Так оценила картину Бубнова Галина Ельшевская.
А мне вспомнилось, как я читал о Рафаэле в “Классическом искусстве” Вёльфлина… Естественность итальянского языка жестов, оказывается, была открытием. Именно естественность. Что вполне совпадает с формулой идеостиля «Гармония высокого и низкого». Естественность была низким, а богословская тематика – высоким. И было противоречие. И – катарсис от такого столкновения (Гармония).
Оперная же эстетика предполагает бесконфликтное наращивание чувства.
И в самом ли деле у Бубнова бесконфликтность: патриотизм? (Столь почётный в войну и сразу после неё {не сравнить с либеральным мнением 90-х годов, что беда России – её слишком большая величина, и надо её разделить на, кажется. 20 частей}.)
Бубнов иллюстрирует момент, известный из истории. Князь Дмитрий задумал дать бой в болоте, которое он же и выбрал. Чтоб Мамай конницей напал на пеших (в большинстве своём ополченцев), ощетинившихся пиками, он послал конных разведчиков напасть на его лагерь, чтоб Мамай со злости стал их, удирающих, преследовать. И заодно – от злости же – чтоб не заметил засадный полк в лесу, мимо которого он гнался за напавшими. То есть изображённое есть ожидание попадания Мамая в болото. То есть непосредственно не имеет отношения к самому-самому ближайшему будущему – то начнётся с избиения Мамая в болоте спереди ждущими и сзади засадным полком. То есть непосредственно изображённое – образ низкого.
Вот этот
решил копьё и щит положить на траву – тяжёлые ведь. Зачем себя раньше времени утруждать? А в глазах – огромный опыт. Его глаза отмечают доли секунды в происходящем перед ним. Он не прозевает, когда нужно копьё и щит поднять.
Вот этот
никогда не был в сражениях. Он не воин. Даже шлём не смог достать. Он из татар видел только сборщиков податей. Им сопротивления не оказывали. Те и вооружены были соответственно слабо.
И ему интересно, как выглядят именно воины. Он аж даже вышел сколько-то вперёд перед всеми, желая рассмотреть. Любознательный.
А этот
не любознательный. Он старше. (Это тоже ополченец, с самодельным щитом, с простым топором, без шлема, ну броню на грудь сподобился достать и надеть.) Он задумался от нечего делать, может, вообще о доме и увидит ли он своих – глаза его смотрят в бесконечность и видят родных.
Вот этот
профессионал. Ему не впервой сражаться с татарами. Надо подождать, пока они подойдут? Ну так подождём. Мы привычные ко всяким неудобствам.
Есть трусящий.
Это ополченец (с топором и тоже без шлема). Он-то пришёл сюда сам. Обычай такой. Но ему нехорошо на душе.
Сам князь Дмитрий
просто рассказывает окружающим (что прибавит им уверенности), что он задумал сделать с Мамаем.
И всё это – образы низкого.
А высокое не имеет текстового выражения: пришла пора Руси освобождаться от татарского ига.
И катарсис от столкновения таких низких и высокого: мы победим. (И это не вид высокого, потому что велики будут жертвы, а это низкое.)
Другое дело, что Ельшевская, в душе либералка, не сумела увидеть в этой картине выражение повторяющегося в веках идеостиля Высокого Возрождения с его формулой «Гармония высокого и низкого». Есть – что удивительно! – консенсус в искусствоведении относительно идеостиля Высокое Возрождение. В саму его формулу входит противоречие. Есть термин такой – «минус-приём». Это когда об одном из противоречий (здесь – «пора Руси освобождаться от ига») в «тексте» произведения (название всё же не вполне «текст») ничего нет, но все его имеют в виду. И ведь наверно образованная она, и они в институте проходили «Психологию искусства» Выготского… – Всё равно. Предвзятость (что Россия и СССР – это олицетворения тупикового пути развития, в искусстве в том числе, имея в виду соцреализм) не даёт Ельшевской увидеть очевидное: что нет в этой картине оперной эстетики.
.
Нет. Я признаю, что в неприкладном искусстве как-то так организовано, что часто в упор не видишь противоречий. Я не исключаю, что и я выше ошибся где-то в анализе, что есть низкое, а что высокое. Но.
Катарсис-то, будучи подсознательным, охватывает всех людей, «говоря» им ЧТО-ТО, словами невыразимое. Потому всё люди должны переживать от этой картины ЧТО-ТО, причём позитивное. Как при этом рука у Ельшевской повернулась написать что-то негативное, до меня как-то не доходит. Хоть сегодня, в дни специальной военной операции на Украине, мы все видим особой интенсивности войну фейков и потрясающую способность людскую фейкам верить, если они исходят от своих.
11 июля 2022 г.