Только что, взглянув на то, что написано мной в ч.1, я обнаружил вопиющую неточность, да что там неточность - случай на грани сделки Старпера с совестью. Наряду с адекватно выданным там словом из северных говоров – «зачуркать» я должен был использовать и другое – «париться» (вместо общепринятого «водить»). Простите, северяне, я не хотел вас обидеть.
В мои детские годы еще не успела впасть в забвенье игра, которая считается одной из русских старинных и народных, - городки. Позже она практически напрочь вышла из употребления. Лет двадцать назад сын моего петербургского приятеля, правда, занимался ею, но у него это было на совсем другом уровне, чем у нас. Подросток был записан в соответствующую спортивную секцию, где игровая площадка строго соответствовала формализованным правилам, спортинвентарь был покупным и т.д.
А у нас кон очерчивался линией на земле – главное, чтобы с расстояния можно было разглядеть его границы. Рюхи, правда, были более-менее похожи на настоящие, хотя не всегда соблюдалось, как положено, круглое сечение – применялось и квадратное. В битах же наблюдался большой разнобой как по форме и диаметру сечения, так и по длине – тут уж кому что было дано в смысле обзаведения чем-то близким к понимаемому всеми идеалу. Как мне кажется, уровень игры был достаточно высок. В нашей компании была пара виртуозов, на раз справлявшихся с последней и самой трудной фигурой – «письмом».
Замечу, что «компания» - это слово из моего нынешнего лексикона. В те времена для самоидентификации мы применяли термин «шобла» (или «шара»). Надо иметь в виду, что для нас, тогдашних, данное обозначение не было столь эмфатически маркированным, как вы можете себе вообразить.
Наверняка среди читающих найдется хотя бы один внимательный гражданин. Палочки, доска, биты, рюхи (в дальнейшем описании появятся и другие деревянные предметы) – откуда все это бралось? Внимательный читатель – он же еще и знающий. Знающий, что торговля в те времена была организована совсем по-другому. Забудьте о знакомых вам магазинах стройматериалов. Да и с покупательной способностью наших родителей ждать от них милости было бы утопией.
Все, как будто из воздуха, бралось прямо с земли. Именно так: прямо на земле то тут, то там валялись палки, бруски, доски, куски фанеры и пр. Валялся разный металл. В бедном СССР граждане в этом отношении могли себя чувствовать крезами. К сожалению, они не догадывались, что имеют на это право. А может, и к счастью не догадывались: только почувствуй – и тебя сразу в психушку. Как бы то ни было, таково общее свойство жизни: на своем пути по ней мы часто теряемся и раз за разом упускаем возможность пережить уникальное, завидное чувство, которое вот оно, под рукой - возьми и чувствуй.
Пиломатериалы мы чаще всего находили рядом с БУДКАМИ - так звали у нас сараи. Будки служили главным образом для хранения дров. Поначалу центрального отопления в квартале не было, и во всех квартирах топили печки. А если учесть вполне себе северное расположение города с соответствующими зимними температурами, то понятно, что запасы на холодное время делались нешуточные. Мне самому довелось в детстве попилить дровишек с отцом, каждый раз сурово ругавшим меня за неискоренимую привычку задерживать на своей стороне движение двуручной пилы.
Будки занимали все внутренне пространство квартала и строились владельцами по железному принципу «кто во что горазд». Они примыкали одна к другой, а между рядами оставлялись проходы. Сами ряды образовывали затейливый лабиринт. Будки были разной высоты и отстояли одна от другой через проход на разном расстоянии. Это обстоятельство сослужило очень важную роль в нашей спортивной подготовке.
Дело в том, что массу своего свободного времени мы проводили на их крышах. Взрослые, когда им это удавалось, гоняли нас оттуда, но обычно днем все они были на работе. А мы день за днем осваивали все новые места для прыжков с одного ряда на другой. Кроме собственно расстояния между будками важна была конфигурация крыши (плоская или наклонная, насколько и в какую сторону наклонная), а еще больше – разница между ними по высоте. Важна была и длина будки, с которой разбегаешься, и качество ее покрытия. В каждом случае самым трудным было решиться на первый прыжок. Бывало, что решимость приходила не с первого раза.
В пионерлагере я занял первое место по прыжкам в высоту, а мой закадычный друг Вася Серанов – по прыжкам в длину. Вторые места - перекрестно - тоже были за нами. При этом мы с ним состояли не в самом старшем отряде. Вот что значит вольная пастьба на крышах наших будок!
Просто прыгать иногда надоедало, и тогда мы затевали на крышах игру, скажем, в ту же щуку – с беготней и прыжками в самых разных местах. Вы видели, как резвятся в клетках обезьяны? Вот-вот.
Зимой мы прыгали с крыш на лыжах. Тоже каждый раз надо было на это решиться: я уже говорил, что крыши были разной высоты и конфигурации.
Упомянутые выше городки оставили в моей памяти далеко не такой глубокий след, как родственная забава под условным названием «попа гонять». Собственно, какого-то конкретного названия у нее и не было, просто говорили: «Айда попа гонять!».
Сама она была намного проще городков, но зато и намного более подвижной. Использовалась всего одна рюха – «поп». Не буду вдаваться в подробности, скажу лишь, что надо было по очереди целиться и стараться попасть в него палкой. Если броски долгое время получались удачными, поп мог быть «загнан» на очень большое расстояние. Помню жуткий ужас, когда после серии наконец-то неудачных бросков мы, согласно правилам игры, неслись во весь опор от железнодорожного вокзала, куда поп был рекордно загнан, в наш двор, к месту начала игры. Ужас мой объяснялся страхом прибежать последним. Тогда пришлось бы париться (водить). А кто мог гарантировать, что дальний маршрут вновь не повторится! При этом водящий, по правилам, лишен определенных преференций, которые имели другие игроки. Последним я не прибежал, меня выручило важное преимущество перед более старшими ребятами: я лучше их знал все проходные дворы.
Пожалуй, на этом на сегодня закруглюсь. Впереди рассказ об играх на деньги, в ножички и – трепещите! – о Паникаре. Но и это не все: дворовая жизнь – она была бездонной. Далее расскажу о переносящихся, как эпидемия, коллективных дворовых увлечениях пацанов маленького северного города.
Уж позвольте. Так приятно всласть оторваться в приятных воспоминаниях!
ДО НАСТУПЛЕНИЯ 2030 ГОДА ОСТАЕТСЯ 2741 ДЕНЬ (ПОЧЕМУ Я ВЕДУ ЭТОТ ОТСЧЕТ, СМ. В "ЧЕГО НАМ НЕ ХВАТАЛО ДЛЯ РЫВКА?")