Во всех отношениях непредсказуемая история даже для такого любителя экспериментировать как барабанщик Шелли Манн случилась в феврале 62-го. Продюсер лейбла Impulse, знакомый с Манном еще с начала 40-х сделал успешную попытку выдернуть последнего из его уютного западного побережья и записать пластинку вместе с легендарным тенор-саксофонистом Коулменом Хокинсом.
В 40-х подобное уже неоднократно имело место на лейбле Тиля Signature и для всех новая запись была долгожданной встречей.
Записав квартетом три композиции и обнаружив, что на часах уже три часа ночи, пианист Хэнк Джонс и басист Джордж Дювивье откланялись, сославшись на другую сессию, намеченную на следующий день, и Хок с Шелли остались вдвоем. Дуэтом они сымпровизировали вещь, получившую название 'Me And Some Drums', при этом Хокинс открывает ее на фортепиано, после чего берет в руки свой основной инструмент. Сделав один дубль они поняли, что сказали все, что могли и отправились в поисках завтрака.
Поскольку материала для пластинки не хватало, а Хок оказался более недоступен, то на помощь пришел пианист-вибрафонист Эдди Коста, с которым в трио были записаны еще три композиции. Таким образом пластинка и получила название 234 - речь про номера в дуэте, трио и квартете. Надо сказать, что и все исполнения получились крайне нестандартными - достаточно включить Cherokee, взятую как балладу, однако при этом сам Шелли открывает ее в дабл-тайме.