Виктор стоял перед старой, заброшенной многоэтажкой, на окраине города, той самой, что ему описала слепая женщина.
Её звали Елена, она обладала удивительной способностью, позволявшей ей сканировать всю Москву, при том, что она вообще не покидала свою крошечную квартирку. После очередного видения она позвала Виктора и направила его по следу.
Вот тот самый дом на Сталеваров с разрисованными стенами. Вот и мертвая собака в проулке, которую Елена так точно описала. Можно было подумать, что собака спит, если бы не то обстоятельство, что у нее отсутствовало полголовы. И еще, если верить женщине, там был демон, которого разыскивал Виктор: осторожный и коварный Ак-Дов.
По мнению мужчины, дом был не слишком подходящим местом для такого отчаянного парня, как Ак-Дов. Инфернальная братия — народ грубый и неотесанный, спору нет. И все же рассказы о том, что они предпочитают жить в тёмных сырых подвалах или в заброшенных домах, — явные наветы христианских проповедников. Сбежавший демон мог скорее сейчас глушить водку в «Досках», чем сидеть в таком убожестве.
Но Виктор потому и отправился к слепой ясновидящей, что его внутреннее зрение оказалось бессильным установить местонахождение Ак-Дова. Он признался ей, что чувствует свою ответственность за то, что демон вообще вырвался на свободу. Мужчина так и не усвоил во время своих частых стычек с дьявольскими приспешниками, что они — гениальные мистификаторы. Как иначе объяснить, что он поверил в ребенка, который попал в поле его зрения именно тогда, когда он направил пистолет на Ак-Дова. Ребенка, который, естественно, тут же исчез в облаке дыма, как только отвлекающий маневр возымел свое действие. И вот результат — сбежавший демон, которого Виктор Крюков безуспешно разыскивает уже третью неделю.
Между тем приближался Новый Год— время исполнения желаний. На улицах скользили толпы людей, в надежде успеть купить подарки для главной ночи в году. Более благоприятной обстановки для проделок Ак-Дова и представить невозможно. Поэтому Виктору надо было найти демона очень быстро, чтобы тот не смог причинить серьезного ущерба; найти его и вернуть в ту яму, из которой он вылез. В крайнем случае, сыщик пустил бы в ход особое обездвиживающее заклинание, которым соблаговолил его однажды снабдить покойный преподобный Алексей. При этом старец так запугал Виктора, что тот даже не стал записывать слова. В любом случае оно могло сработать. По крайней мере, до наступления Нового Года.
В доме на Сталеваров было еще хуже, чем на улице. Виктор почувствовал, как ледяной холод сковывает ноги. Он был уже на площадке третьего этажа, когда услышал вздох. Сыщик повернулся в полной уверенности, что это Ак-Дов— демон со множеством глаз и торчащими во все стороны волосами. Но не тут-то было. В конце коридора стояла молодая беременная женщина с изможденным лицом. Больше Виктор ничего не успел разглядеть, так как женщина торопливо сбежала по лестнице. Прислушиваясь к ее шагам, мужчина подумал, что Елена ошиблась. Если бы Ак-Дов был здесь, такой идеальной жертве вряд ли удалось бы ускользнуть и при этом остаться целой и невредимой.
Демона здесь не было. Виктору ничего не оставалось, как обыскивать и дальше всю Москву.
Накануне вечером нечто странное произошло с Николаем Котовым. Он, пошатываясь, вышел из своего любимого бара всего в паре улиц от магазина на Комсомольском проспекте, владельцем которого являлся. Николай был пьян и чувствовал себя абсолютно счастливым, и не без оснований. Сегодня ему стукнуло пятьдесят пять. За эти годы он успел три раза жениться и обзавестись четырьмя законными отпрысками, не говоря уже о детях, прижитых на стороне. Его магазин приносил весьма неплохой доход. Словом, жизнь удалась! Мир был прекрасен и удивителен!
