Слава о новых соседях постепенно начала расползаться по району, словно заразная болезнь. Как оказалось, мать того самого мальчика из класса Жени, была личностью неординарной. Звали её Журавлиха, вроде как по фамилии, но никто не знал её настоящего имени. Да и, честно говоря, никто и не пытался. Журавлиха оказалась женщиной очень скандальной, любящей требовать то, что она считала принадлежащим ей по праву. Только после переезда пара соседок попытались с ней подружиться, но ничего из этой затеи хорошего не вышло, зато скандалы слышал весь район. Сын её рос полной копией матери - скандальный любитель взять чужие вещи без спроса, и совершенно несчитающийся с чужим мнением.
С течением времени, неприятное соседство ощущалось всё острее. Журавлиха лезла везде и всюду, а вот Женю невзлюбила персонально. Стоило им столкнуться на улице, как шипела ей в след всякие гадости, и смотрела своими тёмными глазищами, в которых плескалась ненависть. Женя такого поведения не понимала - неужели всё из-за того куска мяса, что она отказалась отдать этой странной женщине? Для самой Жени эта ситуация, со временем, стала казаться смешной.
И казалось ей таковой ровно до того момента, пока не нашла в косяке входной двери несколько толстых, ржавых игл, которые были вогнаны почти до самого ушка. Женя бы их наверное не заметила совсем - лампочка на лестничной площадке привычно светила очень тускло, но её словно кто-то дернул обернуться, когда она захлопнула дверь, привычно не глядя в ту сторону. От едва заметного блеска у неё вдоль спины пробежали мурашки. Она подсветила себе телефоном и поморщилась, разглядев иглы. Прикусив губу, она покачала головой, после чего вернулась в квартиру и, натянув перчатки, вооружилась плоскогубцами. Минимальный набор инструментов в квартире был, но вот с вытаскиванием игл пришлось изрядно заморочиться. Такое ощущение, что забивали молотком! И самое странное было то, что они с дочерью ничего не слышали, совершенно! Женя была уверена, что вчера вечером их не было, значит кто-то постарался ночью.
Конечно, на ум сразу пришла Журавлиха, которая уже снискала определённую, гадкую славу по всему району.
Но почему она прицепилась именно к ней?
Такие мысли бродили в голове у Жени, пока она вытаскивала иглы. Закончив, она тщательно завернула их в старую тряпицу, стараясь не касаться, даже будучи в перчатках, а после закопала за домом, в тенистом месте, куда даже дворовая ребятня не лазала. Закопала так глубоко, насколько могла, зная, что земля очистит.
Кто бы знал, как бы ей хотелось избавить свою голову от этих знаний! Как же ей хотелось избавиться от этого дара, который она много лет душила внутри себя. И, казалось бы, у неё все получилось, но теперь... Теперь непрошенные знания снова всплывали внутри её головы, словно отголоски далёкого крика. Дочери она, конечно, ничего не сказала о своей дурной находке, и постаралась забыть об этом, надеясь, что Журавлиха переключится на что-нибудь другое.
Но, к сожалению, этого не произошло.
Теперь каждую ночь, под дверью их квартиры начала появляться всякая чушь. Женя, к своему сожалению, прекрасно понимала, что это значит, но ничего не предпринимала, только убирала последствия чужой ненависти, всё надеялось, что отведёт от неё нехорошее. Что Журавлиха отвлечется и забудет.
Но она совершенно не собиралась успокаиваться.
К слову, до Жени, из болтовни вездесущих соседок, доносились слухи о прошлом Журавлихи. Говорили, что жила она раньше в деревне, да там тоже у неё не ладилось с соседями. В деревне то ничего не скроешь! А одна из соседок и вовсе была родом из той деревни. Вот она охотно и ведала подругам на скамейке, предварительно оглядевшись и убедившись, что Журавлихи рядом нет, что мать у той была дурной бабой с косым глазом. Стоило на корову той взглянуть, так скотина потом мучилась долго, не доилась, хотя молока полное вымя было. Что была до жути склочной бабой, да и дочку такой же воспитывала, считала себя пупом земным, не иначе! Отец Журавлихи сбежал, как только представилась возможность, а от кого сама Журавлиха забеременела - никто не знал. Сколько лет и матери и дочери никто точно не знал, выглядели они одинаково, словно две высушенные костлявые рыбины. Когда мать Журавлихи преставилась, вся деревня с облегчением вздохнула, надеялись, что дочка по стопам матери не пойдёт. Но стало только хуже, особенно когда она сына родила. Поначалу ребёнка она сильно невзлюбила, орала на него дурным голосом, проклинала его на чём свет стоит, а потом как-то успокоилась, только ненависти в ней стало через край. Деревенские взбунтовались, когда мальчишка её, спровоцировал драку с другими ребятами. Мучил он козлёнка за деревней, а мальчишки увидали и надавали ему тумаков. Скандал был на всю деревню, много гадостей орала Журавлиха обидчикам своего сына. Грозилась болячками, и ни в какую не собиралась признавать вину сына. И вот когда деревенская ребятня начала болеть, народ, не особо мудря, собрался и чуть ли дом Журавлихе не спалил. Зато напугал её достаточно, чтобы она вещички собрала и в город перебралась.
