В период с 1917 по 1991 года были совершены важнейшие прорывы в области ракетостроения и фундаментальных исследованиях. Автор книги Тим Скоренко без приукрас рассказывает читателям о труде советского народа и развеивает существующие мифы об изобретениях. Кроме этого, писатель говорит о том, чем СССР не может гордиться
На трехэтажном здании в городе Обнинск Калужской области красуется гордая надпись: «Первая в мире АЭС». Это не преувеличение. Первая в мире атомная электростанция, поставлявшая электроэнергию для городских и промышленных нужд, была открыта именно здесь, в небольшом советском городке, 26 июня 1954 года.
17 декабря 1938 года Ган и Штрассман (Мейтнер, будучи еврейкой, в начале того года бежала в Нидерланды) в одном из опытов добились удивительного результата: ядра урана под воздействием бомбардировки нейтронами делились на ядра более легких элементов с выделением энергии. Так была открыта реакция вынужденного деления тяжелых ядер с помощью нейтронов (протоны и альфа-частицы на уран такого воздействия не оказывали).
Реакция вынужденного деления направила ядерную физику по двум дорожкам. С одной стороны, чудовищная энергия, выделяющаяся при делении ядер урана, могла быть использована в мирных целях, а с другой — в целях разрушения. Я не стану подробно рассказывать историю ядерной бомбы — частично она будет затронута в разделе об оружии, к тому же про нее написано немало книг, а к советскому изобретательству она не имеет прямого отношения. Мирное же направление, то есть строительство ядерных источников энергии, нас очень даже интересует.
Советский атом
До войны США были одним из дружественных СССР государств. Сотрудничество началось даже до того, как Соединенные Штаты признали Советский Союз и открыли посольство в Москве (это случилось в 1933 году), и советские ученые в 1920–1930-е годы имели доступ к международной научной информации и даже ездили в рабочие командировки в США и Европу.
Центром изучения ядерной энергии в СССР был Радиевый институт в Ленинграде, созданный в 1922 году по инициативе Владимира Вернадского. Вернадский возглавлял его до 1939-го, причем, что интересно, с 1922-го по 1926-й Вернадский был в творческой командировке в Париже, где работал, в частности, в Институте Кюри. Исследования велись в ленинградском и харьковском физтехах, в Институте химической физики в Москве и т. д., проводились даже Всесоюзные конференции АН СССР по ядерной физике. Ситуация в нашей стране была аналогична общемировой: ученые ставили эксперименты, обменивались результатами и данными. Например, расщепление ядра лития в СССР провели на базе Украинского физико-технического института (в Харькове) в октябре 1932 года — практически одновременно с британцами Кокрофтом и Уолтоном, причем независимо от них. Стоит заметить, что руководитель этого эксперимента Александр Лейпунский был арестован в 1937 году «за шпионаж» и чудом избежал лагерей — его отбило руководство АН СССР. Пятерых сотрудников института расстреляли (эти события получили название «дело УФТИ»).
А в 1940 году сотрудники УФТИ Фридрих Ланге, Владимир Шпинель и Виктор Маслов представили первый советский проект атомной бомбы. В принципе, идея была ровно та же, что и у американцев: в качестве делящегося элемента использовался обогащенный уран-235. Проект представлял собой три заявки на получение авторских свидетельств: «Об использовании урана как взрывчатого и ядовитого вещества», «Способ приготовления урановой смеси, обогащенной ураном с массовым числом 235. Многомерная центрифуга» и «Термоциркуляционная центрифуга». Но с проектом произошел казус: заявку на получение авторского свидетельства не приняли из-за… отсутствия экспериментальных подтверждений! В общем-то история показала, что отказ был к лучшему — неизвестно, что случилось бы, имей СССР ядерную бомбу до начала войны.
Уже после войны Шпинель все-таки сумел получить авторское свидетельство по первой заявке, «Об использовании урана как взрывчатого и ядовитого вещества». Ланге не был одним из авторов данного конкретного проекта, Маслов погиб на фронте, а само свидетельство строго засекретили сразу после выдачи, так что для Шпинеля получение этого документа оказалось лишь делом чести.
Так или иначе в 1941 году практически все работы в области ядерной физики были свернуты по объективным причинам. Многие ученые ушли на фронт, финансирование проектов заморозили, в общем, стране было не до исследований. Поэтому США, где атомный проект развивался в нормальном режиме, ушли далеко вперед и, как описывалось выше, построили и первый ядерный реактор, и первую ядерную бомбу.