Сначала анекдот в тему. Может быть я даже его рассказывал, но он настолько мне нравится, да и, действительно, в тему, очень даже:
Решила француженка съездить на выходные в Россию, "на посмотреть" так сказать. Купила билет, поехала. И затянулось поездка у неё на полгода. Вернулась в родной Париж, открыла квартиру, сняла ватник, телогрейку, кирзовые сапоги, набрала ванну и погрузилась в тёплую воду. Потом достала Беломор, закурила и, выдыхая дым колечками, прошептала:
-Шарман, ёлки-палы.
Несмотря на всю абсурдность ситуации, изложенное в анекдоте - чистая правда. Наша страна настолько велика, что может поменять любые представления иностранцев о народе её населяющем.
И происходит это из века в век, начиная ещё со времён Ярослава Мудрого, дочь которого, приехав в просвещённую Европу в качестве супруги французского короля, внезапно обнаружила, что её "вторая половина" не умеет читать, подписывается крестиком и... за всю жизнь мылся 1 раз. По её приказу во дворе устроили небольшое помещение, где она собственноручно отмывала короля веником и горячей водой. Называлось это страшное место "Банья".
Ну да ладно, отвлеклись...
Cегодня мы поговорим о матушке Екатерине II, которую народ назвал Великой, и которая была намного более русским монархом, чем это можно было ожидать от немки.
Ещё со времён Петра I в русской армии служило много иностранцев. Оно и понятно, первая армия континента, от вида которой враги сразу начинали кладку кирпичей в штанах. Поэтому работа была не пыльная, платили же чистым золотом. Поднять денег в России, после чего сидеть и писать мемуары о варварской стране очень любили французы, ибо денег у них в стране было совсем мало. Людовики за несколько веков сильно подрастранжирили госбюджет.
Одним из таких французов на службе Екатерины Великой был французский офицер по имени Отто (фамилию скажу в конце). Зарекомендовал он себя как настоящий терминатор. Несколько раз ходил атаку с саблей наголо, покромсал врагов в капусту и ни одна пуля его не задела. Впечатлившись таким подвигом Екатерина отправила француза подавлять восстание Пугачёва.
Там он тоже отличился: восставшие окружили его укрепление на Урале, но так и не смогли его взять штурмом, хотя сил у француза было в 50 раз меньше. Что удивительно, так как восставшие брали правительственные крепости на раз-два.
Ну а когда воцарился мир и слух о подвиге француза дошёл до императрицы. Нужно было его как-то наградить. Вызвали его в столицу, где во время награждения он имел неосторожность заметить, что никогда не думал, что "Россия настолько большая, а порядка в ней нет". И добавил:
- Я тут жить не могу, русские не способны к порядку в принципе.
Ой зря он это сказал при императрице. Видимо, слова эти её очень сильно задели. Поэтому вместо награды в виде золота или медали, закрученной в грудь саморезом на 120, француза наградили... деревней на Урале. И добавили:
- Вот вам реальная возможность навести порядок.
Село называлось на то время Кабанское-Агафьино и состояло на 100% из колхозников. Шучу... Там жили "житари" - это обычные крестьяне из центральной России, которых перевезли на Урал по программе переселения, и, которые сеяли на своей новой родине пшеницу (по-русски жито, поэтому и житари).
Приехал француз в свои новые владения, собрал всех мужиков и говорит:
-Жить будем по-новому, запускаем программу реновации.
В общем француз решил из деревни сделать образцово-показательное село на европейский манер: сделать дороги, провести коммуникации, а всех крестьян сделать фермерами. Правда с дорогами и коммунальным раем в отдельно взятом селе вышла накладочка, крестьяне пояснили:
-Батюшка, француз, Газпрома то у нас ещё 200 лет не будет.
А вот идею с фермерством поддержали. Дело в том, что растениеводство на Урале - потенциально неблагодарное занятие. Урал - это зона рискованного земледелия, у нас и в июне может снега по колено навалить.
Всё, что получилось у француза - это снабдить крестьян скотиной и... развести коз. Дело в том, что в соседних казахских степях активно разводили коз, из молока которых делали очень вкусный кумыс, освежающий в жару и дающий силы в холода.
А ещё француз, за невозможностью организовать на Урале виноградники, организовал в селе производство наливок из вишни и яблок. И настолько это дело пошло, что слава о местной алкашке разошлась по всему Уралу. Благодаря этим двум не хитрым нововведениям, село расцвело. Пшеница, кумыс и наливки приносили хороший доход, который позволил безбедно жить не только собственнику села, но и крестьянам.
Ну а качество собственной "алкогольной" продукции и выхлоп с неё настолько понравились французу, что на родину он решил не возвращаться, перевоспитала его Россия. Так и остался он жить на Урале: женился, дети, заботы, наливка... всё как у людей.
Увы, его наследники имение продали и переехали в столицу, однако в память о французе, которого местные жители очень любили и называли "наш хранцуз", новый собственник переименовал село из Кабанское-Агафьино в Демарино, от фамилии ДеМарино.