#16
(предыдущая часть здесь #15)
Погружения. История третья. Елена и Элия
В кресле сидела молодая женщина лет 38. Она была хороша собой, но не яркостью, как это часто бывает, а какой-то тихой и печальной нежностью. Вот уже месяц как они с Савельевым ищут ответы на вопросы, которые её беспокоят. И всё это время Савельев подготавливал её к первому сеансу погружению. Не то, чтобы она сопротивлялась. Она просто никак не могла понять - а зачем? Как это поможет решить её проблему? А проблема была интересная и простыми методами терапии не решалась.
Елена принадлежала тому редкому типу людей, которым не нужно было работать, чтобы обеспечивать себя. На её счету лежала энная сумма денег, которая досталась ей от отца, и жила она, как говорится, на ренту от этих накоплений. Проблема была в том, что она никак не могла найти дело, которое бы её увлекало настолько, чтобы можно было полностью себя проявить. Елена была творческой личностью, очень тонко чувствовала красоту и могла бы заниматься абсолютно всем, что ей доставляло бы радость. А когда она находила такое дело, то её сковывал страх, и всё рушилось. С чем он был связан и почему он на неё накатывал, понять было трудно. Помимо этого, у неё были очень сложные отношения с отцом и с братом. Как она ни старалась, у неё никак не получалось ладить с ними.
Савельев предложил сеансы-погружения, чтоб разобраться с причинами, которые Елена может вспомнить, и тем самым поможет себе с решением текущих задач в этой жизни.
- Голубушка, как вы себя чувствуете? Что происходит, где вы, можете рассказать?
- О, какое чудесное место. Я в саду, такие яркие краски, что хочется зажмуриться. Я слышу, как шелестит листва, но слышу не так, как в обычной жизни. Она шелестит и звучит мелодия. Напоминает звон колокольчиков.
Елена говорила с небольшими паузами между предложениями. Савельев наблюдал за ней и понимал, что она исследует то место, в котором находится. Она ещё не понимает, где именно находится и почему именно там.
- Такая нежная мелодия... и всю меня переполняет необыкновенное чувство... словно я дышу и впускаю в себя на вдохе всю эту красоту, а на выдохе выпускаю обратно. Оно словно живое... это место. Оно дышит вместе со мной.
Ой, я вижу беседку, и мне очень хочется подойти к ней. Я иду, хотя это нельзя назвать “иду”, я парю и не касаюсь земли, но при этом наступаю на траву, даже чувствую, как она щекочет меня. А почему мне так щекотно? О, так я босиком, теперь понятно. Приближаюсь к беседке. Там кто-то есть, пока не могу разглядеть кто именно, но чувствую, что знаю того, кто там меня ждёт. Да, я знаю, что меня там именно ждут. Чувствую это, - и Елена замолчала.
Савельев молча наблюдал за тем, что происходит. Не торопил, не задавал вопросов. Ждал. И когда раздался голос Елены, от неожиданности вздрогнул.
- Ой, - вскрикнула Елена и рассмеялась, её заливистый смех наполнил кабинет.
- Ой, - повторила Елена, - это же Аант, я узнала его!
Елена, а в Мире Вечности её имя звучало как Элия, кинулась в объятия своего дорогого друга. Их энергии сливались и искрились разноцветными молниями.
- Здравствуй, милая, рад тебя видеть, - Аант с нежностью смотрел на Элию и продолжал держать её в объятиях, - что, запуталась, заплутала, в своей земной жизни? Чем тебе помочь, дитя?
Аант всем своим видом излучал участливую приветливость. Он напоминал добродушного дядюшку, к которому всегда можно обратиться за советом, за помощью, и он никогда не откажет. Не потому что, не сможет сказать “нет”, а потому что, искренне готов помочь. Но при этом, если уж ты напортачил, то всё равно, своё получишь, несмотря на его добродушие. Без злобы, но получишь. Внешне Аант был похож на старого джентльмена - в неизменном черном сюртуке и с тростью. Уж очень нравился ему этот образ, вот он и не выходил из него.
- Да, запуталась. Почему там всё время что-то мешает? И почему мне так страшно там быть? Вроде умом понимаю, что ничего не угрожает, ничто не мешает, но никак не могу сдвинуться. Почему так?
