С каждым годом Великой Отечественной войны в лагерях накапливалось все больше пленных немецких солдат и офицеров. Кормили их неплохо, по сравнению с нашими бойцами и командирами, оказавшимися в плену.
В рацион немецких военнопленных в начале войны входили ежедневно 600 гр. ржаного хлеба, 90 гр. круп, 10 гр. макаронных изделий, 40 гр. мяса, 120 гр. рыбы, 20 гр. растительного масла, 20 гр. сахара, 600 гр. картофеля и овощей, томатная паста, перец, лавровый лист, в последующие годы рацион несколько урезали).
И для сравнения, продовольственное обеспечение наших военнопленных, томившихся в немецких лагерях: от 100 до 200 гр. эрзац-хлеба (отруби, свекла, целлюлоза, солома), "эрзац-кофе" (нигде в воспоминаниях военнопленных не встречал упоминание о таком "кофе") и "овощной суп" из очистков овощей.
Тем не менее, пленные немцы часто жаловались на голод и недоедание. Но не все. Бывшие офицеры вермахта и СС питались в лагерях лучше (600 гр. хлеба (пшеничного и ржаного), 75 гр. мяса, 40 гр. сливочного масла, 400 гр. картофеля, 200 гр. различных овощей, 40 гр. сахара, растительное масло, рыба, макароны, сухофрукты). А старшие офицеры и немецкие генералы, оказавшиеся в плену, и вовсе не знали проблем с питанием.
В 1943 году в Ивановской области, на базе санатория имени П.Л. Войкова, был создан лагерь №48. "Лагерь" представлял собой бывшую помещичью усадьбу, с многочисленными комнатами, подсобными постройками, которые по периметру обнесли колючей проволокой, поставили вышки с караульными и 3 июля 1943 года в лагерь прибыли первые "гости".
В первую партию входили 31 генерал (22 немецких, 6 румынских, 3 итальянских) и около сотни полковников вермахта. Большинство из них составляли командование 6-й армии Паулюса, взятое в плен в ходе Сталинградской битвы.
Для обслуживания высокопоставленных немцев была создана рота лагерной обслуги из пленных венгров и итальянцев (денщики, кухонные работники, уборщики).
Почему-то Советский Союз стремился соблюдать соглашения Гаагской и Женевской конвенций (хотя в свое время и не ратифицировал их) в отношении плененной верхушки, в отличии от противника, который относился к пленным хуже скота.
Немецкие генералы и старшие офицеры привлекались к труду только на добровольных началах. Эти военнопленные могли отправлять домой по одному письму в месяц (передавались через Красный Крест и с помощью дипломатических каналов). В лагере оборудовали стоматологический кабинет с американским оборудованием, в нем работали опытные врачи. Генералов обслуживали 4 немецких массажиста.
Рацион для обитателей этого лагеря был увеличен. Помимо усиленных норм хлеба, картофеля, сахара, овощей, жиров, кофе, мяса, сливочного масла, рыбы, сыра, чая, специй и сухофруктов, старшие немецкие офицеры и генералы получали табачный паек папиросами высшего сорта.
На праздники испекались торты и кексы. Калорийность питания этих заключенных составляла около 3500 калорий, генералы и офицеры набирали в весе (в это время питательность пайков трудящихся Ивановской области составляла от 1387 до 1592 калорий, служащих и иждивенцев — 1074-1176 и 780 калорий).
Чтобы совсем не заплыть жиром, генералам и старшим офицерам разрешали заниматься утренней зарядкой и гимнастикой, возиться на огородиках и в садах, загорать. Зелень, фрукты и овощи с грядок служили для разнообразия рациона. Некоторые предпочитали трудиться в столярных мастерских, например, полковник Адам любил заниматься резьбой по дереву. Остальные гуляли по парку, занимались спортом, читали (имелась прекрасная библиотека с книгами на немецком языке), играли в шахматы или спали.
Имелся в лагере и клуб, где "заключенные" упражнялись в игре на пианино, гитарах и скрипках, давали импровизированные концерты или смотрели комедийные фильмы. Несколько генералов считали себя живописцами (в т.ч. и фельдмаршал Паулюс), они оставили после себя множество рисунков.
Зимой 1944 года для Паулюса, в сопровождении генерал-полковника И.Н.Петрова, была устроена охота.
Несомненно, многое делалось ради того, чтобы всему миру продемонстрировать гуманное отношение к плененному генералитету, т..е. в целях антигитлеровской пропаганды. Но быть может именно оттуда и пошла практика широких жестов "доброй воли"?