Глава 31.
- Я долго думал Маша, — после продолжительной паузы ответил я. – Невозможно заполнить сегодняшний день, после всего того, что произошло с нами, вспоминая счастливое прошлое. Ведь мы сейчас совершенно другие. Когда-то у нас всё было хорошо, пока мы не стали чудить. Как ты считаешь?
- Я считаю, что всё можно поправить.
- Нет, моя дорогая. – Сознался я. – Я только недавно понял, что живу совершенно не так, как мне мечталось, когда мы познакомились. Ты, наверное, позабыла, о чём мы с тобой мечтали?
- Нет, любимый, я обо всём помню, — ответила Маша.
- Тогда скажи, о чём нам мечталось?
- Ты, мечтал заработать много денег и отправиться в путешествие по всему миру. – Ответила она.
- Да, это глупость, конечно, но всё же, как тогда нам было хорошо вместе, — заметил я.
- Путешествия и приключения – вот, что было твоим желанием.
- Да и ты меня в этом тогда поддерживала, — отметил я и взмахом руки подозвал к нашему столику официанта.
- Что желаете? – спросил, подскочивший гарсон.
- Водки столько же, — ответил я, показывая на графин.
- Будет сделано, — крякнул он и, захватив с нашего столика пустой графин, скрылся за стойкой бара.
Через несколько минут, официант возвращается к нашему столику с запотевшим графином.
Я, быстро наполняю свою рюмку и выпиваю залпом. Маша, отказывается, накрывая ладошкой свою стопку.
- Мне достаточно, — заявляет она. – Мне и так дурно, так как мы с тобой с утра ничего толком не кушали.
- А это что? – показываю на блюдо с остатками сыра и фруктов.
- Коленька, если бы мы исполнили твою мечту, я была бы счастливейшей из женщин. – Созналась супруга. – Но, потом у нас…
- Знаю! – не дал закончить, перебил я жену.- Потом у нас родился Миша.
- Тогда тебе приходилось работать на нескольких работах, — вспомнила жена.
- А когда сын пошел в первый класс, я организовал кооператив.
- И мы с того момента перестали нуждаться в деньгах.
- Но тебе захотелось самой чего-то добиться! – вскрикнул я и прихлопнул ладошкой по поверхности стола. – Зачем?
- Мне стало скучно сидеть дома и смотреть сериалы, — созналась Маша и посмотрела мне в глаза.
Видимо выражение моего лица от ответа жены изменилось, так как она отшатнулась от меня. Гарсон, подскочил к нашему столу и выразительно посмотрел на меня.
- Простите нас, — просит Маша официанта, — мы сейчас уходим.
- Принесите нам счёт, — заявляю я.
Через какое-то время, официант приносит нам счёт. Я достаю портмоне и бросаю на стол несколько купюр, он подхватывает их.
- Сейчас принесу сдачу, — шепчет гарсон.
- Не надо, — отвечаю я. – Это вам за беспокойство.
Затем беру жену за руку, и мы выходим на улицу. Потом резко, разворачиваю Машу и прижимаю к себе.
- Мне не хочется много думать о том, что могло бы произойти, но не сбылось, — качнувшись, утратив устойчивость, выпалил я.
Маша, поддержала меня под руку, не дав свалиться на асфальт.
- Я боюсь думать об этом, так как чувствую, что эти мысли меня увлекают в пропасть, в которой я уже однажды побывал и не хочу снова туда возвращаться.
- Коленька, мне известно это чувство, — прошептала Маша и прижалась ко мне всем своим телом.
Почему-то Маше вспомнилась последняя встреча с любовником. Тогда–то она поняла, что их встречи не принесли ей радость. Костя злился на меня и ни как не хотел меня отпускать.
- Эти мужики мне осточертели! – вспомнила она как-то брошенную фразу своей лучшей подруги. – Придется на днях отсечь с кровью эту связь!
- Как же я поменялась, — рассуждала Маша, с нежностью осматривая лицо любящего мужа. – Ведь сама говорила, как противно, когда вижу, что определяет вкусы людей, их ненужные прихоти, заблуждения, они бы не поглощали такое количество таблеток, если бы были довольны своей жизнью. Вот мой Коля часто весел, но он не счастлив, так как очень часто раздражается из-за мелочей.
- Какой ад, ждёт нас, — внезапно выдала она. – Меня, тебя с нашей шикарной квартирой. Я не знаю. Мне чего-то не хватает, что есть у Виктора Васильевича и у других наших друзей и знакомых.
– А может, и у них этого нет. – Вставил я.
- Хотя, может, и у них этого нет, — согласилась со мной жена. - Может когда они говорят: Как прекрасен этот мир, когда Витя растягивает в улыбке свои тонкие губы, он то же ничего не чувствует, так же как и я. Вот только наш сын Миша…
- Что Миша? – удивился я.
- Несколько дней назад, когда ты был в реанимации, и мы с сыном остались наедине, он мне высказал какая я плохая мать и жена.