Прежде всего, пару слов об иммерсивном театре. Он отличается от классического приблизительно как VR от обычных компьютерных игр. Зритель не сидит на месте, а становится соучастником, ходит за артистами и иногда взаимодействует с ними.
Заранее хочется извиниться за плохое качество фотографий. Не хотелось лишний раз беспокоить актеров и актрис, тем более они часто выступали буквально перед носом.
На этом спектакле каждый эпизод игрался на новой сцене, с уже подготовленными местами (иногда приходилось стоять).
В конце акта проводник (смерть), разговаривающий через портативную колонку, вел в следующий зал. Чем-то напомнило путешествие по замку – лестницы, коридоры, старые стены и огромные залы.
Американский драматург Дон Нигро у нас малоизвестен, но он – большой поклонник русской литературы. Впрочем, его пьеса «Зверушкины истории» не привязана к стране или времени. Она будет понятна всем, ведь герои – животные. Им, как и людям, не чужды терзания и страсти.
Так, мышонок рассуждает об опасности мышеловки, но не в силах отказаться от бесплатного сыра (те, кто вложился в NFT, наверное, поймут).
В другом эпизоде вождь бурундуков (Чип и Дэйл - наше все!) разоряется о предназначении народа рыть туннели и не высовываться. Поминаются растерзанные предки, а отступники нещадно избиваются.
Несмотря на то, что смерть в прямом и переносном смысле не отступает от начала до конца – самая трагичная история – моноспектакль утконоса.
Австралийский зверек (его, как и бурундука, играет девушка) размышляет о самоидентификации и мечтает найти родственную душу. Терзая себя, он то обматывает вокруг шеи веревку, то пытается ее отрезать. Ну а фраза «Можно, я подсяду?» почти дословно отсылает к известному мему. Утконос действительно садится к одному из зрителей, демонстрируя ту самую иммерсивность. Костюмы и декорации, как и во всем спектакле, минималистичны, но утилитарны. В попытке увидеть себя с разных точек зрения утконос наносит макияж перед зеркалом и снимает одну за другой личины, то есть, черные водолазки.
Индюки – типичный офисный планктон. Они постоянно штампуют бумаги и едят кукурузу и червячков. Но индюшка мечтает играть на саксофоне, а собратья толком не понимают, что это за штука.
Две кошки же спорят о свободе. Одна утверждает, что за ниткой становится неинтересно гоняться, как только замечаешь руку, ее держащую. Другая же довольна миской и лотком и отказывается верить не кастрированным котам.
Спектакль обрывается неожиданно. Но это положительная характеристика. Актеры старались, и хочется не БОЛЬШЕГО, но БОЛЬШЕ.
Смыслы можно найти разные: и тщетность бытия, и трудности самореализации... А в героях можно узнать себя, недаром же столь много зеркал в одной сцен.
Впечатления другие, чем от обычной постановки. Постоянные передвижения не дают расслабиться, а близость артистов добавляет к интересу и погружению. Хотя немного веры и воображения тоже не помешает.
У пьесы несколько вариантов названий. Иногда это «Звериные истории» или даже «Дикие». Постановка стремительно набирает популярность, но если ее не ставят у вас в ближайшем театре, то ее можно отыскать в записи или текстовом виде.
А если вам интересны сказки про зверей - у нас в журнале такая уже есть.
Благодарим Вас за внимание! Будем рады любой Вашей оценке или комментарию! У нас также есть материал про независимый фэнтези фильм "Тайна Озера".