Дмитрий оказался человеком дела. Он работал с раннего утра до позднего вечера. Квартира медленно принимала желаемые очертания. Сегодня у Ники в планах освободить антресоль, где хранилось много старых и никому не нужных вещей. Доставая их, Вероника наткнулась на свою детскую шкатулку с камнями. Коробка выскользнула из рук и упала, а вместе с ней на пол высыпалось множество редких и дорогих её сердцу камней. От увиденного сердце забилось чаще, и волнение на какое-то время захватило её. Усевшись на детский пластиковый стульчик, Ника поднимала с пола и внимательно рассматривала коллекцию. Из содержимого антресоли лишь богатства Хозяйки медной горы, с любовью собранные отцом в геологических экспедициях, останутся с ней на всю жизнь.
Вместе с горами мусора Вероника выносила из квартиры часть прошлого, а вместе с ним частичку мира, в котором они когда-то с отцом были счастливы. С новыми обоями, дверями и новой планировкой, Ника чувствовала себя по-иному. Жизнь продолжается, и нужно привыкать к новой реальности.
Сегодня с самого утра Дмитрий был особенно словоохотливым. Из него, как из рога изобилия, сыпались истории про его друзей и родственников. Не обошёл он вниманием и бывшего коллегу - Александра.
- На прошлой неделе Сашку видел. Всё ещё пьёт. Говорит, что пьёт с горя. Если не врёт, то говорит, что мать у него тяжёлая... Я ему объясняю, раз так, то маме помощь нужна и поддержка. Ей же больше не на кого рассчитывать...
- Дима, а ты мне адрес Александра не дашь? Он мне десять тысяч задолжал. Аванс на ремонт взял, ну а дальше ты знаешь... - спросила Ника.
- Отчего не дать? Конечно, дам. Нехорошо так с девушками поступать...
Остаток дня Вероника думала, как ей поступить. Идти к Саше ей не хотелось, но и терять деньги тоже, тем более что каждая копейка была на учёте. Дмитрий помог ей принять решение. Когда он собрался уходить, неожиданно предложил:
- Если хочешь, то я тебя подброшу до Сани. Я живу недалеко от него.
- Хочу, - ответила Ника, понимая, что в противном случае она никогда не соберётся.
Через двадцать минут, полная решимости, Ника сидела в машине Дмитрия и готовила обличительную речь для виновного. Машина остановилась у подъезда пятиэтажной хрущёвки из белого кирпича. Двор утопал в зелени. На скамейке у подъезда сидели бабушки и внимательно осматривали входящих и выходящих людей.
- Вы к кому? - строго спросила бабулька в белом хлопковом платочке на голове и цветастом фланелевом халате. Цепким взглядом она смотрела на Веронику, а её пальцы в слепую продолжали вязать кофточку.
- К Александру, - робко ответила Ника под прицелом пяти пар любопытных глаз.
- К Филатову что ли? - не унималась бабуля.
- Я фамилии не знаю. Александр из пятнадцатой квартиры... - добавила девушка и проскользнула в подъезд.
- Вот нравы... Идёт к парню, а сама даже фамилии не знает...
- Может, девка по делу? - попыталась заступиться за Нику другая старушка.
- К этому девки по делу не ходят. Одни потаскухи к нему бегают. Больная мать их не останавливает... - ответила бабуля вслед уходящей девушке и тяжело вздохнула.
Ника поднялась на четвёртый этаж и позвонила в нужную квартиру. К большому удивлению, дверь быстро открылась. В коридоре стоял Александр и удивлённо смотрел на Веронику. Вид у него был жалкий и непрезентабельный. Его лицо давно не видело бритвы. А мешковатая футболка и спортивные штаны с растянутыми коленями висели на парне, как на вешалке.
- Как ты меня нашла? - растерянно спросил он.
- А ты рассчитывал, что я не найду?
- Нет, что ты... Я уже возвращаюсь к жизни. С понедельника надеюсь приступить к работе. Извини, что пропал! Забухал... - виновато произнёс Александр. - Ты имеешь полное право на меня сердиться.
- У нас давно уже работает другой человек и скоро закончит ремонт. Так что мы тебя не ждём. Я приехала забрать аванс... - сказала Вероника и вопросительно посмотрела на Сашу. С одной стороны, она испытывала лёгкое неудобство, но с другой, деньги с неба ей не падали, а на десять тысяч можно было купить ребёнку столько всего...
