Существует расхожее мнение, что Петр I строил Северную Столицу на пустом болоте. Это заблуждение.
Важный судоходный путь из Ладожского озера в Финский залив контролировала Швеция. Местность была плотно заселена. От истока до устья Невы располагались крепости и несколько поселений, обслуживающих торговые караваны.
Как верно заметил А.С. Пушкин в поэме «Медный всадник»:
«По мшистым, топким берегам
Чернели избы здесь и там,
Приют убогого чухонца»
Шведы действительно заселяли эти территории в основном этническими финнами.
В октябре 1702 года Петр I штурмом овладел крепостью Нотебург (Орешек, Шлиссельбург), освободив вход в Неву из Ладожского озера.
Следующая крепость, Ниеншанц (Nyenskans, «Невское укрепление») в устье реки Охта сдалась русским войскам под командованием Бориса Петровича Шереметева. После капитуляции ее переименовали в Шлотбург (Slotburg, в переводе с нидерландского Замо́к-город).
Ниеншанц принадлежал шведской короне с 1610 года.
Укрепление имело 4 башни, 5 бастионов и гарнизон 500 человек.
Под его защитой успешно развивался одноименный городок.
Санкт-Петербург мог бы начаться именно отсюда. Такой план серьезно обсуждался. Но, говорят историки царь, посетив Ниеншанц, увяз в грязи по колено. Да и маленький островок, ограниченный реками Нева-Охта-Чернавка, не отвечал грандиозным военным планам.
«Окно в Европу» решили рубить на 10 км ниже по течению, на Заячьем острове. Там 27 мая 1703 года был заложен Sankt Pieter Burch —«Город Святого Петра», в честь апостола-покровителя Петра I.
Название Шлотбург не прижилось, район начали называть «Канцы» или «Охта» (от ижоро-финского «Запад»).
Крепость разрушили. На ее месте построили верфи для малых судов и смоляной двор; позже — мукомольный завод.
Охтинская слобода считалась дальней окраиной Санк-Петербурга; жила собственной провинциальной жизнью.
Охтяне мастерили мебель, особо славились резными работами по дереву. Местные вольные плотники учились у голландцев, которые работали на верфи.
Фермеры поставляли в столицу мясо, овощи, молоко.
Охтинская молочница упомянута в романе А.С. Пушкина «Евгений Онегин»:
«Встает купец, идет разносчик,
На биржу тянется извозчик,
С кувшином охтенка спешит,
Под ней снег утренний хрустит»
В год 300-летия со Дня рождения поэта в парке «Нева» установили памятник охтинке-молочнице, скульпторы В. М. Свешников, Я. Я. Нейман.
Более 100 лет Охта являла собой отдельный мир столяров, токарей, позолотчиков, мелких лавочников, рыбаков, крестьян. Самым популярным доступным развлечением считалось хождение в трактир.
Участки по берегам Невы охотно покупали государственные деятели и промышленные магнаты для строительства дач.
В 1828 году слободу включили в состав Санкт-Петербурга.
Открытие моста Императора Петра Великого (1911 г) изменило облик полудеревенского захолустья. Охта начала превращаться в индустриальный район.
В конце XX-начале XXI вв. промышленные предприятия уступили место гражданской застройке.
Современная территория Красногвардейского района справа и слева от моста Петра Великого — престижные жилые кварталы с красивыми зелеными зонами и чудесными видами.
Благоустроенная Свердловская набережная любимое место для прогулок.
Архитектурные стили самые разные.
Основная застройка велась в 2 этапа:
- после ВОВ в стиле сталинский ампир под руководством архитектора Артема Константиновича Барутчева;
- в 70-80 годах прошлого века по индивидуальным проектам, отличным от распространенных «брежневок».
Хорошо помню, как жители Ленинграда люто завидовали передовикам производства, которые совершенно бесплатно получали квартиры в «Домах на набережной».
Редкая невеста того времени не стояла в очереди с 06 утра в универмаг «Юбилей», надеясь купить белые чешские туфли к свадьбе.
Были даже фальшивые брачующиеся, они подавали заявления ради приглашений в «Юбилей». Заветный талон открывал доступ к товарам из соц. лагеря: обуви, колготкам, галантерее, бижутерии, посуде и пр.
Современное градостроение, как повсеместно в Санкт-Петербурге, делится на прекрасное и ужасное.
Мне нравится «Дом на излучине Невы» (Пискаревский пр., 1). Он заслуженно считается одним из самых красивых современных домов в нашем городе.
Ради него в 2007 году снесли Охтинскую бумагопрядильную мануфактуру, построенную в 1844-1854 гг по проекту архитектора Романа фон Генрихсена. Фабрика входила в список памятников культурного наследия. Что поделать? Прогресс наступает. К чести застройщиков — новое здание выглядит отлично.
Чего не скажешь о стоящем рядом. Это «диво-дивное» оставим на совести Комитета по градостроительству и архитектуре.
В 2006-2011 гг. на нашей тихой Охте кипели настоящие страсти.
Общественности представили проект «Охта-центр»/«Газпром-сити».
Под небоскреб высотой 396 метров выделили то самое место, которое занимала крепость Ниеншанц.
На первой стадии обсуждения «против» выступили всего 14% опрошенных.
К 2007 году проект раскритиковали все, кому не лень: градозащитники; чиновники ЮНЕСКО; деятели науки и культуры; архитекторы; журналисты и писатели; члены политических партий и общественных организаций.
Все эти люди в один голос твердили о нарушении «Небесной линии» Питерского горизонта.
Газпром бился как лев, но все же сдался.
Вместо «Охта-центра» мы имеем «Лахта-центр».
Более неудачное место найти было трудно. Башня, именуемая в народе «кукуруза», возвышается над ансамблем стрелки Васильевского острова, искажая самые открыточные виды Санкт-Петербурга.
Впрочем, это я от зависти… Поскольку была «за» реализацию проекта у нас, возле моста Петра Великого.
Расчищенный под строительство участок пустует. Каких только безумных проектов не предложено. Сейчас планируют общественно-деловой комплекс с ландшафтным парком, но что-то подсказывает — получится банальный квартал элитного жилья.
Охта не изобилует историческими объектами. Из сохранившихся представляет интерес Усадьба Кушелева-Безбородко. О ней я и расскажу в следующем эссе по краеведению.
Спасибо за внимание.
Продолжение следует.
Россия. Санкт-Петербург. Полюстровский парк.
#Санкт-Петербург #охта #петр #прогулка #ниеншанц