— Дамы, я собрала вас здесь не просто так. К нам прилетела проблема.
— К ужину будет инквизитор?
Лампочка в коридоре мигнула два раза и погасла, точно подтверждая величину и значимость проблемы для трех девушек, собравшихся в квадратной кухне классической новенькой многоэтажки с балконом где-то в облаках.
Марианна недовольно покосилась на автора оригинальной остроты, забившуюся в угол поближе к холодильнику. Вот только Аликсу зырканье грозных лиловых очей не пугало где-то класса с пятого. Как раз тогда она сама научилась подобным методам устрашения.
— Шутки будешь шутить со своими крысами. Эмиль Мирославович в отпуске до сентября, поэтому...
— А, значит, заминквизитора? — снова встрепенулась болтливая гостья. — Ну так что, у нас с лицензией все в порядке, прививки сделаны по расписанию и сверх того, цены за услуги ведовства с реестром согласо...
Теперь лампа закачалась над рыжей головой неугомонной Аликсы. Пока что предупреждающе, но без надежды на прощение следующего непрошеного комментария.
Шутки про бюрократические причуды преемника когда-то великой машины огня, креста и святой воды из лужицы, а ныне Нового Отдела Контроля Адептов Ковена (или — по-простому и по-домашнему среди самих адептов — НОКАК) отвергались Марианной в самом крайнем случае.
А этот вечер с самого начала не походил на шутку: с самых истерически громких звонков Марианны двум лучшим подругам в девятом часу с просьбой прилететь (хоть на метле — главное, быстрее) к ней в филиал замкадья, когда по телефону не было сказано ровным счетом ничего толкового, кроме большого количества исключений латинского языка и приглашения на срочное совещание.
Ибо с самых древних и темных времен известно, что одна умная рыжая голова хорошо, а три: морковно-рыжая, русо-рыжая и медно-рыжая с алыми перьями у висков — несомненно, лучше.
— Все и лучше... и, наверно, хуже... Инквизитора, по крайней мере, мы знаем, какими байками кормить и как за порог выставлять...
Марианна встала, потеснив при этом Тамару, которая уютно расположилась на углу стола и ни при каких обстоятельствах не желала смещаться в сторону, порылась в выдвижном ящике буфета, попутно щелкнув на кнопку чайника — чрезвычайные посиделки грозили затянуться глубоко за все приемлемые ночные часы, — и затем вернулась к столу.
На стол из рук хозяйки квартиры плюхнулся толстый конверт, когда-то, вероятно, бывший по-типографски белым и привлекательным, а ныне — наполовину сожженным, а затем кое-как восстановленным по воле очень эмоциональной получательницы. Больше всего пострадал обратный адрес, меньше всего — марка с головой сибирского мишки и штемпелем почтового отделения из сердца русской Азии.
— К нам едут мои племянники. Изволите видеть — братец прислал сегодня утром.
Тамара наклонилась над предметом вспышки гнева своей подруги и внимательно осмотрела его сначала правым глазом — голубым, затем левым — карим, с лопнувшим красным сосудом. Почему это письмо вызвало столько негодования и чуть не стало причиной пожара, ей понять не удалось.
— Что им здесь занадобилось? Твоя мама что, опять решила вспомнить молодость и отрицать факт наличия у нее четырех внуков, а деть их некуда?
В отличие от всех, конверт интереса у Аликсы не вызвал. По крайней мере, он не стоил того, чтобы ей в ночи ехать из Кузьминок на последнем автобусе с подвыпившими узбеками, а потом примерно так же ехать домой. Жалко было узбеков.
— Если бы. Младшему девять лет, и он едет за компанию — ему за мой счет организовано культурное оздоровление, — Марианна заметила, как дернулась у Тамары щека.
Ей, выросшей с четырьмя младшими сестрами в одной комнате, любое упоминание о возне с детьми приносило страдание большее, чем все отделы НОКАК. Поэтому Марианну она в данной ситуации понимала как никто другой.
— Но главная штука в том, что Нина едет сюда поступать, — с каждым словом нервное возбуждение Марианны все уменьшалось, а вот усталость от обязанности решать проблемы дальнего родственника увеличивалась. Она-то надеялась на следующей неделе до августа свалить из душного каменного лабиринта куда-то поближе к морю. — И поступать она собирается... черта с два, прости меня Ярило... на химический факультет.
