Добрый день! Публикую здесь свой роман «Император Сухоруков» (история про попаданца в прошлое). Начало тут. Можешь читать на Дзене, либо прочитай целиком и бесплатно на моей странице на АвторТудэе. Там же есть продолжения этого цикла.
Глава 29. Гладко было на бумаге
Война начиналась долго и нудно. Мы плыли по течению, обозревая красоты моей Четландии… и всё. Но даже до этой стадии дойти оказалось непросто. Я в очередной раз убедился, что между «отдать приказ» и «исполнить приказ» лежит пропасть. Даже погрузить на лодки и плоты 120 человек оказалось почти непосильной задачей. Будущие черные и золотые управились за полчаса, а вот стадо ополченцев толклось на месте, что твои тупые овцы, которых в этой Америке так не хватает. Они не понимали, куда идти, не могли равномерно рассредоточиться по плавсредствам, пихали и толкали друг друга. Я попросил Глыбу выделить им из своих начальника – какого-нибудь авторитетного стража. Помогло слабо, хотя, мужик искренне старался. В очередной раз подумалось мне, что без родовых воинов было бы только лучше.
…Караван из восьми лодок и шести длинных плотов растянулся на полкилометра, хотя, я всем строго наказал – держаться плотнее. Но между «отдать приказ» и «исполнить приказ»… Кто-то не справлялся, кто-то просто забил. Орать же на всю Серую Воду не хотелось.
Очень скоро долина вокруг реки усохла, скукожилась, к нам почти вплотную подступили горы, укутанные в «шубки» изумрудных лесов. А местами – сверкающие скалистой наготой. Где-то можно было найти небольшие пятачки ровного берега, но всё чаще базальты, граниты, известняки уходили прямо в серую воду. Видно было, что здесь река долгими тысячелетиями прогрызала себе путь сквозь непроходимые горы, стремясь воссоединиться с Великой.
Красиво было. Но уже через полчаса даже самая красивая красота наскучивает. Я подозвал Вапачиро и растянул на коленях прихваченный лоскут ткани.
– Серый, ты же бывал в Излучном? Опиши мне, как устроено село.
Телохранитель задумался.
– Он стоять в углу две реки. Реки сходиться вот так, – Вапачиро сложил руки так, чтобы они смыкались чуть меньше, чем под прямым углом. – Излучное на север Серая Вода. Домик стоять вдоль Великая… Между река и горы. Горы сначала отступать от река, но чем север, тем ближе. Узок место. Берег Серая Вода гнилой. Там густо тростник, густо мангра. Плохой место – там всё больше безрод жить.
Воин сделал перерыв, собираясь с мыслями. Ему очень сильно не хватало языковой практики, надо будет парня активнее натаскивать.
– Берег Великая разный. Там… камень, камень. А чуть север – песок. Хороший берег. Много лодка, много торг. Гости. Я там. По берег домик стоять… высоко… палка-палка. Много.
– На сваях? – догадался я.
Вапачиро пожал плечами. Он не знал такого слова.
– Великая много-много вода, такая домик не тонуть, – пояснил он как мог. – Дальше от берег обычно глина-домик. Там жить род Иттануака. Там стоять большой дом Иттануака. Высоко место.
– Высокое? – насторожился я. – Там платформа есть?
Мне совсем не улыбалось посылать своё горе-войско на штурм укреплений. Увы, Вапачиро этого слова тоже не знал. С помощью жестов разобрались, что там просто небольшая возвышенность.
– Стена есть, – добавил наемник между делом.
Я выпучил глаза. О крепостных стенах в этих поселениях я ничего не слышал.
– Высокая? – уточнил я.
Вапачиро показал на себе: чуть выше пупа. Фух! Банальный глинобитный забор. Снесем!
– Дальше север от гора до Великая – овраг. Камень, остро, круто. Там ручей течь. По овраг есть мостик. И еще, и еще. За овраг жить еще род. И много поля.
Пока мой охранник живописал красоты Излучного, я набрасывал план-схему на лоскуте ткани. Закончив, сунул под нос Вапачиро.
– Похоже?
Южанин тупо уставился на переплетенье линий.
– Что это?