Дальнейшую судьбу Журавлихи соседка знала только понаслышке, мол моталась она по съемному жилью по всему городу, пока сюда не припёрлась. Никакого спасу от этой злобной бабы нет, сокрушалась соседка, воровато оглядываясь вокруг. И заражала своим страхом остальных бабушек, которые от Журавлихи старались держаться подальше.
Всё это Женя узнала, просто постояв рядом со скамейкой пару раз, в ожидании дочери. Видела она, как затихают беседы, стоит у соседнего дома показаться цветастому платью. Неизвестно куда она уходила поутру, спровадив сына в школу, но возвращалась всегда в одно и то же время, с грязной, вязанной серой сумкой, набитой чем-то до отказа. Вышагивала гордо, крепко держа за руку сына, который рядом с матерью вёл себя на удивление смирно.
На Женю она привычно стреляла ненавидящим взглядом, после чего спешила свой подъезд.
Может чуяла что-то, посему так взъелась?
Женя бы и рада ей что-либо пояснить, но понимала, что с этой женщиной ей точно не построить диалога.
Но ещё больше Женя беспокоилась за дочь, которая продолжала жаловаться на неадекватное поведение Бориса в школе. Учился он из рук вон плохо, учителей не слушал, задирал всех подряд. Норовил рассыпать или украсть вещи, а тои вовсе укусить! Да и вообще вёл себя как дикий зверёк, который незнамо как попал в цивилизованное общество. Директору уже ходили жаловаться родители, но тот только разводил руками - мол основания нет! Просто гиперактивный ребёнок, вот и всё. Возможно сдерживало ещё и страх перед Журавлихой, которая могла завести скандал.
И Женя часто думала - неужели люди в деревне смелее, чем в городе? Казалось ей, что городские словно абстрагируются от окружающих, каждый прячется в своей квартире, лишь бы не решать проблемы. Смотрят в окна и ждут, когда с возникшей проблемой разберётся кто-то другой. Неужели всегда так?
Сама-то Женя была родом из деревни. Правда уехала так давно, что воспоминания о ней уже давно были покрыты серой пылью времени, и она не торопилась стирать её.
Но всё изменилось в один вечер, когда Женя не дождалась дочь из школы.
Тогда же она поняла, что ненависть Журавлихи достигла своего пика.
У неё с самого утра сердце не на месте было. Словно что-то дёргало и царапало её изнутри, нашёптывало, что лучше им обеим остаться сегодня дома. Устроить себе импровизируемый выходной. Юля с тура была неразговорчивой и вялой, собиралась в школу нехотя, сказав, что снилось ей что-то дурное, и голова тяжёлая. Но Женя старалась игнорировать звоночки, всё равно покормила дочку завтраком, да и сама на работу собралась.
Но отпросилась всё равно раньше, решив встретить дочь из школы, чего не делала очень давно. Неспокойно было на душе, да и сердце нет-нет, да пропустит тревожно удар.
Женя стояла у дверей школы, всматриваясь в детей, которые весёлым горохом выкатывались из учебных стен. Мелькали, подобно карусели, радостные лица, но знакомых глаз Женя так и не видела. И по мере того, как иссякал детский поток, тем больше она тревожилась. Когда дети разбежались, Женя поняла, что дочь так и не вышла, а телефон по-прежнему не отвечает. Сглотнув горькую слюну, женщина больше не стала сдерживать своей тревожности - забежала школу и пошла к классному руководителю класса Юли, у которой был последний урок сегодня. Учительница удивленно взглянула на Женю и сказала, что её дочь раньше отпросилась с уроков, вместе с ещё одной девочкой и Борисом, мол, какой-то проект школьный готовят. Так как девочки были на хорошем счету, то их отпустили, а Борис... решили, что они взяли шефство над неуправляемым мальчишкой. Пока учительница всё это ей говорила, Женя видела какую-то белую пелену на её глазах. Ей хотелось закричать в лицо этой женщине, что они совершили ошибку, но сдержала себя, лихорадочно соображая, куда Борис мог отвести девчонок.
Сердце рвалось из груди, но она старалась держать себя в руках.
Надо найти Бориса!
#рассказ #проза #мистика #сверхъестественное
