Калининградская область будет отчасти схожа с Западным Берлином.
Санкции, включающие в себя препятствование сообщениям неприятеля, стары, как сама война. Греки десять лет осаждали Трою, сейчас это назвали бы санкциями, равно как и осаду иудеями Иерихона.
Да и не столь давние события тоже богаты санкциями. В 1941 году осаждавшие Одессу немцы отключили поившую город днестровской водой насосную станцию Беляевку. А также препятствовали снабжению Ленинграда по Дороге Жизни через Ладожское озеро.
При осаде Севастополя кригсмарине и люфтваффе затрудняли связь города по морю с кавказскими портами.
Так европейцы санкциями боролись против большевизма.
Да и восьмилетний (2014-2022) перерыв в течении Северо-Крымского канала – тоже санкция Украины против аншлюса Крыма. Нарушение водоснабжения Донбасса – из той же оперы. Если исходить из европейских ценностей.
Да и вообще цель конфликта – навязать неприятелю свою волю. По большей части это достигается прямыми сражениями и применением последнего довода королей (сейчас в ходу преимущественно последний довод 155-мм калибра).
Но если есть возможность нарушить коммуникации неприятеля и морить его голодом (или по крайней мере попытаться это сделать) без открытого противостояния, то почему же этого не сделать, назвав это тоже санкциями.
Главное – была бы возможность.
А наиболее напрашивающуюся возможность демократическим странам Запада предоставляет Калининградская область с ее эксклавным (точнее – полуэксклавным, поскольку есть возможность сообщения по морю) положением – с 1991 г., когда Литва получила независимость, прямая связь посуху между областью и остальной Россией отсутствует.
С тех пор все зависит от доброй воли Вильнюса. Захочет – пропустит поезда и автомобили из России в Россию, не захочет – не пропустит.
Ещё по теме: Зачем Штаты стравливают Литву и Россию?
Блокадное кольцо сжималось давно. Скорый поезд «Янтарь» сообщением «Калининград – Москва» сталкивался с все большими ограничениями, а затем и вовсе был отменен. Пограничный режим устрожался.
С конца февраля небо над Прибалтикой было закрыто, и самолеты стали летать, делая большой крюк над Балтийским морем.
Решение закрыть грузовое сообщение из России в Россию – теперь, например, не велено возить стройматериалы – было скорее последним аккордом. Точнее – предпоследним.
Международное морское право пока действует и порты еще не заблокированы.
Конечно, все было бы куда хуже, если бы белорусская бархатная революция 2020 г. увенчалась успехом. Тогда получился бы двойной охват блокадных клещей.
В смысле оперативном – как если бы немцы и финны в 1941 г. соединились и закрыли бы сообщение по Ладоге.
Впрочем, тогда их тоже с трудом, но отбили.
Хотя и теперь несладко.
Калининградский эксклав никто не собирается отдавать, губернатор Алиханов делится планами по увеличению паромного сообщения с большой землей, но надо понимать, что все это стоит денег.
Калининградская область будет отчасти схожа с Западным Берлином. Который с экономической точки зрения был для ФРГ немалой обузой, но на Берлине западные немцы не экономили. Хотя это полностью противоречило великой науке «экономикс», которую нам тридцать лет преподавали, как единственно верное учение.
Но с Западным Берлином, пройдя через блокадные бодания (в 1948-49 гг. город был полностью блокирован и снабжался по воздушному мосту), державы пришли к компромиссу.
От Берлина до внутригерманской границы (около 200 км) стал действовать de facto экстерриториальный транспортный коридор, движение людей и грузов по которому было неподконтрольно властям ГДР.
Когда сейчас говорят о надобности проложить подобный Сувалкский коридор (около 100 км) между Белоруссией и Калининградской областью, явно исходят из западноберлинского прецедента.
Но не всегда вопросы сообщения между метрополией и эксклавом решаются столь мирно.
Версальский мир 1919 г. вообще оставил по себе огромное количество мин замедленного действия. Одна из них 1939 г., наконец, сработала, – был разрыв сухопутной связи между Германией и Восточной Пруссией.
Между ними вклинился Польский, он же Данцигский коридор – ради благой цели дать новообразованной Польше выход к морю.
Парадоксально, но требование Гитлера дать Германии проложить через этот коридор экстерриториальную железную дорогу (типа вышеописанной дороги в Западный Берлин) было самым умеренным из вообще-то весьма неумеренных требований фюрера.
Но на это умеренное требование последовало в 1938 г. гордое польское «Не дозволям!».
К чему это привело в 1939 г., всем известно.
Вообще-то с коридорами надо быть поаккуратнее, игра с огнем плохо кончается.
Ещё по теме: Польша хочет Украину. Откуда эти фантомные боли?
ПОДПИСАТЬСЯ НА КАНАЛ, ЧТОБЫ ПЕРВЫМ УЗНАВАТЬ О НОВЫХ ПУБЛИКАЦИЯХ, МОЖНО ЗДЕСЬ.