Найти в Дзене
УЧЕБНИК ЖИЗНИ

Забывание – не сбой памяти, а ее механизм. Как правильно наладить его работу

Когда Моцарту было 14 лет, ему понравилось одно сложное хоровое произведение, которое исполнялось в Сикстинской капелле. Однако ноты монахи держали в строгом секрете. Тогда мальчик просто посетил службу, послушал пение и, вернувшись домой, по памяти записал всю партитуру. Позже сравнение с подлинником подтвердило совершенную точность этой копии. Вот, что значит: гений. А тут в магазин без списка выйдешь – считай зря сходил, половину забудешь. Правда, говорят, Моцарт за всю жизнь так и не освоил деления и умножения, вынужден был складывать и отнимать. Прав был Козьма Прутков: «специалист подобен флюсу: полнота его односторонняя». И всё-таки: как устроена наша память? Разные эксперименты, в том числе с гипнозом, давно выявили, что она хранит если не все, то гораздо больше, чем мы можем обычно воспроизвести. То есть воспоминания лежат в нейронных кластерах, как в сейфе, а вот ключ наш мозг специально от нас прячет. Последние исследования ученых доказывают: забывание – это не просто бессис

Когда Моцарту было 14 лет, ему понравилось одно сложное хоровое произведение, которое исполнялось в Сикстинской капелле. Однако ноты монахи держали в строгом секрете. Тогда мальчик просто посетил службу, послушал пение и, вернувшись домой, по памяти записал всю партитуру. Позже сравнение с подлинником подтвердило совершенную точность этой копии.

Вот, что значит: гений. А тут в магазин без списка выйдешь – считай зря сходил, половину забудешь. Правда, говорят, Моцарт за всю жизнь так и не освоил деления и умножения, вынужден был складывать и отнимать. Прав был Козьма Прутков: «специалист подобен флюсу: полнота его односторонняя».

И всё-таки: как устроена наша память? Разные эксперименты, в том числе с гипнозом, давно выявили, что она хранит если не все, то гораздо больше, чем мы можем обычно воспроизвести. То есть воспоминания лежат в нейронных кластерах, как в сейфе, а вот ключ наш мозг специально от нас прячет.

Последние исследования ученых доказывают: забывание – это не просто бессистемная утрата информации. Есть особый механизм. И включается он тогда, когда мозг считает, что хранящиеся воспоминания не соответствуют текущему моменту, не помогут нам в нынешней ситуации и, напротив, собьют с толку.

Бывает, этот механизм портится. И тогда человек помнит каждый свой день. Это мучение. У синдрома есть название: гипертимезия. Первым человеком, у которого он был официально диагностирован, стала некая Джилл Прайс.

Бедная женщина совершенно вымоталась: она неконтролируемо возвращается памятью в прошедшие дни. Не только хорошие, но и плохие воспоминания в ее голове не теряют с годами яркости и отчетливости. Прайс описала свои ощущения в автобиографической книге «Женщина, неспособная забыть».

Однако что делать нам, обычным людям, если мы хотим что-то вспомнить, а мозг отказывается отпирать нужную ячейку памяти? Нужно его убедить, что текущая ситуация аналогична той, что была в момент запоминания. И что информация, полученная тогда, пригодится сейчас.

Показателен такой эксперимент: людям давали что-то запомнить, при этом испытуемые окунали ладони в холодную воду. Через определенное время информация забывалась, но даже спустя много дней, стоило людям опустить руки в холодную воду, как воспоминания тут же пробуждались.

(подробнее об авторе и его книгах см. https://sptaradin.ru/) И не забываем лайк!