Что такое любовь? Глубоко философский вопрос. Для меня это желание отдавать, оберегать, заботиться. Любовь - это спасение.
История знает по крайней мере одну историю чудесного спасения — любовью.
Жил-был в Москве поэт, ровесник века. По дивной иронии судьбы звали его Александр Сергеевич. Ему было 32 года, он был беден, талантлив и счастливо женат. Иногда товарищи обвиняли его в чудачестве: он мог весь гонорар отдать какой-нибудь старушке, чтобы та покормила бездомных кошек.
Гонорары были в основном за стихотворные переводы с восточных языков. Собственные стихи Александр Сергеевич Кочетков увидел только однажды - в сборнике 1926 года. Второе издание состоялось лишь через 30 лет после его смeрти, в 1985-м.
Но я забежала вперёд.
Жена поэта Инна была родом с жаркого юга. Им повезло, что можно было уезжать из душной пыльной Москвы к тестю в Ставрополь.
Вот и той тёплой осенью 1932-го они были там - приехали погостить из Кисловодска. Фото как раз из той самой поездки. Григорий Николаевич Прозрителев, тесть поэта, сидит рядом с дочерью. Сейчас его имя носит Ставропольский государственный историко-культурный и природно-ландшафтный музей-заповедник. А тогда Григория Николаевича знали как неутомимого исследователя Северного Кавказа, архивиста музейного работника, археолога, публициста. Его дом был всегда открыт для друзей, там звучала музыка, там можно было найти почти любую книгу в огромной библиотеке.
У Александра Сергеевича отпуск закачивался раньше, Инна должна была проводить его на поезд и ещё погостить у отца.
Билет был куплен сильно заранее.
Накануне отъезда они поняли, что не могут расстаться. Ещё не наговорились, не напились друг другом. Хоть три дня, но их просто необходимо провести вместе!
И билет на поезд Сочи - Москва был благополучно сдан в кассу.
Тот самый состав, в котором не было поэта, потому что его не отпустила любовь, потерпел крушение при подъезде к столице.
16 октября 1932 года пoгибли 36 человек, 51 был ранен.
Когда Александр Кочетков спустя три дня встретился с друзьями, те были потрясены: все знали, что он должен был прибыть в Москву именно
16 октября. Его считали погибшим.
В результате родилось стихотворение, которое в первом же письме поэт отправил своей Инне.
— Как больно, милая, как странно,
Сроднясь в земле, сплетясь ветвями, -
Как больно, милая, как странно
Раздваиваться под пилой.
Не зарастёт на сердце рана,
Прольётся чистыми слезами,
Не зарастёт на сердце рана —
Прольётся пламенной смолой.
— Пока жива, с тобой я буду —
Душа и кровь нераздвоимы,-
Пока жива, с тобой я буду —
Любовь и смерть всегда вдвоём.
Ты понесёшь с собой повсюду —
Ты понесёшь с собой, любимый,-
Ты понёсешь с собой повсюду
Родную землю, милый дом.
— Но если мне укрыться нечем
От жалости неисцелимой,
Но если мне укрыться нечем
От холода и темноты?
— За расставаньем будет встреча,
Не забывай меня, любимый,
За расставаньем будет встреча,
Вернёмся оба — я и ты.
— Но если я безвестно кану —
Короткий свет луча дневного,-
Но если я безвестно кану
За звёздный пояс, в млечный дым?
— Я за тебя молиться стану,
Чтоб не забыл пути земного,
Я за тебя молиться стану,
Чтоб ты вернулся невредим.
Трясясь в прокуренном вагоне,
Он стал бездомным и смиренным,
Трясясь в прокуренном вагоне,
Он полуплакал, полуспал,
Когда состав на скользком склоне
Вдруг изогнулся страшным креном,
Когда состав на скользком склоне
От рельс колёса оторвал.
Нечеловеческая сила,
В одной давильне всех калеча,
Нечеловеческая сила
Земное сбросила с земли.
И никого не защитила
Вдали обещанная встреча,
И никого не защитила
Рука, зовущая вдали.
С любимыми не расставайтесь!
С любимыми не расставайтесь!
С любимыми не расставайтесь!
Всей кровью прорастайте в них, -
И каждый раз навек прощайтесь!
И каждый раз навек прощайтесь!
И каждый раз навек прощайтесь,
Когда уходите на миг!
Через 10 лет, в 1942 году, Александр Кочетков познакомился в Ташкенте с писателем Леонидом Соловьёвым и прочёл ему "Балладу о прокуренном вагоне". Впечатлённый Соловьёв записал стихотворение в блокнот.
Во время войны эти строки много раз переписывали от руки бойцы. А вот опубликовано оно было лишь в 1966 году в альманахе "День поэзии". Там его увидел Эльдар Рязанов и дал ему прозвучать в "Иронии судьбы".
А почему вдруг я рассказала эту историю, объясню завтра.