И следующий час пути был скрашен объяснением того, что такое карта и какие бывают условные обозначения. Что две узкие полоски – это Серая Вода, две широкие – Великая. Галочки обозначают горы, а точки – домики. Вот овраг, а вот мостики через него. Серый изумлялся, как ребенок; силился впитать в себя новые абстракции. У него даже немного получалось. Он пытался сориентировать карту по солнцу, но стоило мне ее повернуть – тут же начинал путаться. Для меня север наверху почти такая же интуитивная истина, как верх и низ в реальной жизни, для индейца же – такого правило не было вовсе. Север на карте должен быть там же, где и в жизни. Не плыви мы на войну, я бы с удовольствием изучил этот феномен. Но увы… До лучших времен.
Вечерело. Я расшевелил проданных с шестами на своем плоту и велел им приналечь. Стражи на трофейных и крыловских лодках сильно ушли вперед. Наконец, подтянувшись на расстояние крика, я стал выкликать Глыбу и велел ему искать ближайшее удобное место для ночлега.
– До Излучного не так уж и далеко. Нет смысла идти на него ночью, уставшими. Нападать будем утром, после отдыха.
На самом деле, отдых был крайне необходим мне. Глаза слипались после прошлой бессонной ночи; особенно, когда сидишь и ничего не делаешь. К тому же, жутко болела нога. По счастью, хоть прокол в спине оказался пустяковым. Он тоже саднил нещадно, но, на фоне ножных страданий, дырку в загривке я почти не ощущал.
На поиск места и «парковку» ушел еще час. Когда мы, наконец, выгрузились, я велел всем собраться в кучку. Так сказать, на вечернюю планерку.
– Воины мои! – начал я звонко, но не слишком громко (по реке звуки расходятся очень далеко). – Завтра вас ждет бой. Я скажу вам больше: завтра вас ждет победа! Мы обязательно победим, потому что наше дело правое. Мы восстанавливаем истинную власть, которая была попрана нечестивым Иттануакой Носачом. И, самое главное – с нами Золотой Змей Земли, в могуществе которого вы уже все убедились!
Это была эмоциональная часть, а теперь перейдем к фактам.
– Излучное обречено. У них нет имачаты, их лучшие воины уже томятся в плену. Мы нападем утром, нежданно! Они просто не успеют собраться для отпора. Помните это, когда пойдете в бой. Но еще крепче помните! – сделал паузу для акцента. – Что перед вами завтра будут не враги. Это ваши братья четлане. Которых нечестивый Носач увел с пути истинного. Мы не покоряем их, но возвращаем в нашу общую семью. Поэтому! – тут я все-таки крикнул. – Старайтесь не убивать! Всем, кого встретите, сообщайте: что вы воины владыки. И велите сидеть дома – там будет безопасно. Если видите людей с оружием – сначала велите им разоружиться. Все, кто сложат оружие – будут прощены. Просто отбирайте оружие и не трогайте. Если же они нападают – давайте отпор. При возможности, берите в плен. Всем понятно?
Великое воинство загудело: типа, да что тут непонятного. Но я повторил правила, отшлифованные в моей голове за часы плавания, еще раз. И еще.
– Последний мой указ: никого не грабить до конца боя. Помните: кто пошел грабить – тот бросил в бою своих товарищей. Знайте: каждый получит добычу из закромов Носача. Каждый! Кто будет храбр и послушен. Но, если кто пойдет грабить сам – накормит своей кровью Великого Змея! Всей своей кровью!
Снова гул. Я старался не слышать в нем ропот недовольства. Повторять не стал: такими угрозами не сыпят, как горохом. Ими бьют один раз. Распустив войско на отдых, я собрал обновленный «штаб»: Глыбу, Хвоста и Тихого Ветра, стража, что возглавил ополчения (их там всех подбирают по самым романтическим именам, интересно?). Сбоку пристроился шаманыш, которого Медработник послал для духовного окормления войска. Я было заартачился, но молодой жрец был силен не только в молитвах, но и лечении: умело прогонял духов болезней, а также обматывал раны целебными листьями и мазями. «Пригодится», – решил я.
Предполагалось, что сейчас мы обсудим планы на бой… Но я просто валился с ног. Велел только не разжигать костров и выставить стражу. И добавил:
– Умоляю! Поговорите с людьми насчет моих слов. Нельзя убивать и грабить излучнинцев. Если займем селение относительно мирно – мы все станем сильнее и богаче. Если же прольем большую кровь, то все, кто живут на Великой, станут нам врагами.
Предводители кивнули. Теперь им яснее стал смысл моих приказов, прямо скажем, чуждых для философии варварского воина (а других в моем воинстве не водилось). Надеюсь, вобьют хоть что-то в головы бойцов. Я же, мобилизовал последние силы, замотался в плащ и моментально заснул мертвым сном. Под охраной двужильного Вапачиро.
