В 2013 году, с отличием окончив географический факультет, Сергей поступил в аспирантуру в Санкт-Петербургский государственный университет на факультет географии и геоэкологии (кафедра региональной политики и политической географии), где учился до 2016 г.
Параллельно он начал свой трудовой путь в градостроительных компаниях Санкт-Петербурга: АО «НИИПГрадостроительства», ПАО «ОНХП», ООО «НИИ ПГ». С 2018 года Сергей работает в ООО «Джи Динамика».
«Я разрабатываю генеральные планы, принимаю с коллегами решения о размещении различных объектов – жилищных, социальных. Самые, на мой взгляд, «крутые» проекты, в которых я принимал участие (без привязки к местам работы) – разработка генплана Ялты, концепции гражданского развития Балаклавской бухты, разработка схемы обращения с твердыми коммунальными отходами на Камчатке. Сейчас принимаю участие в разработке генплана Череповца. Конечно, это все – работа в коллективе», – рассказывает о своей профессиональной деятельности Сергей.
Обладая незаурядными способностями, широким кругозором и аналитическим складом ума, Сергей всегда мог интересно, доступно, компетентно и доказательно высказать свою точку зрения по любому вопросу. Имея за плечами уже достаточный профессиональный опыт, Сергей пишет заметки, интересные и для научного исследователя, и простого обывателя. Представляем одну из них, посвященную городу Барнаулу.
«О лесополосах и их городском следе
Каждый раз, когда в Барнауле шел дворами от Антона Петрова к Исакова, я обращал внимание на стройные ряды лиственниц и тополей, которые будто разрезают застройку. По ним гуляют люди, они создают приятную тень, а иной раз в них даже теряются пятиэтажки.
Потом пришла пора спутниковых снимков, и я заметил закономерность в размещении этих рядов, которые совпадают по направлению с лесополосами. А еще позже стали доступны исторические спутниковые снимки – стало ясно, что не просто это заросли части старых лесополос, а еще и важные части городской структуры в целом.
Всю территорию, которую Барнаул застроил в 60-х – 90-х годах ХХ века, занимали поля ОПХ им. Докучаева. Они разделялись экспериментальными лесополосами из лиственниц, разных видов тополей и кленов, видимо, в поисках оптимального снегозадержания и ветрозащиты. Неизменным оставалось только их направление – с юго-востока на северо-запад, перекрывая как раз основные направления ветров (см. розу на карте).
Когда город застраивал эти поля, то первоначально (восточная часть схемы) полностью учитывалась их конфигурация, дома строились в соответствии с существовавшими направлениями лесополос, которые становились зелеными массивами микрорайонов. Точно также протянулась и сетка улиц, «следуя» за ветрами и деревьями.
Позднее (западнее) улицы проводились уже в направлении север-юг, дома строились также, но сами лесополосы сохранялись, становясь теми самыми зелеными бульварами из начала поста.
А уже в 80-е – 90-е (самая западная часть многоэтажных домов) застройка сравняла с землей и лесополосы и вообще всю существовавшую ранее планировку, были построены совершенно новые микрорайоны.
С 2000-х годов (благодаря имеющимся архивам спутниковых снимков) можно оценить свежие потери (желтые линии на карте). Ценнейший ресурс зелени, который мог бы продолжить редкий зеленый каркас города, уничтожается.
Но даже, если лесополосы окончательно уйдут в прошлое, их рисунок останется в застройке и в истории города, конфигурацию которого они смогли (конечно, учитывая, что фактор направления ветров – первичный) определить»
Автор статьи : Е.В. Мардасова, ст. преп. кафедры ЭГиК / Пресс-центр Института географии
