Очнулся Деев на земле. Он лежал на обочине дороги. Неподалёку горела машина, а в ушах стоял звон, будто колокола звонили к заутренней службе. Он тряхнул головой, попытался пошевелить руками - удалось, потом ощупал себя: нет, цел и не ранен даже. Понял, что взрывной волной его отбросило в сторону. Он повернулся и увидел возле себя лежащего командарма, тот тоже шевелился, видимо, приходя в себя. Алексей склонился над ним и приподнял ему голову. Озеров закашлялся, а потом перевернувшись на бок, сел на землю.
- Товарищи командиры, идите сюда! - донёсся из-за кустов чей-тот голос.
Это был их новый водитель, Игорь, он укрылся в воронке от разорвавшегося снаряда. Деев помог Озерову подняться и они в два прыжка достигли этого укрытия.
- Бойцы-автоматчики погибли, товарищ командарм, - сказал водитель, обращаясь к генералу, - машина разбита, что будем делать? Позиции полка Гордова за лесом. Я помню, мы там дрова рубили, метров семьсот надо пройти лесом, а там большая поляна, там наши артиллеристы сидят, окопались в обороне.
- Будем туда пробиваться, - ответил Озеров.
Парень выглянул из воронки и лицо его посуровело. Немецкий танк ехал в их сторону к разбитой машине, которая всё ещё горела, изрыгая чёрный густой дым. Вдруг раздался взрыв. Огонь вихрем пронёсся над воронкой, где сидели и прятались трое уцелевших.
- Вот гад, бьёт из орудия метко! - выругался Озеров.
- Да нет же, товарищ командарм, - возразил Игорь, - это взорвался бензобак "виллиса". Перед выездом я заполнил его до отказа бензином... Глядите, сюда идёт ещё один танк, на его броне я вижу автоматчиков!
- Дело туго, гранаты у тебя? - спросил Алексей.
- Так точно, у меня ещё есть две бутылочки "горючки". Как только подбили машину, я всё и вынул оттуда, успел... - Игорь достал из вещмешка бутылку и ласково погладил её. - Эта голубушка спасёт нас: первый танк, что идёт к "виллису", вспыхнет ярким факелом.
- Смотри, не то сам сгоришь! - предупредил бойца командарм.
- А мне всё-равно, - грустно ответил парень и опустил глаза.
- Не понял? Как это - всё равно?! - возвысил голос Озеров.
По лицу парня скользнула грустная улыбка.
- Я прибыл на фронт из штрафного батальона.
- Ты что, дезертир?
- Нет. В августе нас погрузили в эшелоны и направили на фронт. На рассвете, после двух суток в дороге, нас поставили на запасной путь, предупредили, что будем стоять часа три, если не больше. В вагоне было душно, а вода закончилась, вот мы с приятелем, оба москвичи, взяли котелки и отправились на колонку за водичкой, а тут авианалёт... Приятеля убило, а я долго не мог очухаться, пока в себя приходил, вспоминал где я и откуда - поезд ушёл. Там же, на станции, меня задержал военный патруль, сказали, что я убегать от них пытался... Так я оказался в штрафном батальоне. Потом нас бросили на фронт, меня ранило, а после госпиталя я попал в полк Гордова, сейчас вот сижу здесь с вами... А отец, он рядом тут воюет, вы, товарищ майор, в его подчинении. Так он знать, после этой истории, обо мне ничего не хочет, на письма не отвечает. Как же - у генерала сын дезертир!..
Алексей быстрым взглядом окинул парня с головы до ног.
- Твоя фамилия, как?
- Антонов.
- Игорь Кириллович?
- Да, Игорь Кириллович.
Командарм и майор переглянулись.
- Так ты и есть, сын генерала Антонова - дезертир? Ну, как же, наслышаны - да, да!.. - и командарм ещё раз с любопытством оглядел парня.
- Неужели, ты его сын? - не веря своим глазам, ещё раз переспросил майор.
- Кажется, уже - нет, он от меня отказался в силу своего твёрдого характера, - отвечал Игорь, наблюдая из воронки за танками. Двигались они медленно и это его бесило.