И снова разбудили, едва только голову преклонил. Правда, на этот раз только показалось: поспал я знатно. Небеса серели, с реки несло стылостью – осень как-никак. Хоть и субтропическая. «Штаб» уже замер в ожидании – я вдруг понял, что они ждут от меня какого-то чуда. Ладно, Черный Хвост – тот всегда был таким. Но Глыба с Тихим Ветром! Что ж… это было приятно. Я вдруг понял, что действительно командую в этом походе.
Сел. Протер глаза. Плюнув на утренний туалет, достал тряпку с планом Излучного и начал разъяснять диспозицию. Нет. Сначала разъяснял им, что такое карта. Всё было, как вчера с Вапачиро, только еще дольше, муторнее: кто-то вечно чего-то не понимал.
Вот как тут прогрессорствовать?
– Выступаем в том же порядке, что шли вчера: впереди стража на лодках, следом остальные – на плотах. Когда подойдем к устью Серой Воды, ты, Прекрасная Слеза, продолжаешь идти дальше. Не шумя, но и особо не таясь. А плоты прячем в тростниках. Предельно тихо и незаметно! Высматриваем удобный берег для высадки, но никуда не идем. Стража выходит на Великую, – я водил палочкой по карте. – И поворачивает направо. Добираетесь до песчаного берега и тихо атакуете. Ваша задача: захватить и удерживать все лодки, чтобы никто не ушел. Как только вы сходите на берег – сразу подаете сигнал.
Я передал дивную раковину Глыбе.
– Громко, изо всех сил! Хвост, Ветер, как только мы слышим звук раковины – сразу идем в атаку. Проданных надо растянуть широкой линией, которая должна плавно двигаться на север. Как гребень – никого не пропуская. А ополченцы плотной группой идут прямо к дому Носача. Поймайте кого-нибудь местного, чтобы показал дорогу. Захват этого дома – и есть наша главная задача.
Я долго думал, кого посылать на «острие атаки». Логичнее были бы «черные», но меня смущало то, что ополчение совершенно неуправляемо. Если их растянуть в линию, убрать с поля зрения командира – одна половина начнет грабить, другая – отсиживаться в кустах. Так что родовичи пойдут именно плотной группой: все под присмотром, никто не сбежит.
– И еще важно! Вот полотнище с Золотым Змеем, – я развернул ткань, которую вчера наспех разрисовали во дворце. – Мы примотаем его к длинному шесту. Когда начнется атака, я с охраной постараюсь занять самое высокое место. Вам следует время от времени оглядываться и смотреть на него. Если где-то в селении возникнет ожесточенное сопротивление, где-то наши воины будут не справляться, то дракон будет наклонен именно туда. Если видите это, и у вас ситуация спокойна – сразу спешите на помощь!
Командиры кивнули. Тут не карта – тут всё понятно. Ну, а я под благовидным предлогом ввел в своем войске боевое знамя. Разумеется, с желтым червяком – куда тут денешься. И да – я совершенно не собирался идти в атаку впереди всех. На белом коне, с шашкой наголо. Нет, нет и нет! Позавчера я нарисковался на годы вперед! И в герои не записывался. Я, знаете, в другой очереди стою.
В императорской.
Погрузка на этот раз прошла гораздо быстрее – оказывается, просто во всем нужна тренировка. В горах стоял туман. Не плотный, а словно легкая дымка. Идеальный для внезапного нападения: с берега толком не рассмотреть, а мы по дороге не потеряемся. «Боги помогают нам», – вертелось у меня на языке. И сглазил! Перед Великой туман исчез: его сдул несильный, но стабильный северный ветер, который свистел в «трубе» речной долины. Пришлось начинать без «божьего прикрытия».
Глыба ушел вперед, а плоты зарылись в тростники. И застряли там напрочь! Гладко было на бумаге, да забыли про коряги. Я помню, как в оригинале, но мне всё испортили коряги! Топкий мангровый берег – это не абстрактные тростинки, которые легко пропустят корявые плоты. Из-за коряг мой флот застрял напрочь! Берег был близко, но до него не доплыть.
– Сука, – выдохнул я.
Глыба уже наверняка подходил к месту высадки, вот-вот загудит раковина, а мы были не готовы к атаке! В отчаянии я плюхнулся в воду. Показалось не очень глубоко, но илистое дно начало засасывать мои ноги – и вот уже я в воде по шейку. А я – один из самых рослых индейцев в окрестной вселенной!
