Кого ни послушай из западников, что наших, доморощенных, что заграничных, они готовы винить Россию и русских, а особенно Путина во всех возможных и невозможных грехах. При этом, в мире уже даже не знают ни одной беды человечества, в которой мы, под руководством Владимира Владимировича, не были бы виноваты. Я не хочу даже вспоминать абсурдные всхлипы американского старпёра, про путинскую инфляцию и путинские цены на бензин, в этот абсурд не верят даже у них, надеюсь. А вот в истории с Украиной нас завинили капитально. Единственный способ снять с себя хамские обвинения – это победить там полностью, безо всяких уступок бандеровскому режиму, ткнуть мировую общественность носом в доказательную базу, которая уже сочится от крови невинно убиенных жителей Донбасса. Остановимся – так и будем на века оклеветаны пострашнее, чем Грозный со Сталиным.
Однако, вина нас, русских и нашего государства, во всём происходящем, несомненно, есть. О ней и напишу.
Я могу говорить лишь о том, что происходило в моей стране, тогда СССР, лишь с семидесятых, когда стал хоть что-то понимать. Не знал я тогда про дружбу народов, да и, про то, какие есть национальности, тоже не знал. Мы просто дружили, не разбираясь в этих тонкостях. Это сегодня я знаю, что среди моих школьных друзей, кроме русских были поляки, татары, украинцы, евреи, чуваш был и белорус. А тогда мы были одним целым, не делясь по национальным признакам. А кое-где, в то же самое время, всё было совсем по-другому. Я, помню, приехав в соседнюю область на газопровод, по распределению, я был удивлён, что в нашем многонациональном коллективе меня многие норовят попрекнуть моей русскостью. Можно было целую этнографическую экспедицию провести, в свободное от работы время, по сбору национальных антирусских поговорок. Все норовили мне их рассказать, на разных языках. На молдавском, татарском, киргизском, кого там только не было. Но больше всех, на таких хлебных местах, всегда работало украинцев. Надо честно сказать, насчёт работы, они звери, сачков встретишь редко. Однако и взаимопомощи от них особо не ждали, ребята, в основе своей, карьеристы, друг за друга державшиеся. Не удивительно, что начальство, практически всё, было оттуда, с Западной Украины. На любую тему с ними можно было говорить, но, не дай Бог, разговор переходил на их тему: «Хай живэ вильна Украина!»
Всё. Их заклинивало сразу – они всех нас кормят, мы пьяницы и лентяи (ничего, что только что пили вместе и на равных), без Украины Россия помрёт с голоду, они нас снабжают всей техникой, самолётами и даже танками. Вообще, мы слишком зазнались, ведь Киев – мать городов русских, а вся Россия там, у них, зародилась. Хотите – верьте, хотите – нет, но они уже тогда, в начале восьмидесятых, были именно такими. То есть хохлоцентристами. Весь мир тогда не упоминался, но русские и Россия по гроб жизни должны были им быть благодарны, что живём припеваючи. Практически в долг, взятый у них, ещё в Киевской Руси.
Убеждён, что мы, русские, виноваты в том, что не пресекали эти их разговоры. Наоборот, снисходительно улыбались, слушая, считая это забавным перекосом национального сознания. Ведь, действительно, братьями считали, а с брата какой спрос. Потому и соглашались, что у них сало вкуснее, горилка слаще, а борщ гуще. Делить то мы с ними ничего не собирались, думали, что на века дружба народов. Нельзя было поощрять, виноваты.
Далее, начался развал Союза. Понимаю, что мы, простые граждане, ничего не могли поделать, однако Россия обязана была быть жёстче при установлении границ. Одного лишь Ельцина в этом не виню, я один из немногих, кто тогда ещё знал подоплёку переговоров в Беловежской Пуще, как Кравчук выкручивал руки, угрожая ядерным оружием, находящимся на их территории. Впрочем, эти угрозы даже в тогдашнюю прессу просачивались. Желающие, могут поискать. В любом случае, нельзя было идти на поводу. И хотя, границы с Украиной, так и не были до конца узаконены, мы, русские, обязаны были каждый раз напоминать о нашей принадлежности Севастополя и Змеиного и ставить вопрос о незаконности приобретения ими Крыма. Не делали, виноваты.
Русских, особенно Православную Церковь, на Украине начали унижать, если оставить за скобками Западенщину, уже в конце восьмидесятых. Первыми погибшими были послушники Троице-Сергиевой Лавры, защищавшие её от налёта раскольников. Тогда же начались нападки на русский язык, пока слабые и нерешительные. Мы могли и обязаны были пресечь, не пресекли, виноваты.
Я лично, понимая, что при таком течении событий, рано или поздно придётся воевать с бандеровцами, пытался втолковать эту свою уверенность своим русским и украинским друзьям, начиная с 1992-го. Они только пальцем у виска крутили, мол, никакого авторитета у селюков нет, они не такие уж и дурные, перебесятся. Я видел, что страна становится Антироссией, но не мог ничего никому доказать. Виноват. И такие, как я, видевшие, но не остановившие, все виноваты. Когда православных славян убивали в центре Европы, на Балканах, никто не хотел верить, что мы на очереди. Не верили, виноваты.
В 14-м году, мы, в большинстве, смотрели на все события, как зрители. Крым защитили наши солдаты, совместно с самими крымчанами. А Одессу, Мариуполь, Харьков защитить было некому. И мы решили, что сами разберутся. Даже на Донбасс, воевать уже непосредственно за нас, на границе с нами, поехали единицы. Остальные виноваты.
Сегодня, когда гибнут наши солдаты, просто за то, чтобы мы жили, чтобы нас не вырезали, не взорвали, не сожгли, многие из нас ходят на концерты национальных предателей, в театры национальных предателей, в кафе национальных предателей. Да просто всем по барабану! Не на передовой же мы, не нас, пока, бомбят. А нас начнут, так мы Путина с Шойгу обвиним.
То, что никто не спрашивает со своих губернаторов, за поддержку врагов России, ни один из нас не пикетировал Ельцин-Центр за предательскую петицию, да и за всю антироссийскую деятельность. Мало кто даже материально помог беженцам или собрал деньги на экипировку солдатам.
Все мы, равнодушные виноваты. Виноваты в том, что сегодня приходится воевать и что воевать придётся ещё долго и тяжело.
Так что утверждать, что Россия не виновата, нельзя.