Меня всегда спрашивали: как так вышло, что ты поехала учиться во Францию? Да еще и со стипендией от французского посольства?
Действительно, филологам стипендию не давали. Какая от них польза? Вот физикам и биологам - пожалуйста.
Ответ у меня один: людям из французского посольства стало интересно. Когда собирала досье, рассказала им историю одной маленькой книжки и пообещала пролить свет на ее таинственное происхождение. Газетные вырезки приложила. Тогда она была на слуху.
Представьте: тот самый Блез Сандрар, который в юности дважды успел побывать в России (об этом в предыдущей статье), всю жизнь потом говорил, что самая первая его поэма была издана в Петербурге, в 1909 году (иногда путался в показаниях и называл 1907 год, но дело давнее - оно и понятно). Перевел ее на русский язык некий Р. Р. - друг, пожилой господин, служащий Императорской Библиотеки. И издал за свой счет, всего-то в 14 экземплярах. Но у автора, как на грех, ни одного из них не имеется, и оригинал текста на французском утерян. И память отшибло.
Странная, в общем, история.
И вот, в середине 90-х, в Болгарии, в Софии, один болгарский поэт, зашедши в лавку к букинисту, находит листы старой бумаги с текстом той самой поэмы.
Все совпадает с описанием французского поэта: название - "Легенда о Новгороде", черный фон титульного листа, белый стих, год издания - 1907, и даже издатель - Созонов. Мало того, персонажи и темы, встречающиеся в творчестве Сандрара - причем, как в ранних стихах, так и в поздних романах - тоже присутствуют.
Болгарский поэт, человек уважаемый и известный, с советских еще времен, знаком с самиздатом, переводил стихи Серебряного века и французских поэтов - неудивительно, что он сразу узнал ту самую, утерянную книгу.
Купил. Перевел на болгарский, издал. А потом повез во Францию.
Дело было громкое - о чудесной находке писали все крупные газеты, даже в новостях упоминали.
Французская Национальная Библиотека пожелала приобрести редкий экземпляр, но с условием: необходимо было подтвердить подлинность документа. Обычная процедура. Анализ бумаги прошел успешно - старинная, начала века. А вот с чернилами вышла закавыка: долго и дорого.
Болгарский поэт решил не тянуть канитель и продал "Легенду о Новгороде" швейцарскому коллекционеру. И стал жить припеваючи. Даже собственные стихи во Франции издал. И важный пост получил при посольстве.
Живи да радуйся.
А "Легенду о Новгороде" все же перевели обратно на французский, учитывая стиль Сандрара, и издали с факсимиле русского текста. Крутое такое факсимиле - от корки до корки, даже неровности бумаги видно. И книжку эту мне подарил один милый молодой человек, который интересовался поэзией и русской культурой. Ну, и мной, чего уж там.
"На севере, там где ушатом опрокинуто небо
и залито все молоком, и когда-либо вряд ли иссякнет
Млечный путь, и плавает комом свежего масла луна -
разве был я на севере? Ах, эти белые ночи Санкт-Петербурга,
как сияние белых полей в моей памяти."
Красиво же? Или вот, еще:
"Был тот же удушливый вечер,
липы пьянили мюнхенским пивом. И сонный ветер
отведывал бабочек пену вокруг ночных фонарей..."
Но что-то меня во всем этом напрягало, с первой же строчки.
Вся русская литература сконцентрирована на этих нескольких страницах, как в бyльонном кубике.
Тут тебе и Рогожин с балалайками, и "жеребенок какой-то, все ближе, свежею кровью сквозь марлю снегов", и "вагонная лампа в блевотинах мух неотвязных, как огромная сопля какого-то жалкого пассажира". И "солнце славянства". И "отель Англэтер".
Достоевский, Есенин, Маяковский - и все в одном флаконе. Подозрительно. К тому же, в 1907 году не было отеля с таким названием в Питере. Была "Англия". И переименовали ее аккурат в 1925, незадолго до того, как Есенин там повесился.
И ошибок, гляжу, многовато, даже в самых простых словах: "ять" автор писал правильно через раз. И с окончаниями тоже нестыковка.
Словом, кто-то подбивал текст под дореволюционную орфографию, но не самым тщательным образом.
Год я потратила на отрабатывание связей, как заправский следователь. Всех русских друзей поэта. Tаинственного Р. Р. И первую любовь, сгоревшую заживо Елену, которая оказалась выдумкой. И 22 матча в питерской футбольной команде "Спорт", которые Фредди Созе, будущий поэт Блез Сандрар, сыграл с 1905 по 1907. Да я даже его бутик швейцарских часов нашла на Гороховой 34 - так он там и стоит!
А издатель Созонов не значится ни в одном каталоге. Ну как так?
И тут мой бывший однокурсник, специалист по старославянским шрифтам, мне и говорит: ты погляди, на титульном листе заглавие - "Легенда о Новгороде" - сфабриковано на компьютере. Компьютерным шрифтом "Ижица". Его в начале 90-х создали специально для перепечатки старославянских текстов.
А оформление сдули у издательства "Скорпион". Только там издатель был не Созонов, а Воронов. Ну, подумаешь, первую и третью букву заменили.
Так что обещание я выполнила - до истины добралась.
Подделкой оказалась чудесная находка.
И тут началось такое, что до сих пор вспоминаю с содроганием.
На днях обязательно расскажу.