– Привязывайте плоты к ближайшим корягам, – театральным шепотом начал я раздавать команды. – И в воду! Только с оружием! Тихо-тихо идем к берегу и там накапливаемся.
Не успели мы накопиться. Я сам еще перелезал через очередной витиеватый мангровый корень, как в ухо впился вой какого-то зверя. Да это же раковина!
– Бегом! На берег! – уже не таясь, заорал я и захлюпал по тинистым заводям.
Мы продирались сквозь сырой подлесок, который, по счастью, рос совсем узкой полосой. «Джунгли» резко закончились, и наш отряд вывалился на окраину Излучного. Мокрые, грязные, покрытые слоем ила и тины, с налипшими листьями, водорослями – мы были самым страшным войском на Земле.
Передо мной стояли какие-то ветхие хижины, несколько глиняных домов, клочки огородов, заборчики – это была непонятная чехарда строений, кустов, деревьев. Никаких дорог, никаких направлений – хаос, понятный только тем, кто здесь вырос. Я не понимал, куда вести людей. Вообще не понимал, что делать дальше, как руководить сражением?!
По счастью, от «императора» ничего и не ждали. Он свои мудрые приказы уже отдал: «Die erste Kolonne marschiert... die zweite Kolonne marschiert...». Теперь наступало время работать простой пехоте. Тихий Ветер вскочил на кочку, размахивая над головой здоровенной макой – собирал своё стадо. Черный Хвост хватал выползающих из кустов командиров пятерок и махал руками: ты ведешь своих налево, ты – направо. Где-то за заборами исступленно завизжали женские голоса.
– Кто первым захватит живого пленника – тому ничего не будет! – весело крикнул Ветер и легкой трусцой повел ополченцев на север, прямо через огороды и заборы.
Как же это приятно, когда что-то тобой запущенное, движется само! И не по инерции, а толкаемое другими людьми.
«Что ж, пора и мне заняться исполнением своей героической роли», – хмыкнул я.
При мне остались только Вапачиро, да два совсем юных ополченца, которых было жалко отправлять в бой – и я оставил мальчишек при себе, флагом махать. Мы двинулись в «кильватерной струе» отряда Тихого Ветра – это показалось мне самым безопасным вариантом. Подошли к тихому домику, где можно было забраться на крышу с пристроенной печи. Я огляделся сверху: Излучное напоминало просыпающийся птичий базар. Отдельные вопли постепенно сливались во всеобщий гвалт. Везде шло какое-то мельтешение, возня, но понять что-либо было невозможно. Мысленные представления о битве снова не выдержали столкновения с реальностью. Я понятия не имел, куда надо махать флагом. Да и надо ли? Единственное, что было видно: отряд Тихого Ветра, который упругой каплей ртути целеустремленно шел к дому имачаты. Дом, вернее, целая усадьба с несколькими строениями, укутанными глинобитной стеной, тоже хорошо просматривалась. Там-то всё и решится.
Увы, эпичного штурма я не увидел. Потому что заметил подозрительное движение совсем неподалеку. Группка местных стремительно бежала прочь от шума битвы кустами и огородами. Кто, сколько – это было трудно разобрать, но на пути у беглецов моих воинов уже не было. Только мы. Когда излучнинцы выскочили на открытое место, азарт захватил меня настолько, что я заорал:
– Хватай их! – и сиганул с невысокой крыши прямо на грядку.
Боль в раненой ноге раскаленной иглой прошила меня насквозь! Заорав от боли, я повалился набок и схватился за грязные бинты. Местные оторопели: за пару мгновений перед ними промелькнула череда самых разных событий. Наконец, они догадались, что в десятке шагов от них развалился бессильный враг, и глаза излучнинцев алчно вспыхнули. Смуглые руки потянулись за оружием. Их было шестеро – теперь я смог сосчитать.
– Не сметь! – юный знаменосец подскочил на защиту правителя. – Перед вами владыка! На колени!
Он отчаянно размахивал змеевой тряпкой на длинном шесте, стараясь держать врагов на расстоянии. И вдруг тряпка шлепнулась в траву. И на нее же осел мальчишка, которого я так хотел уберечь от боя. Руки его выпустили шест и пытались ухватиться за древко дротика, который торчал из правой стороны груди.
Не получалось. Руки не хотели слушаться.
А излучинцы шли к нам.