Продолжу знакомить вас с моими коллегами-термистами, работавшими в инструментальном цехе, с термистами поколения next, как мы их назвали, сидя за столом, в бытовке в компании термистов, слесарей КИП, технологов и девушек, подтверждавших марки сталей на приборе стилоскоп.
Поколение next
Иван Васильевич Скиба. Иван старше всех был из нового поколения и жизненного опыта у него было побольше. Водил автомобиль, и ребята, которые с ним ездили, говорили, что лихо водит - одна рука на руле внизу, а другая на переключателе скоростей. Раньше он работал на другом заводе рабочим-спекальщиком твердых сплавов. Термообработке ему пришлось учиться у опытных товарищей и в отделе обучения. Долго он не проработал, выйдя на пенсию – уволился. Он нам на сердце всегда жаловался, уставал, мы ему советовали тогда забраться на антресоль, за трансформаторы и отдохнуть на фуфайках немного, что там его никто не увидит, а мы прикроем. Долго на пенсии не прожил, сказали мне потом ребята. Царствие ему небесное.
Виктор Иванович Фильчаков.Тоже после армии, пришёл работать на завод Энергомаш в 41-й инструментальный цех термистом. Был в армии водителем. И вот, что интересно, чаще всего, за малым исключением, кто хорошо знаком был с автотехникой и техникой в частности, легче постигал ремесло термиста. Первое время он со мной делился: «Когда же я обрету мастерство термиста, чтобы наконец быть мастером своего дела». Я его успокаивал, что всё придёт со временем и опытом.
Так и случилось, стал Виктор классным термистом, долгое время работал в инструментальном цехе, но после волны сокращений в 90-е годы перешёл в пятый, кузнечно-термический цех, и там великолепно калил штампы из стали 5ХНМ. Технолог Таня, оставшаяся на заводе технологом по термообработке, со мной делилась, что ей хорошо помогал Виктор Фильчаков в опытных работах. С Виктором Ивановичем я долго общался и по работе, и в посиделках наших в бытовке термички, и только прекрасные о нём у меня воспоминания.
Охотником был, часто угощал нас приготовленной дома своей охотничьей добычей. Помню, как мы закусывали тушёной лысухой самогон. Две девочки у него были. Видел в 2009-2010 году их с ним – красивыми, светленькими девушками выросли, а Витя долго ещё работал в пятом цехе. Потом, видимо, на пенсию вышел и больше я его не видел. В моих рассказах он часто бывает, но под другим именем.
Александр Иванович Мороз. Пришёл работать в инструментальный цех вместе с Фильчаковым. Он был уроженцем города Сумы, куда позже и уехал. Был грамотным, серьёзным парнем, ему в ученики позже дали новенького термиста Толика Косяченко. Шурик его обучал секретам мастерства. Своего ученика иногда коротенькой плетёной плёточкой подстёгивал в шутку, называя - сынку. А ученик, его в шутку, называл батькой.
Когда приехали из московского НИИ предлагать свою, закалочную среду ими разработанную, то доверили Шурику её испытать в работе. Он и испытал, и дал своё резюме, что не подходит она в нашем производстве с разными марками сталей и среду постоянно надо возобновлять свежим раствором, ибо выпадает осадок и меняется в худшую сторону скорость охлаждения. Умница он был, как он, интересно, живёт сейчас в Сумах? Лет 50 ему сейчас, по всему. Он встречается в моих производственных рассказах, но фамилию я ему другую дал, оставив имя Шурик.
Анатолий Иванович Косяченко. Был учеником у Саши Мороза, потом, получив разряд, работал самостоятельным термистом. Весёлый и жизнерадостный был парень, всегда напевал песни, за что и получил погоняло «Утёсов». Позже он перешёл работать в сталелитейный цех. Когда я посещал этот цех, то всегда навещал Толика. Позже он с завода уволился. Где он сейчас, не знаю. Технолог Валентина Алексеевна Топоркова мне рассказывала, что её в «Линии», обрадовавшись, окликнул Толик с женой. Представил Валю жене, как технолога, с которым работал на заводе, с прекрасными в сторону Валечки эпитетами. Мне он ни разу не встречался. Жаль. Хорошо бы с Толиком как-нибудь встретиться, вспомнить наши прошлые дни.
Александр Иванович? Попов. Саша работал в инструментальном цехе кузнецом в бригаде с кузнецами Бочарниковым и Ермоленко. Потом ему захотелось поработать термистом и некоторое время он им работал, но поняв, что ковка металла ему более по нраву, вновь перешёл в кузнецы. Добродушный был паренёк. Работал он в смене с Шуриком Морозом, дружили с ним. Как-то Шурик мне рассказывал, как они с Сашкой, тёзкой, гуляли всю ночь по его родному Савино с бутылкой портвейна, фланируя по старинным переулкам и железнодорожным путям до самого утра. Прелестно…
Николай Деревянко. На завод он пришёл работать в конце девяностых. До этого работал термистом на другом предприятии. Для повышения разряда учился в отделе технического обучения при заводе, у нашего инженера Анны Сладченко. У неё были о Николае только прекрасные отзывы. Как термист в работе он был выше всяких похвал. Некоторое время работал в термическом отделении инструментального цеха. Потом перешёл в десятый кузнечно-термический цех.
