Как-то на одной международной вечеринке ее русскоязычных участников попросили спеть "какую-нибудь русскую песню" – мы не нашли ничего лучше, чем спеть "Видели ночь".
И действительно, этот парень с восточной внешностью, игравший в стилистике британского пост-панка, написал песни, точно передавшие переживания, наблюдения, мысли (пост)советского человека, благодаря этому ставшие поистине народными.
Мы родились в тесных квартирах новых районов
Цой – неразрывное целое из звуков, образа и, более всего, слов. Слов, зачастую предельно простых, которые, кажется, мог бы выкрикнуть каждый, но которые именно из его уст прозвучали так мощно, что и сейчас легко превращаются в слоганы, чем, напр., воспользовался Тиньков, сделав девизом своего банка
Завтра действовать будем мы
Часто он говорит в духе "что вижу, то и пою", упоминая незамысловатый советский быт, но в этих всем знакомых картинах миллионы обретают призыв к действию:
Электpический свет пpодолжает наш день
И коpобка от спичек пyста
Hо на кyхне синим цветком гоpит газ
Сигаpеты в pyках, чай на столе
Эта схема пpоста
И больше нет ничего — всё находится в нас
Где-то он звучит по-пацански, не вызывая при этом возражений даже у самой рафинированной публики:
Что будут стоить тысячи слов, когда важна будет крепость руки?
А где-то – всем знакомые юношеские переживания выражены так бесхитростно, что, кажется, попробуй включи с кем-нибудь такой язык, примут за умственно отсталого. Здесь же воспринимается как гениальная простота:
Научи меня всему тому, что умеешь ты
Я хочу это знать и уметь
Его ранние песни нередко изображают раздолбая, который во время школьных уроков праздно шатается по улицам. Вот, сколько таких бестолочей бродят по миру, а этот как будто парит над ним:
Я начинаю свой путь к остановке трамвая
Я закрываю свой зонт, я - экспериментатор
Вот приезжает трамвай, вот гремит удаляясь
Я направляюсь домой, я улыбаюсь
Иногда, все же, этому раздолбаю приходится отвлечься от зависания с друзьями на кухне, где горит газ, чай на столе и в руке беломорина, набитая анашой:
Почему я молчу, почему не кричу, молчу
Электричка везёт меня туда, куда я не хочу
Но его тексты – это не только прямая речь двоечника, которому плевать на то, "что у тебя по географии трояк". Это еще и отстраненный взгляд на мир из космоса:
Крыши домов дрожат под тяжестью дней,
Небесный пастух пасет облака,
Город стреляет в ночь дробью огней,
Но ночь сильней, ее власть велика.
Тем, кто ложится спать -
Спокойного сна.
А порой просто дивная мужественная поэзия:
И как хлопало крыльями чёрное племя ворон,
Как смеялось небо, а потом прикусило язык.
И дрожала рука у того, кто остался жив.
И внезапно в Вечность вдруг превратился миг.
И горел погребальным костром закат.
И волками смотрели звёзды из облаков,
Как, раскинув руки, лежали ушедшие в ночь,
И как спали вповалку живые, не видя снов.
Итак, почему же любим – и мы, и теперь уже наши дети? Да потому что нельзя не любить того, кто одновременно такой и не такой, как мы, кто рассказал нам всю нашу жизнь так, что каждая бытовая подробность излучает смысл.
Не хлебом единым жив человек. Нужно и слово, способное подсветить серую обыденность, чтобы в ней можно было продолжать жить. И раз в несколько десятилетий Бог посылает такого человека.