- У меня сейчас денег нет, но я быстро их заработаю... Заказов много... Вот только начну работать...
Из глубины квартиры послышался слабый женский голос:
- Саша, кто там пришёл?
- Это ко мне, мама...
- Проходи! - пригласил он Нику в квартиру.
Ей не хотелось идти, но женское любопытство оказалось сильнее, и девушка вошла во внутрь.
Квартира была небольшой с двумя смежными комнатами. В дальней, по всей видимости, находилась Сашина мама.
- Чай будешь? - гостеприимно спросил хозяин.
За стеной бегали, кричали, шумели и хлопали дверями дети.
- Спасибо! Выпью чашечку. Шумно как у вас... - сказала Вероника, стараясь заполнить неловкую паузу.
- Дети, как везде, растут и хулиганят. Ничего не поделаешь...
На плите дымился куриный бульон, в сковороде томился лук с морковкой, а на столе ждал своей очереди нарезанный картофель. Александр заполнил собой маленькую кухоньку.
- Садись, - сказал Саша и рукой показал на место между урчащим холодильником и компактным столиком. - Я тут хозяйничаю немного. Суп варю.
- Что с мамой? - не удержалась и спросила его Вероника.
- Рак... Её недавно домой из больницы выписали. Сказали, что больше ничем помочь не могут. Теперь только обезболивать остаётся...
- Держись! Это тяжело! Знаю не по наслышке. У меня папа тоже от рака умер...
Саша посолил бульон, запустил картофель, переложил овощи из сковородки в кастрюлю и тщательно всё перемешивал. От кастрюли исходил приятный аромат.
- Она же мне не говорила, что серьёзно больна. Когда в последний раз из больницы её забирал, спросил у медсестры... Она сказала, что это рак и что осталось совсем немного... Я ещё неделю после этого известия пил, а потом словно озарение пришло. Мама попросила меня сносить её в ванную помыться. Несу, а вместо тела кожа да кости... Ну, думаю, тварь я неблагодарная. Мать болеет, а я пью... Остановился, навёл дома порядок. Ещё неделю нужно продержаться, и кодироваться снова буду, - рассказывал он гостье.
- Нужно выговориться, - подумала про себя Ника.
Александр налил в маленькую мисочку немного супа и поставил студить.
- Практически ничего не ест. Это плохо. Сил бороться не остаётся... - продолжил Саша. - Если хотя бы половинку этого съест, то уже хорошо будет... Ты пей чай, а я пока покормлю маму...
- Может, тебе помочь?
- Спасибо! Я сам.
Саша ушёл и практически сразу вернулся.
- Мама просит, чтобы ты посидела с нами... Ты не против?
- Нет, конечно...
Александр внешне походил на маму - те же глаза, скулы и подбородок... Женщина, измученная жизнью и болезнью, смотрела на Веронику.
- Здравствуй! Саша мне на днях рассказал про тебя, про твоего сына... Говорит, что впервые встретил такую хорошую девушку... Я рада. Он же парень у меня добрый... только бесхарактерный немного... Не умеет сказать людям нет... Не научила я его. Ника, хочу тебя попросить... Ты не бросай его, когда меня не станет...
Последние слова дались ей с трудом. Саша засуетился.
- Перестань, мама, ты поправишься. Только кушать нужно начать... Давай я покормлю тебя...
- Попозже... Я устала, сынок, - ответила женщина и закрыла глаза. - Попозже...
Ника вышла из комнаты. Эта сцена вернула её во времена болезни отца. Тяжело осознавать уход любимого человека, а ещё тяжелее его пережить.
- Саша, я пойду. Если нужна будет помощь, то звони... - решительно сказала она.
- Ты после моих выкрутасов готова руку помощи протянуть? - спросил Александр. На лице его застыло удивление и недоверие одновременно.
- Ты только не пей. Сам понимаешь, как маме важна твоя поддержка...
Вероника вышла на улицу. На скамейке уже никого не было. Ника шла и думала:
- Бывает же так. Ехала ругаться, а по итогу предложила помощь. Во истину, хочешь рассмешить Бога - расскажи ему о своих планах...