Из более чем пяти тысяч случаев упоминаний имени Божьего в Ветхом Завете, которое богобоязненные иудеи заменили на общеупотребительное Господь (Адонай) на книгу Псалмов приходится более 600 фрагментов. До сих пор ведутся споры о истинном произношении забытого тетраграмматона, который в русской и других Библиях читается, как Господь, что стало привычным, и не вызывающим каких-либо ассоциаций. Фраза Господь Бог, ничто иное как перифраз еврейского "yhwh(´ädönäy)" и именно в таком ключе эта фраза встречается так часто. Мы же не будем вдаваться в подробности фонетических составляющих и воспроизведении более точного произношения, а обратимся к одной совершенно случайно всплывшей теме образов Бога в книге Псалтирь.
Как я уже говорил выше, на книгу Псалмов приходится более 600-от случаев появления имени Божьего на всем фоне Ветхого Завета. Бог в Псалмах (в иудаизме Тегилим - "хваления") предстает в различных ролях, от Судии и Защитника сирот и вдов, от Сочувствующего слабым, до Грозного воина, стреляющего из лука и научающего воинской науке. Я уделил время просмотру всех текстов книги, где Господь выступает в разных ролях и, по сути, это можно отнести к духовным выводам людей, столкнувшихся в своей жизни с Богом, приобретенном опыте, где Бог, по их мнению, представлялся в том или ином виде.
Большинство текстов книги Псалтирь написаны Давидом в различные периоды жизни. Наиболее пронзительные приходятся на первую часть, особенно пятидесятый псалом, рассказывающий о падении царя, его покаянии, внутренней борьбе, и прощении. "Тебе единому согрешил я и лукавое пред очами Твоими сделал" - потрясающий вывод Давида, говорящий о его личной ответственности перед Господом и желании загладить грех и обрести прощение. "Сердце чистое сотвори во мне Боже и дух правый обнови внутри меня" - вот лишь то немногое, что навсегда запомнилось из текста этого глубоко личного переживания, оставленного потомкам для утешения и поиска выхода, когда только Бог может исправить, казалось бы, неисправимую потерю, простить вещи, требующие справедливого воздаяния. Давид пережил многое в своей жизни, взлеты от простого пастуха, до великого царя и завоевателя. Его личный духовный опыт в значительной степени был обогащен, что позволяло Богу сказать однажды, "муж по сердцу Моему". Множество поколений находили поддержку и утешение в духовных исканиях Давида, ставшего символом человека, высоко поднявшегося, испытавшего позорное падение и обретшего в конечном итоге, не без потерь, прощение и милость Божью.
Но самый главный теологический вывод всей книги Псалтирь, на фоне многочисленных и многогранных образов Бога мы находим в 22-ом псалме, где поседевший, покрытый ранами во многих битвах царь говорит. "Господь - пастырь мой..."
Именно в категориях пастуха, нежно и терпеливо заботящегося о стаде овец, Бог предстает в в словах этого текста. Его часто цитируют наизусть, и это действительно самый трогательный момент, во всей книге Псалмов.
В тексте 22-го псалма наиболее полно передаются переживания всей жизни царя. Он помазанный "елеем" вспоминает свою жизнь. Ему есть за что благодарить Его. Чаша царя "переполнена", "стол накрыт" "голова помазана". Это составные части заключительной части картины, где Давид окончательно подводит итог своей непростой и наполненной множеством событий, жизни.
Но именно воспоминания о пастушеской юности, переносятся в духовные категории, и Бог в личном опыте Давида видится ему как Пастырь. Бог в роли Пастыря неоднократно появляется в других книгах Ветхого Завета, а особенно часто в этой ипостаси мыслится Господь Иисус Христос.
Для Давида, знающего о сложностях пастушеской жизни, когда в каменистой и гористой местности приходилось искать "злачные пажити" и вести стадо к "водам тихим", потому что овцы пугливы и не будут пить из бурных потоков. Давиду, знающему о беззащитности отары перед хищниками, самому приходилось не раз спасать их от лап львов и медведей. Давиду, понимающему, как боятся овцы проходы через ущелья и места, где не проникает солнечный свет, где пастух выступает, как единственная надежда пройти сквозь "долину смертной тени", без потерь и увечий. Давиду, знающему, что на самом деле значит пастух для овец, этот образ Бога стал самым близким и родным.
Вот почему мы можем сделать вывод, что наиболее полно и глубоко духовный образ Бога в книге Псалтирь изображен именно в 22-ом псалме.
Если желаете поддержать канал в это непростое время, буду очень благодарен.
Сбер: 4276 2200 1586 0243