Это была просто обычная акация, сильно подпиленная одним из работников по благоустройству, по заданию местного руководства или, как это сейчас принято говорить, в рамках региональной программы какого-нибудь масштабного нацпроекта. Выглядела тощей, высокой, с одной стороны, и стройной, грациозной, если попробовать посмотреть на неё иначе.
Как же мало нам надо, чтобы за минуту-две поменять своё восприятие привычной картины бытия! Стоило сегодня дождю прорваться сквозь марлевое решето облаков, как всё вокруг вдруг ожило и преобразовалось. Дикий, изнуряющий зной серого города сменился тонкой, едва уловимой прохладой. В такие моменты даже листья на деревьях, которые, по мнению окружающих, обязаны стать частью стереотипного представления о лете, раскрываются необыкновенной красотой каждой своей клеточки, островка, прожилки.
Солнечные блики ярко преломлялись в упитанных влагой толстостенных каплях: не так просто сдвинуть, зато легко разглядеть свой водяной портрет, хорошенько подуть и что есть мочи разгоготаться, широко распахивая грудь миру, не комплексуя и не оглядываясь назад, опасаясь быть замеченным со всем спектром живых и открытых эмоций.
Как же сладостно поначалу затаиться под зелёным навесом раскидистых тополей, потом выглянуть из-под веток-прутьев, роскошно увешанных листвой, и наконец-таки прорваться сквозь преграды-защиты, отдаваясь непорочным желаниям бессознательного – прыгать, будто трёхлетний малыш, под топлёным июльским дождём, искренне радуясь природному бытию.
