Писатель Алексей Николаевич Толстой за свою жизнь собрал интереснейшую коллекцию курительных трубок. Без этого аксессуара его трудно представить не только за письменным столом. Недаром художник Павел Корин, создавая портрет писателя в 1940 году, изобразил его именно с трубкой в руке. Говоря современным языком, трубка стала частью имиджа Алексея Толстого — признанного классика соцреализма, вальяжного, барина, так называемого красного графа. Трубка подчеркивала статус ее непростого обладателя. Трубку надо было уметь курить. Это Вам не «Белый мор» (так в советские времена называли сигареты «Беломор»).
Один из знакомых Алексея Толстого рассказывал: «Было у него этих трубок, мне кажется, великое множество — больших и малых, резных и гладких, старых и новых. Но среди них была одна особенно любимая, „заветная“, и с ней он никогда не расставался. И, бывало, возился — прочищая специальной ложечкой, висящей, как ключик, в числе прочих приспособлений на стальном колечке, продувая мундштук, смотрел в него на свет, утрамбовывал пальцем табак, раскуривал, пуская клубами дым, а потом тщательно вытряхивал пепел, потом начинал все сначала. Под эту милую возню ему, очевидно, хорошо думалось, вспоминалось, рассказывалось, и был он в эти минуты спокоен и благодушен».
Трубка — будь то гнутая, или прямая — была удачным подарком к дню рождения писателя: родные и близкие хорошо знали, чем отблагодарить Алексея Николаевича. У человека, знающего толк в трубках, их никогда не бывает мало. Толстой заказывал трубки из ценных пород дерева у старых мастеров, один из которых работал для самого Иосифа Сталина. Вот и получается, что трубка превратилась еще и в символ власти. Трубки курили Илья Эренбург и Константин Симонов. Эренбург вспоминал слова Толстого: «Илья, ты должен быть мне признателен по гроб — я тебя научил курить трубку…». Я думаю о нём действительно с глубокой признательностью. Ничему он меня не научил — вот только что курить трубку… Был он на девять лет старше меня, но никогда я не воспринимал его как старшего». Курить трубки стало модным и престижным. И почему-то в основном среди писателей.
Своей коллекцией — «даже лучше, чем у английского короля», как выразился Алексей Толстой, он хвалился перед эмигрантом Иваном Буниным, зазывая его вернуться в Советский Союз. Но Иван Алексеевич не поддался на уговоры: писать он мог и без трубки в зубах, свобода выражения была ему дороже всяких коллекций.
#литературные мотивы