Аант улыбнулся, и беседка, в которой они находились, словно окунулась в радугу. Столько было любви в этой улыбке, столько искреннего участия, что Элия от неожиданности рассмеялась. Её звонкий смех озарил светом все пространство сада, и в ответ послышались переливы птичьих трелей. Они ответили на её смех.
- Ты всегда так звонко смеялась, что удержаться, и не засмеяться вместе с тобой было невозможно, - Аант тоже вовсю загромыхал своим мелодичным басом.
Несмотря на разницу в голосовых тембрах и регистрах, всё пространство сада было переполнено переливающимися звуками, которые соединялись, и звучала нежная мелодия.
- Ты не вспомнила, почему выбрала прожить именно такую историю в этом путешествии?
- Нет, не помню. Вообще очень странно, ведь тебя же я сразу вспомнила. Почему я остального не вспомнила?
- Потому, что твоё сознание не свободно. Здесь только его часть, а остальная там, в том теле, в кресле у врача, где ты сейчас находишься. Проживать жизнь на Земле с полной включенной памятью чревато, да и запрещено. Что было бы, если бы вы всё помнили? Одна сплошная любовь и ничего интересного, - Аант рассмеялся, потом продолжил, как ни в чем не бывало, - какой смысл тогда идти на Землю? Есть много других мест, где можно это делать и выполнять совершенно другие задачи. Даже то, что вы не помните, тоже является частью вашего урока. Тем и интереснее - вспомнить, услышать зов сердца, как говорят на Земле.
- Да, сложновато всё это, - Элия грустно посмотрела на Аанта.
- Когда находитесь на Земле, проживая жизнь, да, кажется, что сложно. Но, когда вы выбираете с чем туда идти, все веселятся. Хотя и понимают, что будет непросто, - Аант замолчал. Элия решила, что он задумался. А на самом деле, он общался со Старейшинами и что-то с ними обсуждал, - Может быть, мы отправим тебя в тот момент времени, когда ты выбирала, с какими задачами хочешь разобраться в этой своей текущей жизни? Что скажешь?
- А можно?
- Можно, Старейшины разрешили открыть тебе доступ к этим воспоминаниям. Иногда это помогает убрать ложные иллюзии и направить свою жизнь в нужное русло.
- А потом я всё опять забуду?
- Нет, милая. Всё, что ты вспомнишь, останется при тебе. Старейшины не позволят вспомнить тебе больше, чем положено. Ты готова? Или хочешь повременить?
Элия задумалась на мгновенье, но потом решительно ответила:
- Готова. Хочу понимать что к чему. Чувствую, что что-то идёт не так. Постоянно впадаю в депрессию, но там у меня две дочери, им нужна моя поддержка. А какую я могу дать им поддержку, если сама постоянно в ней нуждаюсь.
- Вот и славно. Бери меня за руку и закрывай глаза.
Савельев, как верный страж, внимательно наблюдал за Еленой. Её лицо было спокойно, но при этом можно было заметить лёгкие нотки любопытства. Он привык видеть такое на лицах тех, кто отправлялся в Мир Вечности, особенно в первый раз.
Елена ощутила себя в круговороте событий, мелькали картинки, как в телевизоре на быстрой перемотке. Те же самые ощущения были и у Элии. Но когда Аант шепнул ей, что она может открыть глаза, Элия немного растерялась. Всего лишь на мгновенье. И только потому, что они переместились в какое-то помещение.
Они словно были в центре цилиндра, диаметром около 50 метров. Потолка не было видно, пол был серебристо матовый, а вдоль стен, в круговую располагались экраны. Много, много экранов. Они были разной величины, но повсюду.
- Я узнаю это место, - выдохнула Элия и улыбнулась, - Я бывала здесь много раз.
- Тогда тебя не удивит то, что ты увидишь на экранах.
Как новогодняя гирлянда стали загораться экраны, один за другим. И на каждом из них была Элия и Аант. Они сидели за столом, рассматривали что-то на поверхности стола, который тоже был монитором. Периодически проводили рукой над поверхностью стола-экрана, там замирала картинка, а они начинали что-то обсуждать. Звука не было. Только картинка.
