Город Корсаков на Сахалине удобно расположился в долине между холмов. Здесь находится крупный морской порт, строительство которого началось ещё в те времена, когда город принадлежал Японии и назывался Оодомари (в 1910-х годах).
На одном из холмов, окружающих порт, расположена уютная смотровая площадка со скамейками и даже бесплатным туалетом, на которой очень уютно сидеть и вглядываться в бескрайние дали залива Анива и наблюдать за жизнью никогда не спящего порта.
На этой же площадке расположен памятник необычного вида.
Его сияющая на солнце металлическая конструкция (если, конечно, вам повезло оказаться здесь в хорошую погоду) напоминает то ли паруса корабля, то ли две руки, тянущиеся друг ко другу.
Посвящён этот мемориал судьбе 40 тысяч корейцев, оставшихся на Сахалине после войны.
С того момента, как Япония получила Сахалин в своё безраздельное пользование, началось активное освоение острова, строительство инфраструктуры и добыча полезных ископаемых.
Рабочих рук не хватало, поэтому сюда на стройки и работу в шахтах активно приглашали корейцев (Корея в то время была под властью Японии) — да корейцы и сами активно сюда ехали, потому что платили неплохо.
С начала Второй Мировой у корейцев перестали спрашивать, хотят они ехать на Сахалин или нет, и привозили сюда на принудительные работы.
После капитуляции Японии, с Сахалина было эвакуировано 300 тысяч японских граждан. Судьба же корейцев никого не интересовала.
Жители Кореи собрались в окрестностях Корсакова, поближе к порту, и стало ждать эвакуации на родину. И поначалу она шла — Корея выделила всего 3 корабля вместимостью в несколько сотен человек — и они сделали несколько рейсов, пообещав скоро вернуться. Но у Кореи довольно быстро начались свои внутренние проблемы, и ей стало не до Сахалина.
А корейцы продолжали каждый день приходить на крутой склон холма Печали (или Скорби) и часами вглядываться в голубую даль залива Анива, организовывали очереди по номерам, ставили дежурных...
Но их мечтам не суждено было сбыться. Корабли из Кореи так и не пришли. Япония бросила своих бывших работников на Сахалине, Корее было не до них, а советское государство относилось к корейцам настороженно — им выдали временные виды на жительство без права переселения (то есть, они не имели права покидать остров), а гражданство начали выдавать только спустя 30 лет — в начале 70-х годов. И с конца 70-х гражданство стали выдавать автоматически всем детям, рождённым на острове.
Многие погибли от холода, голода и нищеты — но многие выжили, и с тех пор на Сахалине живёт одна из самых крупных и самобытных корейских диаспор, влившаяся в быт советского, а позднее — российского государства, и при этом сохранившая традиции объединённой Кореи...