Не забыть, как мы с ним в 10-м цехе калили крупноразмерные плиты в относительно небольшом водяном баке, нагревая их связанными в блоки в нагревательной газовой печи. С технологом Татьяной, уже после моего сокращения, они термообрабатывали с охлаждением в воде изделия из стали 20А для улучшения их механических свойств. Она со мной об этом делилась. И после 2002 года, когда приходил на завод повидаться с коллегами, заходил к Николаю, помню, для него составил памятку по температурам закалки и температурам отпуска по разным маркам сталей. Сейчас он по-видимому на пенсии.
Игорь Гольцов. Он работал в инструментальном цехе электроэррозионщиком, прожигал графитовым электродом в металле необходимый рабочий профиль на матрицах. Потом, в конце девяностых, начале двухтысячных перешёл работать термистом в тот же цех. Я в 2002 году попал, как и многие в отделе, под сокращение. Позже узнал, что после расформирования цеха часть перебросили в 32 цех, а других на завод на Крейде. Гольцов Игорь там работал уже не термистом, а снова электроэррозионщиком. Об этом он мне сам рассказал, когда мы неожиданно встретились в городе.
Юрий Иванович Звягинцев. На завод, в инструментальный цех он пришёл работать одновременно с Виктором Фильчаковым. Служил до этого в пограничных войсках на Дальнем Востоке. Был грамотным, серьёзным работником, достигший высокого мастерства в своём ремесле, прекрасно разбирался в автоделе, был рыбаком и охотником, ходил с коллегой Виктором и кузнецами, тоже охотниками, на кабана и успешно. Много тогда нам рассказывали в бытовке термички, а мы с интересом их слушали.
Подарил я тогда в бытовку термического участка картину Перова «Три охотника на привале» в рамке, а Юра повесил на стене огромную голову трофейной, отловленной им щуки. Бытовка наша стала напоминать домик охотника. Снова скажу: прекрасное было время.
Юра совершенствовался в своём профессионализме. Освоил и закалку пружин и умел не хуже вазовских изготовить и закалить пружины на амортизатор «Лады». Я чувствовал, что не долго мне работать на заводе и перед уходом подарил Юре хороший «Справочник термиста» Тылкина со всеми режимами и сделал копию техпроцесса на отпуск сварных конструкций на будущее, на память. Такими были термисты-инструментальщики поколения NEXT.
Поколение термистов – «залётные» или «летуны»
Не всем по нутру была работа термиста. Не все могли остаться работать на такой тяжёлой, вредной и ответственной работе, когда частый брак, и зачастую не по вине термиста, а по наличию порока в металле, нарушении работы печи, и да по другим причинам. Но это требовалось доказать, а это уже работа технолога и цехового и технолога службы главного металлурга. Однако всегда обвиняли термистов, что они бракоделы, а это обидно, когда несправедливо. Не видел я из своей практики, чтобы термисты были орденоносцами. Слесаря, токаря, сварщики, трубогибщики были орденоносцами, но, чтобы термист с орденом – это ни-ни. Только обвинения в бракодельстве.
Однажды был у нас на заводе работник головного института и сказал он тогда золотые слова, которые следует плакатом повесить над рабочим столом технолога по термообработке: «Технолог, в первую очередь при получении брака, должен подумать о себе, потом о металле, потом о оборудовании, но НИКОГДА о термисте!»
Ещё раз скажу, что не всем подходила работа термиста, но я упомяну тех ребят, которые хоть и немного, но поработали на термическом участке инструментального цеха.
Карев. Ни имени его, ни отчества не помню, а может и не знал, так как он всего месяц проработал и уволился. Робко он себя чувствовал в термичке, неуверенно. Не его это было дело. Может нашёл себе по плечу работу паренёк.
Сергей Герусенко. Пришёл в цех работать термистом в конце девяностых, примерно в 1979 году. Позитивный, весёлый парень, он тоже понял, что не его это дело, быть термистом, и вскоре тоже уволился. Видел его один раз в городе, и то на бегу. Поздоровались, спросили друга друга как дела, и побежали дальше. Ребята говорили, что он работал где-то в силовых структурах и якобы дослужился до капитана. Мы с гордостью говорили о нём, что хоть один из термистов, да вышел в люди.
Николай Паточенко. Пришёл в середине восьмидесятых на завод после армии, быстро влился в коллектив, но тоже, недолго пробыв в учениках, уволился.
Такие вот люди работали на заводе «Энергомаш» в инструментальном цехе термистами-инструментальщиками. Честь им и хвала, товарищам моим, и царствие небесное тем, которые не дожили до этих дней.
Борис Евдокимов
01.07.2022