Говорят:"Под каждой крышей- свои мыши". Иной раз смотришь на человека и видишь одно, а потом вдруг узнаешь что-то, и оказывается, что ничего-то ты не понял...
...70-е годы. Иногородних абитуриентов поселили в студенческое общежитие, пока студенты на каникулах. Однажды теплым августовским вечером на лавочку во дворе общежития села старушка. Она работала уборщицей в этом же общежитии. Там и жила, в крохотной комнатке, чуть больше кладовки. Шкаф, кровать, все казенное. Женщина ни с кем не общалась. Иногда варила себе что-то в маленькой кастрюльке на общей кухне. И сама она была под стать своей комнатке, такая же маленькая, худенькая, с морщинистой пергаментной кожей.
Женщина пришла на лавочку, слегка покачиваясь, в руке недопитая "чекушка". Села. Допила. Много ли такой маленькой старушке надо? Легла на лавочку и заснула. Многие это видели.
Кто-то из абитуриентов возмутился:"Как не стыдно! Пожилой человек, а так себя ведет. Зачем её здесь держат? Мало того, что старая, так еще и пьет". Кто-то заулюлюкал:"Эй, алкашка! Чего разлеглась, домой иди!" А здоровенный нагловатый парень бросил в неё из окна огрызок яблока. Не попал. Бросил еще что-то.
Из двери общежития выбежал парнишка-студент. Он учился на пятом курсе, работал в больнице медбратом и домой не поехал. Парень подбежал к старушке, оглянулся на окна и погрозил кулаком метателю огрызка. А потом взял на руки старушку и унес внутрь здания.
На следующий день кто-то из абитуриентов спросил его про уборщицу.
-Это баб Нина. Когда война началась, её сыновей в армию забрали. А она закончила курсы медсестер и на фронт ушла, чужих сыновей спасать. А когда вернулась, то не было ничего. В её дом попал снаряд. Родители погибли и дома не стало. На сыновей похоронки пришли. Муж еще до войны умер. А жить как-то надо. Устроилась уборщицей в общежитие, ей здесь комнатку дали. Живет. Вчера, когда я её нес, она сказала:"Сегодня моему Сереже исполнилось бы пятьдесят. Если бы дожил. Не дожил, двадцать навеки..." А вы в неё огрызком. Эх, вы!