Элия поняла, что на мониторах они наблюдают тот момент времени, когда разбиралась её предыдущая, недавно закончившаяся жизнь. Странное чувство охватило её. Она вдруг вспомнила и ощутила себя той, на которую смотрела. Будто кто-то щелкнул выключателем и включил её. Да, да, она именно включилась, как лампочка, которая вот-вот погаснет, но вместо того, чтобы выключиться, вдруг загорается, как ни в чем не бывало.
Элия повернула голову и посмотрела на Аанта, который с невозмутимым видом стоял перед экраном, но поймав её взгляд, ответил на него ласковой улыбкой. Поняв, что ей нужна поддержка, Аант приобнял Элию и мягко произнес:
- Ничего, милая, так бывает, когда воспоминания возвращаются. Поэтому надо осторожно и не спеша.
Элия пребывала в лёгком недоумении от того, что начало всплывать в её памяти. Смотрела на экран, но проживала и ощущала то, что происходило не в тот момент времени, который она наблюдала, а в тот, когда она ещё только вернулась, освободилась от того тела.
Там, где она спокойно обсуждает текущие дела с Аантом, там она уже прошла все восстановительные процедуры, которые убрали все искажения. Но Элия вспомнила и ощущала весь тот ужас, который она испытывала до всех этих процедур. Этот ужас был связан с тем, что ей было стыдно. Стыдно за своё поведение, за свои поступки, за то, что она не справилась со своими задачами и всё испортила.
Так она думала тогда, когда только вернулась, и именно это она вспомнила и ощущала сейчас, стоя перед экранами в этой комнате, наполненной мониторами с событиями из её прошлого путешествия в земную жизнь.
Теперь уже мониторы показывали различные эпизоды из той, уже прожитой жизни. На каждом из них были разные изображения.
Звали её тогда Варвара Петровна, точно так же, как и мать Ивана Тургенева. Сходство на этом не заканчивалось. Характер у Варвары был такой же вздорный и деспотичный. Рано овдовев, она взяла управление делами мужа в свои руки. И надо сказать, что дела шли хорошо.
На экранах мелькали эпизоды дореволюционной жизни царской России. Вот помещица Варвара Петровна обходит свои владения и даёт указания работникам. Элия всматривалась то в один экран, то в другой. Вот здесь она узнает о беременности своей незамужней дочери и приходит в ярость. А на соседнем мониторе Варвара приходит в ярость от того, что её сын выбрал себе в жены простушку деревенскую, и она ему запрещает жениться.
- Это было неудачное путешествие, я совершенно не справилась с поставленными задачами.
- Не бывает неудачных путешествий. В каждом происходит что-то, что позволяет вам взрослеть и набираться опыта.
- Но мне очень грустно от того, какой деспотичной, а порою и жестокой я была в той жизни. Дочь в монастырь отправила, сына заставила жениться на совершенно вздорной бабе. Всё ратовала за чистоту и репутацию фамилии. Как глупо и так стыдно, что чувствую себя виноватой перед всеми.
Аант взял Элию за обе руки и просто смотрел в её грустные глаза. Но это только казалось, что он просто держит её за руки. А на самом деле, он помогал ей передвинуться в воспоминаниях на тот момент времени, когда они обсуждали её новое воплощение, в другом теле, в ту жизнь, которую она проживает сейчас.
Все экраны разом погасли и через несколько секунд включились заново. Но там уже были совершенно другие изображения. Мелькали люди, кто-то что-то делал, что-то говорил. Аант очень мягко развернул Элию к одному из мониторов и встал за её спиной, чтоб не мешать.
Совершенно неожиданно этот экран немного выдвинулся вперед, увеличился в размерах, а изображение на нём стало каким-то объемным. Элия смотрела на себя. Как в зеркало. Та Элия на экране была одна, по крайней мере, никого рядом не было видно. Со стороны казалось, что две Элии смотрят друг на друга. Аант наблюдал эту сцену с любопытством, но с такой нежностью и любовью, с которой наблюдаешь за дитём, играющим в игру, которую он сам придумал.
Вдруг экранная Элия повернулась к кому-то и рассмеялась. А Элия стоящая перед экраном вздрогнула от неожиданности. Она не ожидала, что картинка будет со звуком. Вздрогнула, но потом заулыбалась. Аант видел, что в ней просыпаются воспоминания.