- Вот что, парень, будем уходить, - произнёс Алексей и толкнул Игоря в плечо, - ты пойдёшь первым, за тобой командарм, а я прикрою вас огнём.
- Идите вы, оба, это я вас прикрою огнём, а уж потом пойду сам, - решительно возразил Антонов.
- Мы тебя одного не бросим! - сказал Озеров.
- Нет, товарищ командарм! У вас на плечах целая армия таких солдат, как я, тысячи душ! За всех вы в ответе...
Он умолк. В это время первый танк подошёл к горящей машине и остановился. Трое солдат спрыгнули с брони и, окружив машину, стали громко говорить о чём-то на своём языке. Они смеялись. Открылся люк, и из него вылезли два немца с пистолетами в руках... И тут случилось неожиданное, Озеров смотрел из укрытия на хохотавших врагов, и нервы у него сдали. Он выхватил из рук Игоря автомат и открыл огонь. Двоих уложил, а трое припали к земле и открыли ответную стрельбу.
- Поторопились вы, товарищ командарм! - в сердцах произнёс Игорь Антонов. - Извините, но так не воюют. Теперь нам отсюда не уйти.
- Ну, вылитый папаша!... - отозвался Алексей. - И даже манера разговора - его! - и он кивнул генералу на парня.
- Эти трое возьмут на прицел нашу воронку, - продолжал тот, не обращая внимания на слова майора, - а танк даст ход и проутюжит её. - Он схватил командарма за руку. - Уходите! Я вас прикрою, а затем и сам уйду. До леса двадцать шагов, можно и по-пластунски... Сейчас я метну в танк "горючку", он вспыхнет и дымом вас прикроет, ясно? Уходите, и передайте отцу, что я всегда его любил, а теперь люблю ещё сильнее...
Бутылка угодила в танк и он загорелся. Следом за ней Игорь швырнул гранату. Она взорвалась в том месте, где лежали трое немцев. Подул ветер и клочья дыма накрыли воронку.
- Я пошёл, командарм - за мной! - скомандовал Алексей. - Игорь, мы ждём тебя в лесу! - и Деев короткими перебежками, прикрывая командарма, поспешил к лесу.
Уже стемнело, солнце зашло и спасительная лесная сень надёжно прикрыла их обоих. Сидя в укрытии, неглубокой покатой ложбинке, майор и командарм ждали Игоря. Он отстреливался и над лесом разносился мерный журчащий рокот автоматных очередей. Но вот выстрелы прекратились, Деев приподнялся, чтобы сделать бросок и выйти из своего убежища навстречу солдату, но тут раздался мощный взрыв. Упругая волна докатилась и до их неглубокой ложбинки, деревца дрогнули и уронили последние жёлтые листья, а потом пыль осела и всё стихло.
Озеров тряхнул головой, плечо его передёрнулось, уголки губ опустились. И ему и майору была понятна эта внезапная тишина. Алексей снял фуражку с головы, вытер мокрый от пота лоб и скорбно посмотрел в ту сторону, где совсем недавно отстреливался парень, который где-то сейчас убитый лежал в гулкой тишине леса.
- Может, я проберусь туда обратно и посмотрю?.. - предложил Деев, глянув на генерала.
- Нет, опасно, майор. На какую глубину они прорвались - неизвестно. А этот парень, рискуя собой, прикрывал нас до последнего и теперь мы снова выйдем туда, перечеркнув его жертву. Лучше будем пробираться обратно к своим. Он говорил, что здесь позиции полка Гордова проходят, вот туда и будем держать путь, когда совсем стемнеет, - и генерал тяжело вздохнул, расстегнув на себе верхние пуговицы шинели.
Они вышли из леса на позиции артиллеристов поздно ночью, усталые в грязи и разорванных шинелях. Когда приближались к блиндажу командира дивизиона их остановил часовой, вскинув винтовку. Пароля, понятное дело, они не знали, поэтому срочно под охраной были доставлены в штаб. Дивизионный командир хорошо знал Озерова и очень удивился, увидев его здесь в таком виде. Потом срочно доложил по проводной связи в полк о происшествии и комполка Гордов уже на рассвете сам приехал за ними и увёз в штаб полка.
