Женщина, которая впоследствии стала известна как «министр моды» Марии-Антуанетты, была представлена двору и ее имя быстро сделалось нарицательным. Экстравагантные творения привлекали внимание; к сожалению, у самой создательницы моды, голова, кажется, была вскружена своим внезапным восхождением в высшие эшелоны французского общества. Вскоре ее надменность стала легендой и вызвала неприязнь десятков аристократов.
Баронесса Д'Оберкирх была возмущена поведением женщины из среднего класса. В своих мемуарах она описывает ее как «считающую себя равной принцессам». Поведение Розы было таким, какого многие при дворе никогда раньше не видели.
Один примечательный случай был, когда она столкнулась с некой Жюли Пико в Зеркальной галерее Версаля. Жюли Пико работала на Розу Бертен и использовала свое положение, чтобы набирать себе клиентов и клеветать на своего работодателя. Роза об этом, разумеется, узнала, и к этому моменту они уже больше не разговаривали.
И когда Бертен обнаружила, что Пико пустили в апартаменты королевы, она пришла в ярость. В приступе гнева Роза плюнула Жюли в лицо посреди всего двора. Началась потасовка, которую обычно в подобных случаях устраивают две торговки на рыбном рынке.
Их разлучили охранники, и Розу оштрафовали за этот скандал под носом у короля. Некоторые из аристократических зевак просто забавлялись; другие посчитали это еще одним доказательством невысоких моральных характеристик ее социального класса.
Действительно, ее чувство равенства с окружающей ее знатью проявлялось в довольно наглых поступках. Когда герцогине де Коссе, в то время исполнявшей обязанности Дамы д'атур (придворная дама из высшей знати, ответственная за драгоценности и гардероб королевы) были предъявлены счета за одежду, доставленную Марии-Антуанетте, герцогиня отказалась платить, посчитав наряды слишком роскошными. В знак неповиновения Роза Бертен вместо этого пошла напрямую к королеве. Такой грубый финт в обход герцогини сделал ее еще более непопулярной в строго иерархическом Версале.
Политические взгляды модистки вызывали еще большую неприязнь с обеих сторон. Для монархистов дело было не только в том, что она не была аристократкой – это можно было бы принять (но не забыть), если бы она действовала с большим смирением. Мода, которую она подарила Марии-Антуанетте, была вызывающе авангардной. Самой смелой вещью была сорочка а-ля Reine, которая была слишком простой для королевы Франции — по крайней мере, в глазах сторонников Ancien Regime (Старого Режима). В то время как одни исподтишка указывали пальцем на саму королеву, другие выбрали менее рискованный способ и обвиняли ее модистку.
Низшие классы смотрели со смесью зависти и пренебрежения. Им казалось, что она просто подзадоривала расточительную знать, тем самым подливая масла в огонь.
Даже те, кто был ро́вней Бертен в социальном плане, соглашались с тем, что «министр моды» потеряла связь со своим прошлым и забыла, кто она. Печально известный писатель Тевено́ де Мора́нд (развратник, карточный шулер и сутенер) сказал о ней:
« Ничто не может сравниться с дерзостью и высокомерием этой дамы с тех пор, как она была допущена к особе королевы».
Бертен, безусловно, делала все возможное, чтобы никто не забывал, кого она одевает. Ее визитки и салоны моды в Париже были покрыты надписями «Поставщик королевы», и даже те, кто попросту избегал ее, не могли избежать ее хвастовства своей «близостью» с Марией-Антуанеттой. Очевидно, ей нравилось часто и громко упоминать об этом большинству людей, которых она встречала; к тому же чуть ли не ежедневно Бертен бывала в Версале.
Поскольку визиты Роуз Бертен к королеве стали постоянным пунктом в расписании двора, эго заставляло модистку даже отказываться от клиентов. Подруга виконтессы де Фарс, жена адвоката, консультировалась в салоне Бертен в отсутствие самой законодательницы мод. Она внесла большую плату в 200 ливров за шляпу в каком-то новом стиле и ушла.
Как только Бертен вернулась в свой салон, то написала ей записку, отправив ее со слугой. Клиентка вскоре услышала стук, на пороге стоял слуга Бертен с запиской. В ней сообщалось, что придворной модистке королевы не до жены адвоката, она занята в Версале! Можно только представить возмущение как презираемой покупательницы, так и ее более аристократичной подруги.
В других источниках подробно рассказывается, как сама Роза Бертен обращалась с покупателями в своем салоне. Журнал сплетен (и, будучи таковым, следует воспринимать его с долей скептицизма) за 1778 год рассказывает о знатной женщине, которая зашла в ее магазин, где нашла модельера лежащей на шезлонге. Даже не вставая, Бертен лишь кивнула головой, хотя этикет требовал, чтобы она сделала реверанс. И сама она не стала заниматься ею; вместо этого она позвала одну из продавщиц и поручила ей показать «этой даме» несколько новых шляп.
В довольно похожем рассказе о другом визите знатной особы говорится, что Роуз Бертен просто оглядывала состоятельную даму, прежде чем перенаправить ее к другой продавщице.
К январю 1787 года распространились новости, вызывающие улыбку на лицах ее врагов: «министр двора» обанкротилась. Однако это был не конец ее карьеры, поскольку имя Розы Бертен все еще было известно по всей Европе. Некоторые даже решили, что известие о банкротстве всего лишь уловка самой модистки. Справделивости ради следует сказать в ее защиту, что высший класс был известен крайне запоздалыми выплатами за взятый товар — если они вообще когда-либо платили.
Спасибо, что дочитали до конца. Это дает стимул для новой работы. Буду благодарен за лайки (ставьте пальцы вверх – так я буду знать, что вам понравилось), за подписку и за ваши комментарии. Ниже ссылки на другие мои статьи: