С волнами «той самой» пандемии всем давно всё ясно: накрыла-откатилась, накрыла-откатилась. И так пять раз, хотя говорят уже о шести (да сколько можно?). Всё ясно и с происхождением слова «пандемия» — от древнегреческого πανδημία, что значит «весь народ», хотя распространили это слово по миру европейцы, более современные, чем древние греки. И с ударением мало-помалу разобрались: только «пандеми́я».
Впервые широко заговорили о пандемии 100 лет назад, во время испанки (французы — pandémie, а также немцы — Pandemie). Впрочем, пандемии были, конечно, и раньше (в XIV веке, например), только доступа к информации и большим аналитическим данным в то время практически не было. О том, что одна и та же напасть чуть не выкосила всю Европу, догадались много позже. А до того была еще Юстинианова пандемия VI века...
Почти та же история, только в более сжатые сроки, произошла и со словом «инфодемия». Оно появилось задолго до последней (хочется надеяться) пандемии. В Оксфордском словаре его зафиксировали в 2003 году (infodemic) в связи с распространением атипичной пневмонии. У термина есть автор — журналист и политолог Дэвид Роткопф, который придумал его для описания ситуации, когда «факты, настоянные на страхе и смешанные с домыслами и слухами, усиленные и быстро переданные по всему миру с помощью современных информационных технологий», оказывают влияние на экономику, политику и безопасность.
Примерно в то же время исследователь в области здравоохранения Гюнтер Эйзенбах из университета Торонто заговорил об «инфодемиологии» — науке о «распространении информации и дезинформации о здоровье», а позже использовал этот термин для обозначения попыток цифрового обнаружения болезней.
Но только в марте 2020 года ВОЗ вытащила это слово на свет Божий из «пыльных оксфордских запасников» для обозначения сопутствующих волнам пандемии волн информации и дезинформации. Причем с акцентом именно на «дезу», с которой надо бороться усиленными методами.
Против такого решения выступают журналисты и лингвисты, пытающиеся доказать, что вирусное распространение информации, новостей — не всегда плохо. Особенно если новости правдивые, то есть фактически точные. Такие тоже бывают. Но пока у инфодемии душок нехороший. Потому что мнений в информационную эпоху заведомо больше, чем фактов. А мнение — это не факт и не новость. Это как раз те самые «домыслы и слухи». «Как отличить мнение от факта?» — вообще основной вопрос журналистики, а вовсе не классический технический секстет-алгоритм «Кто — Что — Когда — Где — Почему — Как».
Тот же вопрос — «Это мнение или факт?» — стоит задавать себе всякий раз при получении новой информации. Самый надежный фильтр. Для всех, не только для журналистов. Мнение есть у каждого. Но мнение тоже должно основываться на фактах. В противном случае нет причин, по которым к нему следует прислушиваться или с ним считаться. Поскольку одна из целей выражения мнения — убеждение других людей, нужна железобетонная аргументация.
Аргумент — утверждение, подкрепленное фактом. То есть мнение подтверждается информацией, основанной на фактах. И эти факты можно проверить. Чем более точные факты используются при выражении мнения, тем легче будет убедить других. Всё просто.
Да, а что там насчет ударения? Как правильно: «инфодеми́я» или «инфоде́мия»? Пока единого варианта нет, все зависит от «ориентира» — «пандеми́и» или «эпиде́мии».
Статьи по теме:
Подписывайтесь на наш канал! Будет еще интереснее!