- Не надолго мы с вами сегодня расстались, - невесело произнёс генерал, входя вслед за Гордовым в штабную комнату, где располагались связисты.
Это было самое тёплое место в доме, топилась русская печь, что сейчас для продрогших Деева и Озерова было самое мило дело.
- Да, товарищ командарм, ну и попали вы в переплёт!..- сев напротив Озерова за стол, и отослав связистов, произнёс комполка.
- "Виллис" подбили немецкие танки, двоих ребят их охраны убило наповал, а мы вот, с водителем, остались живы. Сидели в воронке от снаряда, на нас шли два танка и боец прикрывал нас огнём, пока мы выбирались оттуда. Потом долго отстреливался, мы в лесу его ждали, как и было условлено, но... жив ли он остался, там взрыв был. Ты бы узнал, а? Сейчас надо закрыть эту брешь, посылай туда подкрепление. Думаю, что это была разведка боем. Когда выправите позиции, то нужно этого парня разыскать. Понимаешь, этот водитель - сын генерала Антонова.
- Как? - удивлённо поднял брови комполка.
- Антонов, Игорь Кириллович. Из штрафбата он к тебе прибыл...
С застывшим лицом и глядя на командарма, Гордов одной рукой потянулся к полевому телефону.
- Сейчас узнаю у командира батальона, который держит оборону у этой лесной поляны. Мне уже доложили, что туда на помощь подошли танкисты из соседнего полка... Сейчас! - выпалил он скороговоркой. - Как ваша оборона, держится? - раздался его зычный голос. - Ну и что? Уничтожены три немецких танка, которые пытались зайти батальону в тыл?.. Так вот, там где-то будет сгоревший "виллис", на этом месте едва не погиб командарм Озеров, это была его штабная машина. Вёл её солдат Игорь Антонов, который обороняясь, поджёг два танка. Пойди на позиции и узнай всё про него - жив ли? Срочно прошу это сделать. Я жду звонка.
Гордов отодвинул полевой телефон в сторону и, посмотрел на пришедших из леса офицеров.
- Антонов знает, где служит теперь его сын? - спросил он, куда-то в пустоту.
- Нет. Судя по всему, он не хочет этого знать, - ответил Озеров.
- Вот ситуация!..- протянул хмурый Гордов. - Ну, что же, если вы уж к нам вернулись так внезапно, давайте чайком согреемся.
Они не заметили, как пролетел почти час за чайными разговорами, и поэтому, когда раздался зуммер полевого телефона, все трое невольно вздрогнули. Гордов бросился отвечать:
- Узнал что-нибудь? - не проговорил, а выкрикнул он в трубку.
Деев и Озеров притихли в ожидании.
- Да-да, он прибыл к нам из штрафбата... Он поджёг два танка и сам погиб? Жаль парня... Да, я слушаю... Враг готовит под утро новую атаку? А ты сам атакуй его, но ни шагу назад. Взаимная выручка соседей не помешает... Я скоро сам к вам приеду, решим всё на месте. Будь здоров! - и Гордов повесил трубку на аппарат.
- Ну, что?! - Деев поднялся от нетерпения.
- Плохие вести. - Рука Гордова потянулась к столу где лежала карта. Он нагнулся к ней и показал то место, где немцы обстреляли машину. - Неподалёку наши люди увидели два сгоревших танка... А рядом обгоревшее тело солдата у воронки от снаряда, присыпанное землёй и песком.
Деев побледнел, лицо командарма тоже изменилось в момент, оно окаменело.
- Да, традиция эта живёт в армии, - тихо проговорил Озеров.
- Какая, товарищ командарм? - переспросил его Гордов.
- Сам погибай, а командира выручай!.. Но этот парень настоящий герой, нас спасал, прикрывая собой, а сам не успел уйти... И ещё узнай у комбата, похоронены ли бойцы, погибшие в машине? А парня этого надо наградить орденом. Оформи это приказом, а я подпишу.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ.