Юра Шатунов, что ни говори, останется частью культуры, ее маркером, второй половины восьмидесятых – одновременно эпохи надежд и начавшегося заката великой страны. Я не припомню, чтобы кто-то после него собирал стадионы. Кажется, на его концерты ходили все. Почти все. Даже тайно. В том числе и двое моих друзей- старшеклассников. Оба – спортсмены. С другими своим другом, коротавшие время в ожидании, как сейчас помню, популярного и крутившегося в одной из комнат видеосалона общаги «Мальчишника», мы забрели на стадион и встретились. С их стороны прозвучало: «Только никому не говорите, что ходили на “Ласковый май”». Один мой знакомый, давно уже, как-то заметил, что его творчество – это не попса, а последний пример добротной советской эстрады, в антоновском стиле. Соглашусь. На мой вкус, в девяностые ему на смену пришел полный отстой, именно в плане попсы. Собственно сама Юрина популярность была недолгой. Говорят: нельзя жить прошлым, Но, как мне кажется, именно им Юра и жил и за счет нег