Агнии Семёновне было 63 года, когда она в третий раз выходила замуж. Первого мужа я совсем не знаю. Когда мы с подругой Наташкой появились на свет, Филлипа Петровича не было уже на свете долгих восемнадцать лет.
Баба Аги была всегда бодрой, улыбчивой. А как она готовила, её пышные шанежки из печи, а домашний кисель! Ну, а борщ, как отдельное искусство, не влюбиться было невозможно. Я в жизни не ела такой наваристый вкусный борщ.
Но вернёмся к её третьему мужу. Наташка сказала, познакомились они на концерте. Андрюша, как называла его баба Аги, выступал на том самом концерте. Агния Семёновна в силу своей близорукости сидела в первых рядах и могла со всей присущей ей внимательности оценить все его достоинства. Мы не знаем с Наташкой что и как было, но Андрюша со своей труппой в город не поехал. Остался жить у бабушки Аги. Ел наш любимый суп, закусывая пышными пампушками.
Я вот всё думаю, как Агния Семёновна, умудрилась третьего мужа вести в ЗАГС, когда мы с подружкой до сих пор ходим в невестах, точнее в старых девах, как о нас любят говорить злые языки, сидящие у нашего подъезда и щелкающие семечки.
Вы, наверное, догадались, что мы придумали. Верно! Пока Андрюша ездил в райцентр в больницу, мы с Наташкой наведались в гости к бабушке Аги.
Встретила она нас радушно, расцеловала наши щёчки, словно нам по три года, а не 33. Усадила за стол, налила нам чаю и поставила перед нами ароматные пончики, которые так и манили, разузнать какая начинка внутри.
— Бабушка, — первая заговорила подруга, — мы к тебе за секретом.
Вот в этом вся моя Наташка, рубить с плеча. Разве так надо. Я подавилась чаем.
— За секретом? — подмигнула баба Аги, — секреты я люблю.
— Как ты так легко находишь себе мужей? — продолжала Наташка.
"Сама любезность", — поперхнулась я мыслью.
Баба Аги расплылась в улыбке.
— Хороший вопрос, мои девочки, я уж и сама хотела с вами поговорить. Где это видано, чтобы жить без семьи и мужа. У нас, у женщин, век короткий. Деток надо успеть на ноги поставить и своей жизнью продолжить жить. Мне было семнадцать, когда я с твоим дедом познакомилась, а как стукнуло восемнадцать, вышла замуж. Жили мы душа в душу, но он раньше меня ушёл. А я своих детей вырастила и всё, мне же тоже хочется любви и ласки. Так появился мой второй муж, потом третий вот, Андрюша. Правда, замужем была я два раза. Но всё равно считала себя законной супругой моих мужей.
— Бабушка, ну, а как? Как ты их находишь, и почему они сразу согласны жить вместе, да некоторые, ещё жениться.
— Дорогие мои, а никакого секрета нет. Просто я живу в удовольствие. Если мне понравился мужчина, я просто улыбаюсь ему и готова к общению. Но самое главное, прислушиваюсь к своему телу. Тело, первый реагирует на физические моменты. И самое главное — не бояться. А в семейной жизни, ещё проще. Накормить мужчину — благое дело, вкусно и сытно. Жить мирно, без ссор, где-то уступить, а где-то и помочь, но нежно, чисто по-женски. И чуть не забыла, хвалить мужа! Это пожалуй, первое, а уж потом, остальное.
Бабушку Аги мы часто вспоминаем, и её секреты бережно храним. Наташка раньше вышла замуж, а вот я опоздала на два года. Но это ничуть меня не смущает, особенно сейчас, когда нам с подругой по двадцать пять два раза... Почти, разве что добавить ещё сверху лет десять.
– Дорогая, чего грустишь? – спрашивает муж и протягивает два бокала красного вина и мой любимый сыр Гауда. Мы часто с супругом проводим вечера на балконе – уютно здесь, кресла мягкие; да и вид со второго этажа нашего дачного домика особенный.
— Бабушку вспомнила.
Я прижимаюсь к тёплой груди мужа. От него, как и в молодости, пахнет благородством и сигаретами. Некоторое время мы смотрим на зеленые верхушки деревьев, уходящие вдаль – снежные облака.
– Хорошую мы жизнь прожили, правда? – спрашиваю я.
– Хорошую… Грех жаловаться, – муж крепко обнимает меня за плечи. – Только я ещё не собираюсь помирать, – он хохочет, как и тридцать лет назад.
– А ты у меня всё такой же, красивый и шумный!
Муж смеётся.
— Ну я серьёзно… И дети здоровы, и внуки. И, главное, мы есть друг у друга, – я смотрю мужу в его карие глаза, заплывшие морщинками. Он целует меня в макушку.
Солнце опускается за изумрудные кроны деревьев. Оно обязательно вернётся, как возвращается всё хорошее в этой жизни. И мы с мужем вернёмся: юными и красивыми. А пока – будем пить вино и закусывать любимым сыром.