Автобус прибыл вовремя, Татьяна села на свободное сидение и молча смотрела в окно. Мимо пролетали разных марок машины. Татьяна пыталась рассмотреть лица водителей сидящих за рулём автомобилей, надеясь увидеть знакомое лицо. Но это не всегда удавалось. Тот парень с ассенизаторской машины ей рассказывал, что когда едешь на транспорте, встречные машины проскакивают мимо с двойной скоростью. Скорость автомобиля в котором вы сидите, плюс скорость встречной машины. Если ваш транспорт движется 60 км/час, и встречная машина движется с такой же скоростью, то мимо вас встречная машина пролетит со скоростью 120 км/час. Когда в окне появился ГАЗ–53 ассенизатор, Татьяна сразу узнала Ивановича который важно сидел на пассажирском сидении. Водителя Татьяна рассмотреть не успела, но это был явно не тот о котором она думала в это время. Неожиданно даже для себя она вскочила с насиженного места, но было поздно, ассенизатор исчез с поля зрения. Хорошее настроение в миг улетучилось. Иванович ехал в столовую, а Татьяна ехала домой. Стало тоскливо и грустно на душе. Татьяна и сама не понимала что с ней происходит. Ну погуляли, поели мороженого, да парень сделал хорошее дело, но не ей лично, а всему коллективу столовой. Но мысли возвращались к Ивановичу. Сейчас он приедет, а её там нет. Все надежды исчезнут вместе с опустевшей сливной ямой.
Иванович ехал в столовую не просто так, в кармане у него лежало письмо адресованное Петровичу. (Петрович это наставник нашего героя, водитель бортового ЗИЛ–130) В этом письме парень рассказывал Петровичу о начале своей службы. В конце письма так между прочим попросил Петровича, что бы он повлиял на "Золотаря". (Это закреплённый водитель ассенизаторской машины) Не забывать о столовой песчаного карьера. Напомнив о том что Иванович обещал позаботиться об этой столовой. Петрович, поступил проще, он встретил Ивановича, и передал ему письмо. Ведь обещал не "Золотарь", а Иванович, вот пусть и отвечает за свои слова. "Золотаря" долго уговаривать не пришлось. Машина ГАЗ–53 ассенизатор взяла курс на песчаный карьер. – Если, надо, значит надо, значит будут цвести сады! – Пел "Золотарь" слова известной песни. Приехав на место, сразу приступили к делу. На этот раз всё было проще, яма не успела заилиться и дело двигалось быстро. Заведующая рабочей столовой хлопотала, накрывая поляну. Хорошее дело делал экипаж ассенизаторской машины. Экипаж прошёл к накрытой поляне и приступил к трапезе. Опытный глаз Ивановича, сразу заметил роскошный букет цветов. Эти цветы, ни как не вписывались в интерьер скромной столовой.
Ефрейтор вывел нашего новобранца на улицу. Погода была прекрасной, около -15 градусов мороза, а вокруг белый белый снег. – Задача стоит следующая, от долбить снег от ворот, до асфальта. Ефрейтор был бравый малый, он взял в руки лом и резкими движениями начал долбить снег перемешанный со льдом. Чувствовалась рука мастера своего дела. Видимо эта работа была сильно знакома ефрейтору. Но на этот раз он находился по другую сторону баррикад. Он тоже солдат, но не простой солдат, а старший солдат. Изречение: – "Лучше дочь путана, чем сын ефрейтор"! Его это слово сочетание не касалось, он мечтал стать сержантом. Ещё Суворов говорил: – "Плох тот солдат, что не мечтает стать генералом"! Лом быстро был передан в другие надёжные руки. Началась работа с настоящим железом, которому была не страшна даже Сибирская зима. Лом тупо входил в ледяную корку, ефрейтор лениво отметал снежно ледяную пыль в сторону. Работа медленно но двигалась. А куда спешить, впереди ещё два года службы. Всё только начинается. Как рассказал ефрейтор, это был не парк, а гараж базы снабжения гарнизона. Командовал здесь подполковник, подчиняющийся только начальнику гарнизона. Какой-то не правильный строй-бат, подумал парень, но продолжал долбить лёд.