Аликса присвистнула, подавшись вперед и наконец отлипнув от холодильника. Ее круглые очки в тонкой оправе съехали на самый кончик острого носа в веснушках и сами протерли себя дужками, не дожидаясь салфетки. Нетронутый чай в кружке Тамары забурлил и выплеснулся на клеенку и частично на пол. Марианна горестно прикрыла глаза.
— Да-да, вы только представьте! Нет, ну хоть бы подалась на матфак — можно потом с документами колдовать, даже в НОКАК пробиться и жить себе спокойно. Но это ведь... вымирающая специальность...
— Доисторическая... — поддакнула Тамара. И это было мягко сказано.
— А я тебе о чем?! Вся семья с дипломами филологов, философов, педагогического, в конце-то концов, до поколения русско-турецких войн! Мертвые языки — основа основ, на них каждая порядочная ведунья курсачи и заявления пишет и что там еще, никакие Python’ы и иже подобные животные не сравнятся. Ты, — девушка ткнула пальцем в Аликсу, которая старательно выпутывала капризные очки из своих волос, — ты вообще переводчик-языковед!
— Специалист по межкультурным коммуникациям, — процедила Аликса, не сильно надеясь, что разница важна не только для ее нечеловечески культурных клиентов.
Марианна готова была плакать, пускай сама еще не решила: от обиды, ужаса или злости. Или от всего сразу. Или просто от того, что не любила детей.
— Какая разница!! Тебе деньги платят, ты даже в реестре как неблагонадежная не состоишь. И Тамара тоже. А Нинке... Нинке приспичило возиться с травками и зельями — вы представляете? И это в век промышленного обмана потребителей фастфуда!! Кто в этой стране может выжить с дипломом ведьмы-технаря? Кто ей поверит, что у нее — продукт, а не какая-то бурда? — Марианна залпом выпила поданный ей Тамарой чай, собранный с клеенки и возвращенный в кружку несколько секунд назад.
Только это помогло остановить ее от громкого поругания всей системы столичного высшего образования и работы для ведьм из лесной глубинки с завышенными ожиданиями.
— Поверят, конечно, — Марианна явно сама себя пыталась в этом убедить. — Сначала проверят, а потом, может быть, поверят из вредности или безысходности...
— Но уж явно не в Москве.
Каждая порядочная ведьма, ведунья или ведовка, прожившая в столице хотя бы месяц, это знала.
Аликса и Тамара быстро переглянулись и, не сговариваясь, друг другу кивнули. Мысль была у них одна на троих. И отнюдь не радостная. На их глазах фактически погибал, ну просто самоуничтожался перспективный представитель колдовского рода. Так совсем скоро и до брака с вампиром недалеко.
— В общем, они приедут в следующее воскресенье. Нужно будет встретить на Казанском утром, разместить, туда-сюда. И мой брат хочет, чтоб я на Нинку... повлияла... — многострадальная родственница сибирской студентки еле выдавила из себя эти слова, как будто ее ими насильно кормили, как манной кашей. — Чтобы еще показала большой город, большие возможности для специалиста по гуманитарному ведовству... И выбила из нее эту дурь. Вы же меня не бросите? — взмолилась Марианна, совершенно забывая о своей негласной роли голоса разума в их компании.
Когда на твою несчастную, молодую и неокрепшую голову студента накануне выпускного курса сваливается головная боль, размерами сравнимая разве что с дипломом, как-то уже не хочется быть сильной и независимой — «взрослой», — пускай и ведьмой.
— Я не уверена, что справлюсь с этой мелочью... Здесь надо голову чистить до самого костного мозга. Может, потом хоть в актрисы попробуется...
— Если нужно что-то выбить из кого-то... — Аликса наконец освободила покореженные и недовольные дужки и теперь, готовая сыпать остроумием как перцем в борщ, держала их на расстоянии вытянутой руки от своих кос. — Надо пригласить Эмиля Мирыча. У него в этом опыт богаче...
В коридоре лопнула несчастная лампочка.
Автор: Маргарита Сергеева
#сказка #фэнтези #фантастика #фантастический рассказ #рассказы #мистика #чудеса рядом