Удивительно, но начало истории ветеринарной службы России начинается с Петра Первого, который в 1707 году создает коновальную службу. Эта служба была приписана к армии. Светская система ветеринарной помощи берет начало в 1836 году, когда в каждой губернии появляется ветврач. Уездная ветеринарная помощь, которая уже могла прийти на помощь крестьянским хозяйствам, создается земством только в конце 19 века.
Грустный анекдот. Министерство Земледелия и Государственных Имуществ продало в 1900 году в свое Песочинское имение племенной скот, который весь был заражен ящуром, что и определил ветеринарный врач В.В.Карандеев. Симментальские телки (37 голов) были поставлены из Пруссии. Но проблема была в том, что их уже частично раскупили жители уезда, что и вызвало эпидемию ящура.
О приглашении ветеринара впервые заговорили на Земском собрании 1870 года. Решение было поддержано. Причем богатейший человек уезда и очень уважаемый человек, Александр Иванович Кошелев, обещал взять половину необходимой суммы за содержание врача на себя (600 рублей в год), но с условием, что служба будет находиться в его Песочне (это образцовое и многопрофильное имение Кошелева). Это был единственный на весь уезд ветеринарный врач. Но о его уездной деятельности отчетов нет.
Реально специальная служба создается в Сапожковском уезде только в 1896 году. Ее центром становится уездный город Сапожок. Именно здесь обитает врач и фельдшер, еще два фельдшера живут в селах Сараи и Путятино. Потом и там станут принимать крестьян еще и врачи. В 1907 году откроется еще один ветеринарный участок с центром в селе Напольном. Перед Первой мировой войне встанет вопрос об открытии пятого участка. При каждом участке была и своя небольшая аптечка.
Стала ли помощь доступнее? И здесь мы встречаемся все с теми же трудностями привыкания крестьян к подобному виду помощи. В каждом населенном пункте обычно был свой деревенский коновал, до него и ехать не нужно, и плата за лечение здесь другая. Услуги земского ветеринара никогда не были бесплатными. В разные годы прием стоил от 10 до 40 копеек. Для крестьянина это немало, а для кого-то вообще недоступные деньги.
Есть здесь и другая сторона медали. В 1912 году на территории Городского ветеринарного участка насчитывалось 75075 крупного и мелкого рогатого скота. Только в в Дегтяно-Борковской волости, в состав которой входила Самодуровка, на учете состояло больше 11,5 тысяч голов скота: лошадей, коров, овец, свиней, коз. Согласитесь, трудно обслуживать такой участок фельдшеру и врачу.
Поэтому обязанности у ветеринара были сложны и многообразны. Конечно, врач вел прием больных животных. Но главное-это борьба с очагами повальных болезней, которые вспыхивали в уезде каждый год. По сути, ветеринарный врач постоянно мотался по уезду из деревни в деревню, где эти болезни появлялись. Представьте в 1899 году насчитали 141 очаг эпизотий, на которые должны были приехать врач или хотя бы фельдшер. Иногда здоровье подводило людей от такой огромной нагрузки. Так случилось с врачом Напольновского участка Дунаевым. Он расстроил свое здоровье из-за постоянных разъездов по участку. Сначала в 1914 году взял отпуск для лечения, а потом и вообще ушел со службы.
А чем только не болели животные - сибирская язва, чума, свиная рожа, ящур, сап, мыть, бешенство, пневмоэнтерит, пироплазм и т.д. и т.п. И каждая из этих эпизотий грозила перерасти в полномасштабную эпидемию.
Механизм борьбы с тяжелыми болезнями был примерно такой. В случае подозрения на заразительную болезнь у животного, деревенские власти сообщали врачу. До приезда ветеринара или фельдшера животное содержалось отдельно. Врач приезжал, осматривал животное, ставил диагноз, проверял других животных. Дальше принимались меры: лечение, прививки или забой. Погибших животных требовали хоронить отдельно в специально выделенном месте. С этим были сложности. В 1909 году из 46 селений только 14 имели кладбища для животных, а Самодуровка и в 1914 году не имела специального места для захоронения больных животных. Земское собрание даже специально для нее издает распоряжение.
