Ситуация, когда гражданин приобрел автомобиль, а потом, в ходе постановки на регистрационный учет или при проверке документов сотрудником ГИБДД РФ на дороге, узнает, что у него документы на автомобиль не соответствуют требованиям законодательства или идентификационные номера транспортного средства являются нечитаемыми нередки.
Так и в деле, которое стало предметом рассмотрения Верховного Суда Российской Федерации, гражданин М., управляя автомобилем «Тойота» был остановлен сотрудниками ГИБДД РФ для проверки документов. В ходе проведения проверки сотрудниками ГИБДД РФ было установлено несоответствие сведений о номерных агрегатах, указанных в свидетельстве о регистрации и в информационных базах ГИБДД РФ, в связи с чем М. был доставлен в отдел полиции. Автомобиль и свидетельство о регистрации транспортного средства были изъяты следователем, транспортное средство помещено на специализированную стоянку.
Необходимо отметить, что согласно материалам дела, М. купил автомобиль по договору купли-продажи составленном в простой письменной форме. В соответствии с пояснениями, данными продавцом автомобиля, собственник автомобиля умер, в связи с чем не представляется возможным совершить регистрационные действия.
По результатам проведенной отделом дознания проверки в возбуждении уголовного дела по указанному факту отказано за отсутствием события преступления и отсутствием состава преступления. Также указанным постановлением определено свидетельство на указанный автомобиль хранить в отделении полиции, автомобиль возвратить после предъявления документов, подтверждающих право собственности на транспортное средство.
Посчитав свои права нарушенными М. обратился в суд. Решением суда первой инстанции, оставленным без изменений судом апелляционной инстанции. Однако суд кассационной инстанции не согласился с данными судебными постановлениями, которыми было присуждено вернуть автомобиль М.
М. не согласился с определением суда кассационной инстанции и обратился за защитой нарушенного права в Судебную Коллегию Верховного Суда Российской Федерации. В ходе рассмотрения дела в заседании Судебной Коллегии Верховного Суда Российской Федерации коллегия судей пришла к выводу, о том, что судом кассационной инстанции неправильно применены нормы действующего законодательства.
Судебная Коллегия указала, что автомобиль изымался в ходе проверки сообщения о преступлении, то есть изъятие автомобиля произошло на основании норм уголовно-процессуального законодательства. При проведении проверки, автомобиль вещественным доказательством признан не был, соответственно в силу прямого указания закона должен быть возвращен лицу, у которого он был изъят, вне зависимости от его правового статуса. Указанные нормы законодательства не были учтены судом кассационной инстанции, на основании чего, Коллегия Верховного Суда Российской Федерации признала законными постановления первой и апелляционной инстанции.
На основании вышеизложенного, по результатам рассмотрения жалобы, дело было возвращено в суд кассационной инстанции на новое рассмотрение.