Найти в Дзене

День Ефима Честнякова.

Сегодня день памяти Ефима Честнякова. Кем он был? Местным кологривским святым, колдуном и прорицателем, народным философом, а по совместительству, учеником Ильи Репина, художником "Серебряного века", поэтом и сказочником.
Ефим Васильевич был свидетелем и невольным участником значительных событий в истории. Революцию он принял с надеждой на преобразование северной Великороссии. В своих взглядах на будущее художник был близок с представителями утопического великорусского крестьянского социализма. Живи он в Литве или Финляндии, он стал бы величиной вровень с Чюрлёнисом и Галлен-Каллела. Но мы имеем то, что имеем - в Костроме нет даже улицы названной в его честь. Великое честняковское пока вынуждено молчать до будущего...
«Вся суть дела в том, что я не могу профанировать свою русскую душу — не уважают её — и не хочу заменить её скучной, корректной, лишённой живой жизни душой европейца, человека не артиста, полумашины. Потому мне приходится замыкаться в себе. Потому что в стране мы не хоз

Сегодня день памяти Ефима Честнякова. Кем он был? Местным кологривским святым, колдуном и прорицателем, народным философом, а по совместительству, учеником Ильи Репина, художником "Серебряного века", поэтом и сказочником.

Ефим Васильевич был свидетелем и невольным участником значительных событий в истории. Революцию он принял с надеждой на преобразование северной Великороссии. В своих взглядах на будущее художник был близок с представителями утопического великорусского крестьянского социализма. Живи он в Литве или Финляндии, он стал бы величиной вровень с Чюрлёнисом и Галлен-Каллела. Но мы имеем то, что имеем - в Костроме нет даже улицы названной в его честь. Великое честняковское пока вынуждено молчать до будущего...

«Вся суть дела в том, что я не могу профанировать свою русскую душу — не уважают её — и не хочу заменить её скучной, корректной, лишённой живой жизни душой европейца, человека не артиста, полумашины. Потому мне приходится замыкаться в себе. Потому что в стране мы не хозяева. Всё обезличившее себя заняло первенствующее место, а великое русское пока вынуждено молчать до будущего».

Из письма Е.В.Честнякова И.Е.Репину (Архив АХ, 10).