Не говоря ни слова, Нина Ивановна встала, подошла к инструменту, села на стульчик, подняла крышку и... Запела:
"Синий, синий иней,
Лег на провода,
В небе темно-синем,
Синяя звезда!"
Это была их любимая песня...
Как часто пели они ее в дни, когда у них было хорошее настроение, когда их души пели в унисон... Особенно хорошо получалось, когда приходили гости и их дуэт в два голоса звучал особенно радостно...
Их глаза встретились и, не говоря ни слова, как когда-то, в дни их молодости, он подошел и стал рядом. Нине показалось, что вот - вот ее сердце остановится! Как-будто и не было между ними расстояния в двадцать лет.
Все эти годы она ни разу не садилась за свой инструмент, считая кощунственным играть без него хоть что-то...
Так неужели дождалась она дождалась своего часа и они вот прямо сейчас... Вместе?
В свою очередь Борис тоже действовал больше по наитию, чем своими мыслями, желаниями, умом...
Он молча стоял рядом, но всем своим существом старался включиться, как и прежде, но... Слова песни застряли где-то внутри. Нет, он их вспомнил и очень хотел петь, но в голове носилась мысль о том, что он недостоин ее, своей любимой... Он предал ее...
Но.. Разве он виноват?Нет! Не виноват!
Теперь он вспомнил тот день, когда с ним случилась эта беда..
В тот день он, как обычно, возвращался с работы. Нина попросила кое-что подкупить в гастрономе и он уже шел с покупками к машине, когда вдруг увидел несшуюся к нему навстечу Джульку! Их Джулька, которая пропала несколько месяцев назад...
Она была так счастлива, так радостно лаяла!
И он уже готов был принять ее в свои объятия, когда непонятно откуда вырвавшаяся машина ударила собачку в бок...
Несчастная дико взвизгнула от боли и завертелась на одном месте.
Вот он и бросился ей навстречу! Потерять ее теперь уж точно навсегда, не хотелось...
Впрочем он об этом и не успел подумать... Все произошло слишком быстро!
Он ничего не успел осознать, потому что сам был сбит другой машиной. И это было всё!
Дальше полное забвение...
Так в чем он виноват?
И он всегда чувствовал пустоту в сердце, догадываясь, что тому есть причина.
Да... Ему не хватало ее, вот этой удивительно красивой, стройной, синеглазой блондинки... Годы ее ничуть не испортили, даже придали какой-то шарм!
Следующий куплет пара уже пела вместе:
"Ищу я лишь её, мечту мою,
И лишь она одна мне нужна.
Ты ветер знаешь всё, ты скажешь где
Она, она, где она-а?"
Она пела, а по щекам катились слезы!
Он с ней! Теперь они никогда не расстанутся!
Никто, никакая Марго отныне не станет между ними. Всем своим существом Нина это осознавала. Иначе ведь и быть не может!!!"
Руки Нины Ивановны мастерски отбивали мелодию по клавишам инструмента...
Припев они уже пели слаженно, как и раньше, как в молодости, пели, стирая все двадцать потерянных лет.
Они забыли обо всем на свете!
Глаза в глаза! Они опять стали единым целым!
Песня полностью соединила их, их мысли, их желания, их мечты..
Но пришла пора задать важный вопрос:
- Нина! Это ведь так важно! Скажи, а как же... Наш сын, Славик?
Не отдавая себе отчета, Нина посмотрела на сидящего рядом Игоря. Но ничего, кроме живого участия не прочитала в его лице.
- Он... Мой сын... Наш сын, - поправила сама себя женщина, вдруг осознав всю силу глупости, которую совершила относительно своего Славки.
Но скрывать, или оправдывать себя нисколько не хотелось... Какой смысл?
Всколь бросив взгляд в сторону Игоря, она сказала очень просто:
- У нас с ним размолвка. Серьезная. И я только сейчас осознала, что виновата перед ним.
Теперь взгляд Бориса выражал огорчение:
- Размолвка? Как же так?
И, заметив отчаяние на лице Нины, тут же перебил себя:
- Не страшно, решим, все решим! А, скажи, где он живет?
На лицо женщины набежала тень...
Мысли заметались в ее голове, не желая выдать что-то стоящее...
Вот! Она не смогла сохранить с их общим сыном добрых отношений.
А он, Борис, всегда так так любил Славика! Очень гордился им, много внимания уделял ему, ведь каждая свободная минутка была посвященаименно им двоим: ей и их сыну.
Если она постоянно слышала ото всех, что мужья устраняются от воспитания детей, то в ее случае все с точностью до наоборот: никогда не приходилось просить о чем-то, он сам всегда проявлял инициативу... И вот теперь... Боже! Стыдно-то как?
- Он... Он нашел себе девушку и снимает с ней квартиру.
- Где? Ты знаешь адрес?
- Нет... Не знаю!
- Как же так, - искренне удивился Борис, - но, может, хоть телефон его знаешь?
- Телефон? Да знаю... Только, - Нина закусила губу, - но я ему давно не звонила.
- И что с того, - Борис говорил мягко, чувствуя, что Нину разговор о сыне напрягает все больше и больше, - давно не звонила, а сейчас позвони!
Нина потянулась к сумочке, достала свой телефон и нерешительно начала набирать номер.
Как и о чем она станет говорить с тем, кому из принципа много раз не отвечала на звонок, в надежде, что тот откажется от своей "вертихвостки" и придет домой.
Но тот так и не пришел и звонить перестал. А она... Ну что она? Сама ни разу не набрала номер!
Сейчас ссора с сыном показалась ей, по меньшей мере, несерьезной. Даже какой-то детской.