С больных животных запрещалось сдирать шкуры. В 1912 году земцы начинают выдавать денежные премии от 1 до 6 рублей за шкуру павших животных, только для того, чтобы эти шкуры не использовали крестьяне.
Бесплатные прививки делали, если была вспышка сибирской язвы. Вакцина от сибирской язвы была двухкомпонентной. Если после прививки животное погибало, то Земство компенсировало убытки. Но это бывало довольно редко. Врачи подчеркивали, что после прививки животное, как и человек, должно хорошо питаться и несколько дней отдыхать. С этим, как раз, было трудно. Причиной многих человеческих болезней было плохое питание и отсутствие достаточного отдыха. С домашними животными было то же. Еще одной массовой прививкой была рожистая. Она делалась по тому же принципу. Иногда для прививок нанимали дополнительный персонал, например, студентов.
И все-таки бывали очень трудные годы. Таким был 1904 год- самые большие цифры заболеваемости скота в уезде за 10 лет. Заболело 24893 животных, пало 1648, убито 45. Примерная стоимость животных тогда: лошадь примерно 40 рублей, корова-25, овцы-3, свиньи-5. Прикиньте потери.
Некоторая статистика по Самодуровке.
1901 год- в Самодуровке ящуром из 600 лошадей заболело 10, все выздоровели.
1902 год-в Самодуровке пневмоэнтерит среди свиней, из 163 заболевших 160 пало.
1905 год- один случай инфлюэнции.
В 1909 году в Самодуровке один случай бешенства собаки.
1913 год- в селе пироплазм обнаружен у 2 лошадей, обе убиты, буцелярной рожей свиней заболело из 327 голов 10, пало 7.
Это те случаи, которые вскрылись и были зафиксированы врачом. Сами же самодуровцы редко обращались к ветеринару. Так в 1909 году крестьяне только три раза приводили своих животных на прием к доктору, при этом сами сапожковцы 147 раз, жители Пригородных слобод- 172 раза, сельчане из Черной речки-94 и та далее. Уж очень на отшибе уездной жизни находилось наше село из-за своего географического положения. Напомню, что расстояние между Самодуровкой и Сапожком 15 верст.
У земского врача были и другие функции. К нему шли за справками перед продаже своей скотины. Такая справка давалась, если в течении последних двух недель в селе не было падежей скота. Врач и фельдшер оценивали санитарную составляющую при проведении ярмарок. Кроме того, в уезде постоянно заботились об улучшении породы животных, особенно лошадей. Еще в 1870 году появляется циркуляр Министерства Внутренних Дел, об улучшении рабочих лошадей, к которому присоединяется и земство. Поэтому открывали в уезде случные пункты, куда брали в аренду или на продажу племенных животных. Например, в 1914 году 28 февраля в город Сапожок на Городской ветеринарный участок на случный пункт из Рязани были доставлены два жеребца заводской конюшни: 1)«Канкан» - полукровный брабансон, 8 лет, темно-серой масти, завода Обуховского хутора Нижегородского губернского земства от «Канкана» и «Герцогини» 2) «Милый» -темно-гнедой полукровный брабансон, 16 лет, завода И.П.Фон-Дервиза от «Буцефала» и «Милой», эти жеребцы покрыли 65 маток. И такие пункты были в каждом ветеринарном участке. Это была не бесплатная процедура, стоила до трех рублей, поэтому по карману была не всем. Купить племенного теленка у земства было еще дороже, по стоимости животного. Иногда для этого необходимо было сначала записаться в очередь и заплатить деньги вперед. Рискованно.
Перед войной в уезде стали проводить выставки домашних животных. Земство активно поощряли местных жителей для участия в них премиями и грамотами. Не последнюю роль в принятии решения на этих смотрах играли и местный ветеринары.
Ветеринарный врач, как и человеческий доктор, хорошо зарабатывал. Ему платили 1200 рублей в год жалованье, квартирные (примерно 200 рублей), разъездные (около 250 рублей). Он также имел право на оплачиваемую научную командировку для повышения квалификации. Но, как и с обычными докторами, здесь тоже ощущался постоянный кадровый голод.
Сохранились и имена местных ветврачей: Н.И.Дунаев, А.А.Вишневский, А.И.Бурдамов, И.В.Сайкович, В.В.Карандеев и многие др.