расстраивать, понимаете? Я так счастлива! Ох, мне уже бежать надо, Габи, он скоро придёт, не убирай кофе, он опять курит, ну сколько раз я ему говорила: «Не кури», не слушает. А он точно мне напишет, знаете, только он так умеет: «Ich liebe Dich, mein Schatz**». А свадьба у нас будет в стиле тридцатых, он ведь всегда мне говорил, "мы с тобой, Грета, как в той песне DTH, Бонни и Клайд". Всего доброго! - и, торопливо схватив сумочку, она вышла из кондитерской.
- Ну вы посмотрите, Габи, как романтично! Завидую такому счастью.
- Ох, герр Рогофф, да чему там завидовать? Вы же ничего не знаете! Бедняжка фрау Коплер! Франц ведь так её любил, он ведь сюда и вернулся из Франкфурта, когда узнал, что она овдовела. Он, вишь, её всю жизнь любил. Они тогда у нас сидели, тоже капучино пили, год назад это было. А он точно курил как паровоз, она все ему, «не кури, не кури». Он её тогда в щечку поцеловал, вот как сейчас помню , она такая радостная была. Ну и говорит, мол, подожди, я схожу покурить – и на улицу. А там … Говорила я этому дурачку Руди, ну чего ты так на своём мотоцикле гоняешь? Руди ведь, - она всхлипнула, - жених мой был. Да и чего-то там у него в мотоцикле сломалось, он вырулить не успел, и … И всё, нету герра Бумгартена. А Руди в тюрьме, как будто это он виноват, а не эта штука его адская. А она сюда приходит, все время два кофе берет и пишет, пишет … Она ведь ему пишет, а потом сама как будто отвечает на его смски. Ох, такая пара красивая была. А мы её все жалеем, помогаем чем можем, но видите как, умом, видать, повредилась. Эх, жизнь! Что-нибудь ещё, герр Рогофф?
- Да нет, спасибо, дорогая, я и так засиделся. Хотя … У тебя есть номер фрау Коплер?
Я брел по Кургартен-аллее, что-то уже зябко стало, да, осень, никуда не денешься, всех нас ждёт осень. На мостике через Аарау достал телефон, развернул бумажку, которую дала Габи …
Грета Коплер, 171 174 5853.
New message:
Ich liebe Dich, meine Schatz.
Send? Yes.
И телефон полетел в воду.
*До ужасного конца
**Я люблю тебя, моё сокровище