«Господи, какой жуткий холод!» - Подумал мужчина, выйдя на улицу. Он попытался вызвать такси, но не очень вежливая девушка на другом конце телефон сказала, что свободных машин нет. Вечер словно предвещал начало второго ледникового периода. Похоже, придется идти домой пешком.
Он прошел несколько домов, когда — чудо из чудес — увидел такси. Мужчина остановил машину и залез внутрь.
— Домой, Николай Александрович? — спросил таксист.
Николай не стал задумываться, откуда водитель знает его имя и где он живёт, а только пробормотал «да», решив, что это подарок на день рождения, любезно подготовленный кем-то из завсегдатаев бара.
Возможно, его веки отяжелели, возможно, он даже заснул. Как бы то ни было, Николай вдруг понял, что такси мчалось по улицам, которые он явно не узнавал. Он стряхнул с себя остатки сна. Безусловно, это было Чертаново, район, от которого мужчина предпочитал держаться подальше.
- Не туда едете, — сказал Николай.
А в ответ ничего: ни объяснений, ни извинений. Затем такси резко повернуло, вырулив на улицу, состоящую из одних складов. На том поездка и закончилась.
— Приехали. Вот ваша остановка, — объявил водитель.
Второго приглашения вылезти из машины Николаю не понадобилось. Когда он вышел, водитель махнул рукой в темноту пустой площадки между двумя складскими помещениями.
— Она вас ждет, — сказал он и уехал.
Мужчина остался один в глухом проулке.
Здравый смысл подсказывал ему, что пора как можно быстрее сматывать удочки. Но то, что он вдруг увидел, пригвоздило его к месту. Там стояла она — женщина, о которой говорил таксист. Николай в жизни не видел более толстого существа. У нее было больше подбородков, чем пальцев на руках. Легкое летнее платье трещало по швам на ее необъятном теле, блестевшем то ли от жира, то ли от пота.
— Коля, — позвала она.
Похоже, сегодня все знали, как его зовут. Она двинулась к нему, колыхаясь при ходьбе всем своим гигантским телом. «Ты кто?» — хотел было спросить Николай, но слова замерли у него на губах, когда он понял, что ноги толстухи не касаются земли. Она плыла по воздуху.
Будь мужчина потрезвее, он тут же понял бы, что пора сваливать. Но алкоголь в организме усыпил его бдительность, и он остался.
— Коля, — сказала она, — у меня для тебя две новости: одна хорошая и одна плохая. С какой начать?
Мужчина на секунду задумался.
— Начни с хорошей, — решился он.
— Завтра ты умрешь, — ответила она, загадочно улыбнувшись.
— И это, по-твоему, хорошая новость? – Воскликнул он.
— Рай ждет твою бессмертную душу… — промурлыкала она. — Разве это не радость?
— Так какая же тогда плохая новость?
Женщина засунула обрубки пальцев в расселину между сияющими грудями. Раздался жалобный визг — и из недр своей необъятной груди толстуха вытащила нечто… Отвратительная помесь ящерицы с больной крысой. Существо беспомощно било лапками по воздуху. Женщина сунула эту мерзость прямо Николаю под нос, чтобы тот мог ее лучше разглядеть.
— Это, — заявила толстуха, — твоя бессмертная душа.
«А ведь она права, — подумал он, — Новость не слишком хорошая».
— Впечатляет, не так ли? — Душа верещала и корчилась, а женщина тем временем продолжала: — Она не докормлена, она уже на последнем дыхании. И почему? —Толстуха не дала Николаю открыть рта. — Дефицит добрых дел…
У мужчины от страха зуб на зуб не попадал.
— И что же мне с этим делать? — спросил он.
— У тебя еще остался глоток воздуха. Ты должен компенсировать бездарно растраченную жизнь.
— Я что-то не понимаю.
— Завтра ты превратишь свой магазин в Храм благотворительности и тем самым подкормишь свою душу.
Николай заметил, как толстуха начала медленно подниматься. В темноте над ее головой зазвучала печальная музыка, которая накрыла ее низкими аккордами, и женщина пропала.