По скончании Дабеча
Тлепш — единственный кузнец.
Камень вместо наковальни,
Вместо молота — кулак.
Как-то утром в щели кузни
Заглянула Сатаней:
Полыхает в горне пламя.
Обнаженными руками
Раскаленное железо,
Словно глину, мнет кузнец:
То расплющит кулаками,
То растянет, то закрутит,
То согнет, как прутик вербы,
То опять сует в огонь.
Сатаней глядела в щелку,
Втихомолку размышляла:
"Толку мало, без орудий
Натрудит лишь руки Тлепш!"
Сатаней к себе вернулась.
Из дубового обрубка
Быстро выстрогала молот
И на палку насадила, —
Молот есть и ручка есть.
Из другой дубовой чурки
Вырезала наковальню
И орудья в кузню Тлепша
Ночью бросила тайком.
Днем заходит мастер в кузню,
Видит молот с наковальней.
Поражен догадкой смелой,
Он подарки разглядел.
Словно свет увидел яркий
И с природною сноровкой
Молот с наковальней ловко
Из железа он сковал.
Испытал — годятся в дело,
По ущельям загудело…
Наковальня есть и молот,
Лишь клещей у Тлепша нет!
Стоя в кузне возле горна,
Сжавши голову руками,
Тлепш упорно думал — чем же
Из огня железо брать?
Несподручно Тлепшу стало
Обходиться без орудий.
Усмиряя в горне пламя,
Он с богами говорит:
"Бог богов, ты всем богат, —
Как сковать клещи?"
"Не знаю".
"Тхаголедж, хранящий сад,
Как сковать клещи?"
"Не знаю".
Бог Амыж, владыка стад,
Как сковать клещи?"
"Не знаю".
После этого ответа
О клещах не думал Тлепш.
Но однажды в полдень жаркий
Сатаней, спускаясь к речке,
Увидала, что пред нею
На тропинке неприметной
Две змеи лежат крест-накрест,
Грея спинки, мирно спят.
Сатаней пошла за Тлепшем,
Вместе с ним вернулась к змеям,
Их скрестившиеся шеи
Острой палкой пригвоздила.
Расплестись не могут змеи,
Но от боли нестерпимой
То смыкаются головки,
То расходятся опять.
И хвосты — то врозь, то вместе.
В жажде мести, в злости жалкой
Вьются змеи, острой палкой
Неразрывно скреплены.
"Вот клещи!" — кузнец воскликнул.
Поспешил, ликуя, в кузню.
Положил крест-накрест мастер
Две железных полосы
И на месте их скрещенья
Накрепко скрепил их вместе:
Два конца сомкнул и сплющил,
Как змеиные головки,
Два других спрямил и сблизил,
Как змеиные хвосты.
Тлепш любуется клещами.
Наконец-то, честь по чести,
Все кузнечные орудья
Смастерил своей рукой!
Вдруг звучит невесть откуда
Голос вкрадчивый и злой:
"Тлепш, всесильный бог железа!
Будешь век ты всех искусней,
Запирай лишь двери кузни,
Не впуская никого;
Чтобы люди знать не знали
Про кузнечные орудья,
Спрячь подальше их, иначе
Ты утратишь мастерство…"
Смолк советчик неизвестный —
Ни души в тиши окрестной.
Тлепш подумал: "Не к добру!.."
Поутру разжег горнило,
Раскаленное железо
По привычке взял руками;
А железо хвать за пальцы,
И огонь шипит: "Не тронь!"
Тлепш дивится: "Ведь, бывало,
И железо не кусало,
И огонь не жег меня,
А теперь нельзя коснуться
Ни железа, ни огня!"
Он берет клещи проворно,
Чтобы руки не изжечь,
Возле огненного горна
Закаляет нартский меч.
С той поры уже ни разу
К раскаленному железу
Обнаженными руками
Прикоснуться Тлепш не мог.
Прорубил в скале пещеру,
Поместил в пещере кузню;
Прорицанию поверя,
Не впускал к себе людей.