- Я придумала, хочу исправить всё то, что натворила, будучи Варварой Петровной, - Элия на экране и закружилась в танце. К ней присоединились те, кто находились рядом, среди них был и Аант.
- И что же ты придумала? Как хочешь прожить новую жизнь?
- Хочу на себе испытать то, что досталось Манои и Энии, в качестве моих детей. Манои будет моим братом, а Энти отцом. Они будут меня любить, но иногда будут очень жестоки и деспотичны со мной. Чтобы я смогла пройти через опыт эмоционального насилия, но это меня не сломает. Я должна буду научиться справляться с этим натиском и учиться отстаивать свои границы. Мы должны будем вместе пройти через это, чтобы восстановить равновесие. Ну и это будет весело, у нас получится.
- Интересный сюжет, - произнес Аант, - надо идти к Старейшинам за разрешением, и потом уже будет понятно, что делать дальше.
Экран погас. Элия двумя руками прикрывала рот, словно опасаясь, что оттуда вырвется крик. Потом медленно развернулась к Аанту и так же медленно произнесла:
- Я вспомнила… вспомнила… Теперь понятно, почему мне так бывает страшно жить. Я боюсь не справиться с поставленной задачей и опять всё испортить…
- Вот и славно, милая, вот и славно. Теперь ты знаешь, что к чему.
Аант обнял Элию, и вновь всё заискрилось и засверкало. От Элии шёл поток бесконечной благодарности, а Аант посылал ей энергии поддержки и любви.
- Пора возвращаться, милая, время. Закрывай глаза и глубоко дыши.
Елена открыла глаза и встретила теплый взгляд Савельева. Он улыбался. Она молча смотрела на него, была серьёзна и сосредоточена. Потом лицо как-то вдруг обмягло, серьезность куда-то испарилась и Елена заулыбалась.
- Ну что, голубушка, с возвращением. Как вы? Может, чаю хотите или кофейку со сладостями?
- О, да, кофе будет весьма кстати, надо взбодриться.
- Разговоры будем разговаривать, - подмигнул Савельев, - или хочется всё обдумать самой?
- Можно и поговорить, - рассмеялась Елена, - думаю, что и у вас будут вопросы.
- Будут, ещё как будут.
И они переместились в другую часть кабинета, разместились в уютных креслах в ожидании кофе, который Савельев уже успел попросить сделать.
- О чём задумались?
- Обо всём и ни о чем, - улыбнулась Елена.
Тихо вошла Ирина и аккуратно поставила перед каждым чашки с дымящимся напитком, а рядом с каждой чашкой десертные тарелки. Это были блюдца, на которых были изображены различные планеты, затягивающиеся в вихревую спираль. Когда блюдо со сладостями было на своём почетном месте, в самом центре стола, а Ирина так же тихо удалилась, как и вошла, Елена потянулась за тарелочкой и начала разглядывать узор.
- Какой интересный узор. Прям медитативная тарелка. Смотришь, и тебя словно затягивает в этот вихревой поток.
- Да, тарелки знатные. Мне их презентовали на одной из конференций, уже не помню, чему она была посвящена.
- Как вы думаете, Андрей Николаевич, наша с вами встреча тоже была запланирована заранее? То есть в сценарии проживания жизни, так и должно было произойти? - Елена поставила тарелку на столик и посмотрела в глаза Савельеву.
- Ох, голубушка, это провокационный вопрос и я не буду на него отвечать. Вам это абсолютно ни к чему, - Савельев протянул вазочку со сладостями Елене, приглашая её попробовать это лакомство, и только после того, как она переложила угощение на свою тарелку, продолжил, - давайте лучше обсудим, как изменилось ваше восприятие после возвращения? Есть какие-то осознания? Вам нужна в этом помощь или всё-таки будет лучше, если вы сами всё спокойно обдумаете?
- Ммм, не знаю. И хочется всё обсудить, как бы расставить все точки на “i”, но в то же время, я чувствую, что мне надо подержать это всё в себе. Прожевать, проглотить. Или как вы любите говорить: “прожить”.
- Ну и хорошо, тогда давайте будем наслаждаться маленькими радостями жизни - пьем вкусный кофе, вкушаем сладости и пусть блаженство растекается по нашим бренным телам.
… продолжение следует …
Автор Э.Г.