Да! Именно детские непонятные обидки... И совершенно понятно, откуда растут ноги этим самым обидкам: ревность!
Что уж теперь скрывать от себя истинную причину размолвки: никому не хотелось ей отдавать своего единственного сына. И даже делить.
Признаваться в этом Борису не хотелось.
Но ведь они никогда ничего не скрывали друг от друга!
За годы одиночества Нина научилась справляться со своими проблемами в одиночку.
И теперь внутренне сопротивлялась необходимости делиться своими переживаниями.
А меж тем память услужливо подбросила ей мысль о том, что, в принципе, с уходом сына из дома, её жизнь попросту остановилась. Не было в ней места никаким радостям, никаким новостям, никакого движения вперед.
Существование, что называется, поставленное на автомат.
Нина смотрела на свой телефон с ужасом. Позвонить сыну ей казалось совершенно невозможным актом
И она смотрела на телефон, как на источник вселенского зла, который вот-вот взорвется!
И он взорвался. Звонком!
Глаза отказывались верить тому, что на экране высветилось имя ее сына!
Да! Это был звонок от него!
Рука с телефоном затряслась и она испуганно перевела взгляд сначала на Бориса, а потом и на Игоря. Те напряженно ждали, каким-то образом сообразив, что звонит именно он, Славик...
Борис всем своим существом подался к ней поближе, вероятно, из желания услышать, о чем будет идти речь.
И Нина решилась, наконец, включить аппарат:
- Да, сын! Слушаю тебя, - ее голос прозвучал сдавленно, через силу...
Его такой родной, такой приятный баритон звучас возбужденно:
- Мамуль! Родная моя! Поздравь своего сына: он у тебя стал отцом! И ты стала бабушкой!!! Я тебя тоже поздравляю!
- Ах! Я... Бабушка! Поздравляю тебя, мой родной, - Нина Ивановна совершенно не была готова к такому заявлению. Всё, что угодно, она готова была услышать, но не это!
Но откуда-то вдруг накатило ощущение полного счастья.
Чувство было сильным, нет, даже скорее мощным. И энергия со всей своей дури разлилась по ее телу. Она повернулась пылающим лицом к Борису и поняла: он все услышал!
Да и Игорь, судя по тому, какое умилительно - смешное выражение лица у него было, тоже услышал все...
И она, хоть и с трудом, нашла в себе силы сообщить сыну свою главную новость:
- Я тоже хочу тебе сообщить очень важную для тебя новость, - Нина сглотнула слюну, обильно наполнивший ее рот, - нашелся твой отец! Так что поздравления будете получать от нас двоих!
Проговорила эту простенькую речь и как будто гора с плеч свалилась...
А в трубке воцарилось молчание. Потом робкое:
- Мама, с тобой все хорошо?
Игорь, не удержавшись, прыснул...
Понятное дело: сын Нины Ивановны, похоже, решил, что у нее от одиночества попросту крыша съехала.
И Борис невольно улыбнулся... И вправду забавная ситуация!
Не так-то просто поверить в то, что ни с того, ни с сего объявился вдруг отец, двадцать лет назад исчезнувший с их поля зрения...
Он протянул руку к телефону и Нина безропотно отдала трубку Борису.
- Сын! Да, понимаю, в это трудно поверить... Но я вас не бросал! Я просто потерял память на долгие двадцать лет! Я ведь и в самом деле находился рядом и назвать то, что происходит иначе, чем чудом невозможно... Но уж то, что произошло, то произошло... Самое главное это то, что теперь и я имею полное право поздравить тебя с рождением сына и нас с мамой с рождением внука!
- Но ведь так ведь не бывает, - голос Славика звучал напряженно, даже как-то тоскливо, - мама тебя столько лет искала, а ты, как выясняется, жил совсем рядом!
- Я и сам не знаю, как это все случилось... Просто мистика какая-то! Помнишь нашу собачку, Джульку?
- Да, помню...
- Так вот, похоже на то, что это именно она воссоединила нашу семью с того света. Ведь именно из-за нее я лишился памяти!
- Как это так могло случиться?
- Расскажу, сын, все расскажу! При встрече! Говори адрес, куда нам подъехать?
Нина сидела, сжимая голову руками, боясь, что закричит от нахлынувшего счастья!
Столько много сразу она не выдержит!
А рядом сидела Джулька, внимательно глядя ей в глаза и теперь она опять зеркалила ее, как и при первой встрече... Только тогда они обе буквально погибали от тоски, а сейчас, похоже, от счастья!
____________________
Такая вот история.
А если станете пытать меня на тему, что было дальше, то, коротко, так:
Всё у них, как по мановению волшебной палочки, наладилось!
Никакой операции Борису не потребовалось. Все его недомогания оказались следствием каких-то нарушений в эндокринной системе.
Марго развод не сильно огорчил, если не сказать, обрадовал: Борис выплатил ей очень приличные отступные.
Игорь со Славиком теперь неразлучные друзья. А чтобы еще больше сблизиться, стал крестным отцом маленького Борюськи (ага, в честь деда назвали!).
А та самая "вертихвостка", Люська, как выяснилось, просто идеальной невесткой оказалась. Характером вся в Нину, как если бы родной дочерью ей была: такая же веселая, заводная, умелая...
Теперь в коттедже Бориса часто собирается все семейство и песня "Синий иней" уже просто семейная реликвия. Музыкальная!
Вот так!
Благодарю вас, мои дорогие, за ваше ангельское терпение с моими опозданиями!
Как всегда, жду ваши комментарии.
И, конечно же, смею рассчитывать на лайки!👍👍👍😇
Вам мелочь, а мне приятно!
Окончание!
В начало сюда: